Муки Сердца

Куно, молодой ченджлинг, приходит в себя слабой и покалеченной после событий Свадьбы в Кантерлоте. Вскоре ее находит Варден, королевский стражник. Вместо того, чтобы сдать ее страже, он проявляет милосердие, становясь одновременно ее спасителем и тюремщиком. Со временем перед Куно встает самый сложный вопрос в ее недолгой жизни: может ли ченджлинг испытывать любовь?

Другие пони Стража Дворца

Солнце и Луна

Сборник драбблов о детстве двух принцесс.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

The Conversion Bureau: Рекомбинант 63

Самое главное в работе каждого Бюро — это 'зелье', нанотехномагическая сыворотка, которая превращает человека в пони. Но, чтобы Бюро могли открыться, сыворотку сначала нужно было изобрести. Эта история о том, как была создана первая действующая сыворотка, о людях и пони, которые сделали это возможным.

Принцесса Луна ОС - пони Человеки

Героями не рождаются

Не получается быть героем в своем мире? Так почему бы не попробовать в чужом?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Хроники Первого Круга

Эквестрия – воистину райское место. Но стоит лишь зайти за её границы и становится понятно: страшные, чудовищные события происходят по всему Эквусу. Всегда происходили.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Выбор

Главный герой сталкивается с выбором..кого любить и кем быть любимым.

Рэрити Человеки

Она пятнистая

Луна глубоко спрятала тёмный секрет от пони, за которыми она приглядывает с такой любовью. Если они узнают о нём, она может разве что представить, какой урон это нанесет её имиджу. Твайлайт же считает его бесценным, и планирует раскрыть раз и навсегда. Во имя пятнышек.

Твайлайт Спаркл Принцесса Луна

Реприза

Рассказ, написанный неким Donny Boy на "Тридцатиминутные пони-истории", однако, за отведенное время не успел, но рассказ собрал множество положительных отзывов. Изначально рассказ назывался "Итоговый тест", при конечной обработке "Реприза". И да - совсем уже извращаться не стали, и песню оставили в оригинале. Рассказ получился достаточно драматичным, и немного жестоким. Читать на гуглодоках https://docs.google.com/document/d/1vUQXcs1kAysbhARiR6xpBw5S3VE6m1K-wIMnNFhR9go/preview

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия

СелестАИ vs. СелестАИ

СелестАИ встречает другую СелестАИ. Другая СелестАИ прётся по человекам. Пародия на Дружба это Оптимум.

Принцесса Селестия Человеки

Снеговик

О лопатах и снеговиках.

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия

Автор рисунка: Devinian
I. Один день в клинике III. Sonic Brainboom

II. Генерал-трубач

Небольшая инструкция о том, как правильно косплеить Шайнин Армора, если у вас есть с собой только банка с зеленой краской и шило в одном месте.

Думаю, что стоит сделать небольшое отступление и рассказать немного о той таинственной юной пациентке, которая по иронии судьбы оказалась в одной палате с малышкой Кросс. Это была маленькая единорожка голубоватого окраса с распушенной прической ярко-зеленого цвета. Кьютимарки у неё не было. Она еще не нашла своего призвания, и честно говоря – сложно найти его, когда всё твоё окружение ограничено четырьмя стенами клиники, которые с годами периодически меняются – из Кентерлота в Филлидельфию. Из Филлидельфии – еще куда-нибудь… А теперь и Понивилль.

Дело в том, что в Эквестрии нет детских домов. И никогда не было. Сама мысль о том, что какая-то пони сможет отказаться от своего жеребенка после его рождения, казалась многим слишком ужасной. Это было неправильно. Такого не должно существовать, это же чудесный, славный мир!

Но иногда такое случалось. А порой какая-то пони не выдерживала всех мук, связанных с родами и испускала дух, оставляя мужей – вдовцами, а жеребят – сиротами. Это очень грустно. Особенно, когда у новорожденного нет ни отца, ни каких-либо других родственников, способных его приютить.

