S03E05
Глава пятая: "Рунный Зал" Глава Седьмая: "Чуство беды"

Глава шестая: "Отголоски былого"

История не уходит безвозвратно, она затаивается и следит за нами.

Сегодня у меня было просто отличное настроение. Спросите, почему? Все просто! Мне, наконец-то, сняли повязки и разрешили летать, хоть и по чуть-чуть, но это лучше чем не летать вовсе. Я прогуливалась по Кантерлоту, разминая крылья. Иногда я взлетала на метр или два над землей, но почти сразу опускалась обратно — все же мне пока тяжело летать подолгу. Соарина со мной сегодня не было: он был на тренировке резервного состава Вандерболтов, так что я сегодня предоставлена сама себе. Друзей среди местной знати у меня немного, точнее — никого. Недолго думая, я направилась в Кантерлотскую библиотеку. За эти две недели и я, и Соарин сдружились с этими пони. Сначала я их побаивалась, но потом поняла, что они просто пони. У каждого из них есть свои увлечения, свои проблемы, свои мечты. Входя в замок, я заметила на плацу Лойда. Хоть он был в броне, но шлема на нем не было, так что его можно было узнать. Рядом с ним стояли еще несколько пегасов и единорогов. Судя по всему, там собрался весь сержантский состав стражников, причем как дневных, так и ночных. Кстати говоря, Лойд мне открыл страшную тайну! Вам никогда не казалось странным, что стражники похожи друг на друга, как две капли воды? Оказывается, их доспехи подгоняют внешний вид пони под один из четырех шаблонов. Стоило Лойду надеть шлем, как его глаза стали синими, а в остальном он и так выглядел как остальные стражники.

Я зашла в библиотеку и подошла к столу библиотекаря. Калми, положив голову на стол, о чем-то думала и постукивала копытом по столу. Я простояла рядом минуты три, но не была замечена.

— Калми, – попробовала ее позвать, хотя это не помогло. — Спитфай вызывает Калми Лайт! Как меня слышно? Прием!

Нет, ну она издевается! Хорошо, раз просто позвать не получается, то поступим по-наглому. Я сходила в исторический отдел, взяла самую большую книгу и, вернувшись обратно, треснута ею по столу Калми. Реакция была незамедлительной.

— Что за!? Спит, ты вообще с головой не дружишь? У меня чуть сердце в круп не ускакало!

— Просто ты такая задумчивая была, что у меня не было другого способа вернуть тебя в реальный мир.

— Извини, — сказала Калми, — просто я сегодня не в духе.

Судя по ее виду, ей сообщили, что книги нынче не в моде. Хотя, что я гадаю, лучше спрошу.

— Так, рассказывай. Что тебя гложет?

— Это личное, – отмахнулась Калми.

— Ой, да ладно. Мы же кобылки, давай посплетничаем.

— Обещаешь, что никому не расскажешь?

— Обещаю, но если я солгу, то кексик в глаз себе воткну. – сказала я и приложила копыто к правому глазу.

-Чего? – Калми впала в ступор.

— Не обращай внимания, это просто шутка, я ее где-то слышала, – отмахнулась я и продолжила: — Так, что случилось то?

— Ну… Ты знаешь Шайнинга?

— Да.

— Я сегодня узнала, что он со своей Каденцией куда то уезжает, и…

— Стоп, стоп, стоп, – прервала я Калми. – Сначала ты сидела, сильно задумавшись, потом говорила, что это личное, а теперь ты мне говоришь про Шайнинга. Ты в курсе, что он женат?

— Да.

— И?

— Что «и»? – Калми как-то недобро посмотрела не меня поверх очков, но потом сказала: — Просто, когда я переехала сюда с братьями три года назад, то сразу обратила на него внимание, но он меня в упор не замечал… как кобылку, конечно. Мало того, что я для него не интересна, так он теперь и уезжает, причем на неопределенный срок. Но я все равно буду надеяться на лучшее.

— Подруга, это же Каденс! Мало того, что она аликорн, причем очень симпатичный, так она еще и дарит всем любовь и понимание.

— Я б ему тоже и любовь, и понимание подарила бы…

— Калми, а если он уезжает, то кто за него будет командовать стражей?

