Автор рисунка: BonesWolbach
II. О достойном наказании IV. Дорога в прошлое

III. За пеленой прошлого

Здесь рассказывается о медицинской тайне доктора Хруффа, его благородных стремлениях и рискованном шаге, на который он пошел во имя Истины.

Итак, миссис Кросс – всё случилось еще до того, как славная Дерпи Хувс была отправлена из Клаудсдейла в Понивилль. На то были свои, особенные причины. И доктор Хруфф приложил к этому все возможные усилия.

Когда-то несколько земных пони, которые просто имели несчастье заблудиться в Вечнодиком лесу, начали звать на помощь своих друзей. Но кроме них на зов откликнулась маленькая серая пегаска, которая каким-то неизвестным образом сюда забралась. Она была очень худой, разговаривала и двигалась с трудом. Летать она еще не умела – не тот возраст. Но зато у неё уже появилась кьютимарка – поднимающиеся вверх пузырьки. Что они означают, она так и не объяснила. Возможно, эта тайна находится за теми самыми замками, которые она сама сотворила для себя… но об этом позже.

В клинике Понивилля, куда её привели, мы мало что о ней знали. Она сама о себе мало что знала, и была очень молчалива и замкнута. Всё, что мы могли от неё узнать – её зовут Дерпи Хувс. И на этом, увы, всё. Была только одна, казалось бы, несущественная особенность – когда она увидела маффины на столике у медсестры, она сразу же пришла в оживление. Это вызвало у неё очень положительную реакцию. Впервые за восемь кропотливых часов, что мы пытались её разговорить, она наконец улыбнулась. А получив маффин, она смогла назвать своё имя. Но больше она ничего вспомнить так и не смогла, что окончательно спутало все планы.

Хувс… всё оказалось не так просто, как мы думали. Её фамилия нам ничего не дала. Мы прорыскали все города, одно время даже писали письмо к принцессе Селестии… но ничего не помогло. Во всей Эквестрии не нашлось ни одного Хувса. И никто не мог ничего рассказать об этой юной пегаске. И никто за ней не приходил.

Мы могли бы оставить её здесь, в Понивилле, однако в этом не было надобности. Дети пегасов должны были проходить лётные тренировки, а в нашем городке для этого не было никаких условий. Поэтому Дерпи отправили в Клаудсдейл.

После этого Доктор Хруфф о ней ничего не слышал. Услышал после; это известие так взволновало и встревожило его, что он немедленно, побросав все свои дела и клинику, отправился за ней. И ценой невероятных усилий он упросил, чтобы Дерпи обследовалась лично у него.

Доктор Хруфф был профессионалом. За свою практику он вылечил немало пони, пегасов и единорогов. Но в отличие от остальных, он увлекался наиболее сложными подвидами медицины. Он специализировался на душевных болезнях среди пони. Изучал особенности их темперамента, их повадки, основные инстинкты, способы мышления, а также само проявление кьютимарок. Одна из его работ – «Влияние кьютимарки на становление личности пони» удостоилась особого внимания Принцессы, и заняла своё почетное место в Королевской библиотеке, где каждый может ознакомиться с ней в разделе «Нечитаемое».

Помимо этого, доктор очень любил путешествовать по жарким странам, на самый юг Эквестрии. Однажды он вылечил сына вождя одного из племени зебр, что населяли дикие и голодные пустоши. За это вождь отблагодарил его, и рассказал ему историю о колдунье в его племени, которая умела разговаривать с духами и исцелять больных словами. Всё это показалось Хруффу очень интересным, и потому он попросил у неё аудиенции.

Эта старая зебра знала очень многое. Доктор немало почерпнул свежих знаний из её историй, о чем впоследствии написал очень полезную книгу, «О влиянии трав и грибов на становление личности пони» (она лежит как раз рядом с его предыдущим опусом, не ошибётесь). Что касается «исцеления словами», то доктор Хруфф столкнулся с очень сложной и методической системой лечения. Больного одурманивали специальными травами, отбивая на барабанах тактовый ритм, усыпляющий сознание и снижающий работу сердца. Таким образом, больной впадал в некое состояние транса, длившееся очень долгое время – фактически, пока сама колдунья не прикажет ему выйти оттуда.

Свой метод она показала на одном из зебр её племени, страдавшем от помутнения рассудка. Он считал себя коровой, и очень боялся, что его вовремя не смогут подоить. Колдунья же ввела его в такой сон, и убедила его, что она и есть доярка, но доить его не собирается. Почему? Ну, например, потому что он не является коровой.