Конечно, какая-нибудь сердобольная поняшка не выдерживала, глядя на чудесного маленького жеребенка, столь рано оставшегося без родителей, и оформляла над ним опеку. Такие случаи достаточно часты, и не заслуживают моего пристального внимания. За что хотелось бы воздать благодарность таким добрым и славным жителям Эквестрии в этих строчках.

Совершенно другой, более неприятный вариант событий – это случай с этой маленькой единорожкой, имя которой – Шайнблизз


Гиппо Мэй оставил не очень много информации. Шайнблизз родилась в Кентерлоте, в семье потомственных чародеев, занимавших видные посты. Судя по документам, её мама была очень интересной личностью: могущественная волшебница, заседала в приемной комиссии Королевской академии волшебства, где с легкостью могла найти искру таланта среди сотен посредственностей.

Дальше информация о ней была сплошь и рядом обрывочна, поэтому всё остальное – лишь мои догадки по поводу того, отчего же она отказалась от собственной дочери.

Не скрою, любая пони счастлива рождению жеребенка. Пускай даже если он и не первый в семье. Про тех, кто не очень доволен таким раскладом событий, я лучше умолчу — они недостойны упоминания. Так же счастлива была и мама Шайнблизз, когда её третье по счету чадо появилось на свет. Рост, вес – всё в норме. Врачи утверждали, что у неё нет никаких отклонений в развитии. Она абсолютно здоровая, крепкая маленькая единорожка, что вызвало у родителей восторг.

Вот только у матери на её счет были несколько иные планы. Оба её жеребенка были юными талантами. Она видела в них бриллианты магического потенциала, которые ей предстояло грамотно отшлифовать и оправить, дабы они сверкали над Эквестрией, прославляя её семью в памяти грядущих поколений пони. И они действительно добивались немалых успехов в обучении магией, которую её семья считала священной. Старший сын с легкостью сдал все вступительные экзамены, да и младший старался от него не отставать, составляя конкуренцию в детской борьбе за благосклонность матери.

С Шайнблизз возникла небольшая проблема. Точнее, проблема казалась вполне обыденной, но только не в глазах её родных. Она не умела колдовать. Невзирая на ту форму тренировок, которую её мама опробовала ранее на своих жеребятах, она упорно не сдавалась – в том плане, что как колдовать не могла, так и близко не собиралась. Все утешали их, говоря – мол, талант нельзя раскрыть в таком раннем возрасте. Тем более, вполне возможно, что магия им и не была.

Её мать всё это отрицала. А позже, окончательно убедившись, что её дочка не проявляет каких-либо значимых умений на этом поприще, пришла в клинику Кентерлота и оставила её там. Кто-то утверждает, что она сделала это тайно, где-то указано, что она официально подписала отказ от жеребенка… но в любом случае, больше Шайнблизз не имела ни семьи, ни родного дома. Её никто никогда не навещал, и никто не интересовался её судьбой.

К тому же, как можно найти друзей в больнице? Тем более, если больница не одна, и ты постоянно переезжаешь из одной клиники в другую. Ей не с кем было тут общаться, она постоянно видела перед собой новые и новые лица. Щедрость и доброта сменялись раздраженностью, а вскоре в душе Шайнблизз воцарилось вынужденное равнодушие к собственной судьбе и судьбе других пони.


А на следующее утро Ред Кросс проснулась и привычным причмокиванием поприветствовала новый день. Элфи Твитч уже куда-то с грохотом ускакал (вот его гиперактивности может позавидовать даже Пинки Пай), а новая пациентка понуро поправляла кровать.

-А, можешь этим даже не заниматься, — услышала единорожка её голос. Пегаска медленно выползла из своей теплой кроватки в холодную и серую реальность, что заставило её поёжиться и залезть обратно. Единорожка непонимающе на неё уставилась.

-Все санитары всегда убирают простыни, если они испачканы. Наделай хорошую кучу на кровати и они всё уберут.

На её мордочке появилось недоумение.