— Ну, его кто-то из офицеров заменит, а еще вроде сегодня в Кантерлот какой-то инструктор копытопашного боя приехал. – Калми посмотрела на настенные часы и сказала: — У меня сейчас обед, может до кафе?

— А давай.

***

На небольшом плацу перед замком стояло две дюжины стражников. Они о чем-то разговаривали и кого-то ждали.

— Смирно! – крикнул подошедший Шайнинг. И дождавшись, когда стражники полностью сосредоточат его внимание на нем, продолжил: — Сержанты, завтра я на неопределенный срок уезжаю, меня будет заменять капитан Стоун, которого вы прекрасно знаете.

Ну да, Стоуна знали все. Статный единорог темного окраса, жуткий карьерист, и редкостная сволочь. Нет ни одного стражника в Кантерлоте, который не затаил бы на Стоуна обиду.

Шайнинг заметил, что его новость не добавила энтузиазма стражникам, и продолжил:

— Это временная мера, максимум на месяц. Потом заменим его на более подходящего пони. Хотя, по правде говоря, Стоун как заноза в крупе.

— Капитан, а есть шанс, что вы сами вернетесь обратно? – спросил кто-то из ночных единорогов.

-Маленький, но есть.

— Yay! – Выкрикнул, кто-то уже из дневных единорогов.

— Хотя собрал я вас по другому поводу, – Шайнинг махнул кому-то стоящему сбоку от плаца, и через пару секунд рядом с ним стоял пони в офицерских доспехах. – знакомьтесь со своим новым инструктором, а я уже как три часа в официальном отпуске.

После последних слов, Шайнинг телепортировался в неизвестном направлении. Офицер же сказал:

— Я лейтенант Редфайта. Меня прислали к вам из Балтимейра, как инструктора копытопашного боя. Мы будем отрабатывать различные приемы и ситуации, которые теоретически могут возникнуть во время несения вахты, – лейтенант начал прохаживаться перед импровизированным строем. – У меня будут к вам три требования: максимальная отдача на тренировках, абсолютная дисциплина и… хватит уже глазеть на мой круп! Это было третье.

Стражники перестали «глазеть» на лейтенантский круп, а смотреть было на что. Для начала надо отметить, что Редфайта была кобылкой, но это не самое странное. Эта кобылка была земнопони. Она была ярко-красной масти, с взъерошенной золотистой гривой и такими же золотистыми глазами. Ее тело было подтянутым, с точеным рельефом мышц, но это не мешало ей оставаться изящной и грациозной. На крупе же, на который с охотой «глазели» стражники, красовалась золотая подкова, обрамляющая серебристый меч.

— Мне сказали, что среди вас есть один мастер копытопашной. И кто это?

— У нас у всех уровень не выше любительского, – ответил один из единорогов.

— Зато есть мастер крылопашной, – добавил другой единорог.

— Сдал? Спасибо! – Возмутился один из дневных пегасов.

— Сержант, выйти из строя, – обратилась к пегасу Редфайта. – Где обучались?

— Ванхуверская школа крылопашного боя.

-Ванхувер. Славится кленовым сиропом, подвижными играми на льду и своими мастерами крылопашного боя. Даже в Клаудсдейле таких нет, – сказала Редфайта, а потом спросила: — Ваш уровень подготовки?

— Я не доучился до конца, переехал с родственниками в Кантерлот три года назад, но четыре года я отзанимался и юношеский разряд получил.

— Ну, хоть с вами можно работать. Сейчас мы с вами проведем показательный бой в полный контакт. Заодно я узнаю ваш потенциал. Можете применять любой стиль и любые приемы. Готовы?

— Ну, я всегда наготове, но я не… — пегас замялся, но потом продолжил. – Мое воспитание не позволяет бить кобылок.

— Тогда перевоспитаем.

Дальнейшие события у пегаса даже в мозгу не зафиксировались. Единственное, что он понял, что лежит на боку, а Редфайта стояла уже совсем в другом месте.

— Лойд, давай! Не падай духом! И просто не падай! – наперебой начали горланить сержанты.