Наутро зебра просыпался, но ничего о своем лечении не помнил. Равно как и не помнил того, как бегал по своей деревне и бодал окружающих. Но коровой он быть перестал, что окончательно потрясло даже такого матерого материалиста, как наш несчастный доктор Хруфф.

Он назвал эту практику «гипнозом», и всячески её расхваливал на всех конференциях. Но… когда его коллеги узнали, что практика эта относится к так называемой «народной медицине», они восприняли её слишком критично. Они посчитали это открытие «слишком опасным и непредсказуемым», хотя даже не смогли понять, как оно работает, и зачем это нужно.

Спустя некоторое Дерпи вновь оказалась в клинике Клаудсдейла. Никто не мог понять, что с ней произошло. Она очень резко менялась; из веселой и задорной превращалась в холодную и мрачную. Минуты веселья и смеха так же резко сменялись плачем без всякой видимой на то причины. Лучшие врачи со стороны пегасов мучились в догадках, что же с ней происходит.

Вот тогда к ним на помощь и пришел доктор Хруфф. Он настоял, чтобы её перевели в его клинику, в Понивилль, где будет лично наблюдать за ней. Кто-то отнёсся к этому заявлению скептически, но многие медики Эквестрии ценили его гений, который брался за самые сложные дела в медицине. Хотя, возможно, они просто хотели свалить умственно-неполноценную пегаску на его голову, чтобы самим не мучаться зря. Возможен и этот вариант.

***

Доктор Хруфф обследовал Дерпи в течение целого месяца. Поначалу он шел по старинным медицинским методам. Но затем, испробовав всё, что только возможно, пришел к следующему выводу: а что, если её болезнь не связана ни с её врожденными патологиями, ни с какими-либо другими известными болезнями? Что, если он столкнулся с болезнью именно своей специализации? Неужели она душевнобольна?

Непохоже, чтобы она бредила. У неё очень часто менялось настроение, это да. Еще ей часто снились кошмары, смысл которых она не могла объяснить. Очень часто она к кому-то обращалась во сне – но это знакомо многим пони, и Хруфф сталкивался с вещами и похуже.

И тогда Хруфф, отчаявшись найти рациональное обоснование для болезни, решился на крайнюю меру. Он знал, что медицинское сообщество не одобрит такую выходку, но выхода иного он найти так и не смог.

Он написал письмо на юг. К той самой колдунье, которая рассказала ему о методике гипноза. И она откликнулась на его зов, и тайно прибыла в Понивилль, чтобы ему помочь.

***

-Это… очень рискованно, — вставила словечко доктор Кросс.

-Разумеется, — кивнул доктор Броксо, — он очень многим рисковал ради её спасения. Между обычной медициной и народной всегда существовала мнимая борьба за власть. Суть в том, что когда мы бессильны, пони начинают идти к народным лекарям. А там уже не без шарлатанов. Впрочем, — тут он усмехнулся, — в старые времена и нас, обычных лекарей, считали ничем не лучшими обманщиками и воришками.

-Она прибыла в строго означенное время, как и просил её доктор Хруфф. Он не мог довериться даже своим верным товарищам; он всё делал в абсолютнейшем страхе за себя и свою карьеру, и не хотел никого в это впутывать.

Они пригласили Дерпи, усыпили её травами, а затем… с ней заговорила Халкофа.

-Кто?

-Так звали эту зебру. Она общалась с Дерпи, пытаясь разузнать у неё всю правду. Начиная с самого детства – так у них принято. И столкнулась с неразрешимой проблемой: Дерпи ничего не собиралась ей рассказывать. Абсолютно ничего. Вся её память о детских годах оказалась… спрятанной. Исчезнувшей, как будто её никогда и не было.

«Память юной пегаски кто-то забрал, не иначе как демон над ней колдовал», — сокрушенно объявила она и развела копытами. Она была бессильна что-либо сделать.

Доктор Хруфф понимал, что это – полный провал. Но внезапно он решился на другое – он попросил Халкофу расспросить у Дерпи не её детство, а чуть более позднее время. Например, о её учебе в Клаудсдейле. И что так сильно повлияло на неё в то время.

-И она рассказала? – спросила Ред Кросс.

Воцарилась пауза. Доктор Хруфф покачал головой.

-Всё, что там случилось, мы… узнали от её лучшего и единственного друга. Он был там всё то время, и он смог объяснить, что же произошло.