-Ха-ха! Шучу, — Ред наконец решилась слезть с кровати, и теперь она стояла перед Шайнблизз, помогая ей поправлять подушку. Пегаска в свое время прошла хорошую тренировку в лётном лагере Клаудсдейла, и потому знала целое множество всяких мелочей, полезных в жизни. Почему-то ей в этот момент захотелось показать маленькой поняшке, как правильно разводить костёр, но не решилась. Врачи не оценят.

-Спасибо, — просто ответила она, посмотрев на Кросс. Та ей залихватски подмигнула. Но в ответ Шайнблизз больше ничего не ответила и пошла на процедуры. Ред Кросс кивнула. День начинается довольно-таки неплохо.


Но чем чаще Ред сталкивалась с Шайнблизз – на приеме таблеток, на обеде, или на тихом часу, тем быстрее начинала понимать — что-то с ней не так. Внешне она выглядела вполне нормальной и здоровой – перебрасывалась с врачами приветственными словами. В ней не было подавленности, она просто не хотела ни с кем общаться. Она строго следовала распорядку, ни на минуту не опаздывая, и даже выполняла особенно неприятные для маленьких пони процедуры. К тому же, в остальное время она посещала врачей, которые вроде как не обязательны – особенно, когда ты лежишь в реабилитационном отделении. Например, зубной врач, появление у которого способно нанести юному жеребенку травму похуже, чем у некоторых военных.

И, раз уж на то пошло, она расспросила о своей новой соседке у Гиппо Мэя.

-Ты часом не жаловаться на неё пришла? – удивленно поднял он глаза.

-Да нет уж. Она очень милая. Но грустная.

-Ты бы тоже грустила, если бы у тебя не было родителей, — сказал ей престарелый пегас.

И так он рассказал ей всё то, что я приводил выше. Ред Кросс еще раз посмотрела на единорожку.

-Да уж, никогда бы не подумала. Это в наши-то времена?

-Времена не меняются, Кросс. Всегда есть кто-то, кому даже в Эквестрии нет места.

-А её кьютимарка? – спросила Ред, — как можно получить её здесь? И за что?

Гиппо ничего не ответил.

-Эта маленькая пони никогда не знала веселья, жила под гнетом родителей. Ничего хорошего из неё не вырастет при таком раскладе.

-Вот насчет этого согласен, — кивнул Гиппо, — но понимаешь какая проблема: эта пони никому не нужна. В смысле, вообще. В Академию Кентерлота она уже вряд ли попадет. Она не умеет даже колдовать. Может, это связано с постоянным напором со стороны матери… я не уверен, но такое бывает. Сильная психологическая травма, или неуверенность в своих силах…

Ред Кросс сдержанно кивнула. Магия и медицина иногда сталкивались вместе, чтобы вылечить какого-нибудь безнадежного пациента. Но для того, чтобы изучать влияние каких-то болезней или патологий на магию, нужно было самому быть единорогом. И получить нужную специализацию медика в Кентерлоте. Так что они оба были как минимум, несведущими в данном вопросе. Гиппо специализировался на болезнях внутренних органов, а Кросс была крылопатологом.


-Это несправедливо. Она мучается в этих застенках, и никто за ней никогда не придет, — вздыхала Ред, обращаясь ровным счетом ни к кому. Она просто рассуждала, ковыряясь в овсяном пюре в полном одиночестве за столиком.

-Может, это и к лучшему, — услышала она за своей спиной. Повернувшись, она увидела Шайнблизз, спокойно поедавшую бутерброд с розмарином.

Кросс прикусила язык.

-Ну, не говори так, малышка, — ободряюще начала она, — в конце концов, нельзя быть всю жизнь одной. Это ведь ужасно!

-Я не одна.

-Правда?

-Да. Есть же вы, Ред Кросс.

Ред Кросс выпучила глаза. Такого она не ожидала.

-Эм… ну… спасибо, конечно, — протянула она, — я как-то… хм. Просто ты даже не знаешь ничего обо мне… мы только познакомились, верно?

-Так расскажите мне.

Её голос был таким же обыденным, простым как и раньше. Пегаска даже вздрогнула, представив, какие мысли крутятся в её голове. Хотя и само их отсутствие её бы испугало.