Лойд рывком поднялся в воздух и завис на метровой высоте. Редфайта же приняла боевую стойку, практически прижав свое тело к земле и готовясь отразить любую атаку. Лойд резко рванул вперед, готовясь, навести удар правым крылом, но в последний момент сделал перекладку и удар уже шел слева. Удар был сильный, но копытом и в челюсть Лойду. Пегас даже не успел толком прийти в себя, как ему пришлось отражать уже атаку Редфайты. Земнопони двигалась сверхбыстро и абсолютно непредсказуемо, Лойд чудом избегал ее атак. Где-то с минуту пони обменивались скоростными атаками, но адресата они достигали исключительно с одной стороны. И после очередной такой атаки Лойд решил закончить этот бой. Он сложил крылья и резко начал разгон, идя в лобовую атаку. Лойд заметил, что Редфайта начала переносить центр тяжести на правый бок, чтобы пропустить пегаса мимо себя, а заодно условно свернуть ему шею. Лойд вычитал про один прием в старой книге о смешанном стиле боя для пегасов. Прием назывался «Таранный Крис-кросс» заключался в обмане противника. Необходимо заставить оппонента верить, что будет лобовая атака, но в последний момент резко скрестить в ударе крылья перед собой, что крайне сложно сделать чисто анатомически. Но Лойд долго тренировался и мог сделать этот прием. Резкий удар и … крылья рассекли пустоту.

— Ты серьезно полагал, что я попадусь на Крис-кросс? – спросила Редфайта.

Лойд не сразу понял, откуда идет голос, но посмотрев вниз, понял. Редфайта лежала на спине прямо под Лойдом. Как она туда попала, осталось загадкой, а вот следующий ее ход был вполне предсказуем, но это не убавляло ему эффективности. Резко обхватив шею Лойда передними копытами и уперев задние в живот, Редфайта перебросила пегаса через свою голову и уселась у него на груди. Оказавшись сверху, она прижала задними копытами его крылья, а передним прижала его голову к земле. Интересно, но во время кувырка с Лойда соскочил шлем, и заклинание маскировки перестало действовать. Редфайта посмотрела Лойду в глаза и даже немного растерялась, они были точно такие же, как и у нее. Что-то в них было. Редфайта слезла с Лойда, шепнув ему что-то, и обратилась к остальным:

— Как видите, даже ваш хорошо тренированный сослуживец ничего не может мне противопоставить, хотя из него может выйти толк, – осмотрев сержантов, добавила. – Судя по вашим лицам, такого вы еще не видели, но ничего, через пару месяцев я вас натаскаю как надо. Завтра первая тренировка. Сержанты Айрон Треш и Грин Хувес, завтра утром жду вас с вашими подопечными здесь. Всем разойтись!

Пони разошлись, и на плацу остался только офонаревший от произошедшего Лойд и один из дневных стражников, который тоже был пегасом. Пегас снял свой шлем, и теперь можно было рассмотреть, что тот даже не был белой масти. Это был светло-зеленый пегас с синей гривой и карими глазами.

— Лойд, ты как хоть?

— Знаешь, Грин, это очень странное ощущение. Но ничего, завтра сам все узнаешь.

— Да, завтра мне еще с ней предстоит увидеться. Кстати, а что она тебе шепнула, когда к земле прижала?

— На свидание пригласила.

— Лойд, я же серьезно.

— Ну, а если серьезно, то посоветовала следить за тем, что творится под брюхом, – ответил Лойд.

— А… ну тогда понятно. Ну, я полетел, мне еще свой отряд надо предупредить.

— Пока.

Лойд проводил своего товарища взглядом и остался наедине со своими мыслями. Мысли были следующие: первая – Редфайта реально предложила встретиться вечером, а вторая – Лойд где-то ее видел, но он не мог вспомнить, где именно. Лойд подобрал свой шлем и медленно побрел в сторону замка. Он хотел кое-что проверить.

***

Северные земли Эквестрии не отличались гостеприимным климатом. Молчаливые горы и вечные снега. Высоко в горах, погребенный под вечной мерзлотой, покоился полуразрушенный замок. Внутри царил полумрак и разруха, в углах был наметен снег. Может одну, а может две тысячи лет, сюда не ступало копыто пони, но сегодня этот покой был нарушен. Коричневый единорог шел по замку и осматривал стены. Изучая древнюю историю северных кланов грифонов, он случайно нашел этот замок, после того как чуть не погиб в лавине, но именно лавина помогла обнаружить замок. Каменные голые стены, и только местами можно было на стенах рассмотреть странные знаки. Единорог решил, что это древние руны. Возможно, обнаружение этих руин принесет ему славу и о нем узнают все, может он даже лично сможет встретиться с самой Селестией. Но сначала надо все тут изучить и задокументировать. Он несколько часов бродил по замку пока не наткнулся на ледяную стену. Единорог предположил, что это тронный зал, а лед скрывает ту половину, где по идее должен находиться трон. Единорог отошел как можно дальше от стены и запустил в нее магический заряд. Даже будучи археологом, полезно знать пару боевых заклинаний. Когда ледяная пыль рассеялась, то пони смог увидеть весь тронный зал целиком. Пустые стены зала были исписаны все теми же рунами, а у дальней стены на золотом троне восседал пони черной масти. Археолог привык видеть останки пони и грифонов, так что окоченевший труп пони его особо не смущал и не пугал. Единорог подошел ближе и рассмотрел усопшего. Черный земнопони с черной гривой, сквозь шкуру проступал скелет, глаза закрыты. Было странно, но кьютимарки не было. Единорог был удивлен тем, как останки этого пони так идеально сохранились: даже в вечной мерзлоте не все может остаться целым. Трон тоже был исписан рунами, но среди хаотично раскинутых рун единорог нашел пару строчек вполне читаемого текста. Текст был на древнеэквестрийском, который уже полторы тысячи лет как не используют, но на то археолог и есть археолог, что бы знать древние языки. Строчки гласили:

«И пусть подвластен хаос мне, но я не всесилен. Вовсе нет. Мой враг, соперник, черный понь. Его душа как ад, огонь. В ней томятся души тех, кто поглядел ему в глаза. Души сил ему дают. Его убить я не могу. Но и во мне есть доброта. Всех спасу я как могу. Его навеки заточу. На трон во льдах посажу. Пусть правит вечной мерзлотой. Остальной же мир будет мой»

У единорога сложилось впечатление, что автор строк хотел написать стишок, но решил, что и так сойдет. Чуть ниже строк отыскалось и имя автора.

— Какого Дискорда!? – ругнулся единорог.

Хотя автором строк и правда оказался Дискорд. Дух хаоса написал эти строки, но это могло произойти только три или четыре тысячи лет назад, а то и того раньше. Но тогда кто этот черный пони? Единорог решил посмотреть еще раз на черного пони, но когда поднял взгляд, то трон был пуст.

— Какого… — хотел было снова ругнуться единорог.

— Если еще раз упомянешь имя этой твари, — раздался возглас на весь зал, – то я тебе хребет сломаю.

Единорог обернулся на голос и увидел того пони, он был жив, совсем высохшим, но живым. Он посмотрел в глаза черного пони, в абсолютно черные глаза, и, … Что-то сломалось внутри у единорога, все мечты, все желания, все стало для него безразличным и не нужным. Черный же пони начал меняться, его тело вновь становилось полнокровным, а на голове появился рог. Черный пони, а точнее уже единорог, сделал глубокий вздох, и выдохнул облачко пара.

— Вот так теперь лучше, – сказал черный пони, а потом обратился к кому то невидимому: – Ну и где ты, тварь? Давай, сын хаоса, покажись. Я знаю, что ты следишь за мной.

— Его заточили в камне, – безразличным голосом сказал археолог.

— Кого заточили? – не понял черный пони.

— Духа хаоса.

— Кто?

— Принцессы Селестия и Луна.

— Тия с Луняшкой? Эти две мелкие кобылки? – черный пони просто заржал. – Сам подумай, как два жеребенка могли заточить Дискорда в камень?

— Им по несколько тысяч лет. И они самые могущественные волшебницы всех времен.

— Много же я пропустил, – буркнул черный пони себе под нос. – Ты иди от сюда, делай вид что счастлив и притворись, что живешь полноценной жизнью. И никогда не говори обо мне.

— Хорошо, – безразличным голосом ответил археолог и побрел из тронного зала.

Черный пони подождал, пока тот скроется в дверной арке. И вновь обратился к невидимому собеседнику.

— Дискорд, если ты меня слышишь, то знай, я найду тебя. Я освобожу тебя, а потом раздавлю твою уродливую голову. И никто… Слышишь!? Никто меня не остановит! – он перевел дух, хищно улыбнулся и добавил: — Блексоул вернулся.