-Ну… — Кросс отложила пюре и подошла к её столику, глядя прямо ей в глаза. Думая, с чего бы ей начать, она произнесла: — я врач.

-Врач? А почему вы не лечите?

-Потому что лечусь сама, — ответила ей Кросс, — врачи тоже болеют.

-Никогда бы не подумала…

-Я тоже, — усмехнулась Ред, — а что тебе еще рассказать, малышка? Не бойся, спрашивай.

Единорожка задумалась. И задала, возможно, самый сложный вопрос на памяти у Ред.

-А как живут нормальные пони?

Ред поникла. Действительно, нормальные пони в Эквестрии живут вполне хорошо. Те же случаи, которые она видела на своей памяти, редко уходили из той же клиники. Но главная проблема этого вопроса заключалась в том, как ей рассказать о простой жизни в нескольких словах. Даже если этих слов и будет много, подвести их под какую-то рамку будет ой как непросто.

Пегаска всерьез задумалась над этими словами, и в её голове созрела интересная идея. Ей было просто жалко бедную единорожку. И возможно, её не смогут осудить за следующие слова.

-Ты знаешь, Шайни… ты же не против, если я буду тебя так звать? – дождавшись её кивка, доктор Кросс продолжила:

-Жизнь нормального пони слишком многогранна, чтобы я всё могла так просто взять и рассказать. Кто-то продирается через успех путем долгой работы над собой. Кто-то тянет своё призвание по жизни, а кто-то пытается из него вырваться. У тебя нет кьютимарки, и ты вольна выбирать своё предназначение сама. Я не слишком запутанно выражаюсь?

-Нет. Похоже на мою маму. Я уже и наловчилась, — сказала она, заметно оживившись. Кросс мысленно похвалила себя за успех, и тут же сместила разговор в нужное ей русло:

-Я и правда не смогу тебе рассказать, какая она – жизнь у пони. Но… если бы ты мне доверилась…

Шайнблизз впервые видела такую пегаску. В ней было что-то такое притягивающее, светлое, дарующее надежду. В больницах таких пони было мало – ведь само понятие больницы запечатлелось у многих как что-то неизбежно-роковое, лишающее надежд и приносящее тоску и обыденность.

А в глазах доктора Кросс – ну, если она действительно была доктором – горел очень странный огонек. Скорее, искорка, в которой что-то было… в общем, Шайнблизз никогда такого не ощущала. И потому она с интересом подошла чуть поближе.

-Я могла бы показать тебе этот мир.


Итак, моя милашка Кросс решилась на побег.

Если честно, это был очень необдуманный шаг с её стороны. Роль пациентки давалась ей тяжело – например, нежелание проходить некоторые процедуры объяснялось стремлением к личной свободе и абсолютным непринятием врачебной рутины. Ну, и жалким подобием подросткового бунтарства. Но Кросс держалась, стойко переносила свою судьбу, втайне надеясь на что-то лучшее…

И вот она дожидалась конца рабочего дня в клинике. В её голове уже созрел небольшой план, когда она бродила вокруг территории больницы. Клинику она знала очень хорошо, как свои копыта. Знала она и расположение дежурных врачей, которые ночью смотрят за больными и следят за ночным покоем в больнице.


Возвращаясь в свою палату, она увидела перед собой Шайнблизз. Кобылка уже была готова к выходу, и даже немного приоделась. На ней была красная вязаная шапочка с помпоном и свитер. Правда, в кромешной темноте цвета её одежды несколько смазывались.

-Вообще-то сейчас весна, можно и так пойти, — сказала ей Кросс.

-Это моя одежда. Не хотела бы её здесь оставлять, — виновато сказала ей кобылка. Кросс немного поникла. Какая-то грусть её захлестнула при мысли о том, что мама отказалась от неё именно в холодную зимнюю пору. Да и Гиппо что-то такое упоминал…

И вдруг Кросс чуть не закричала. У своей кровати в углу стоял Элфи Твитч. Он не двигался, не дышал и даже не шевельнулся, когда Кросс шепнула его имя. Самое страшное было вот что — у него не было головы. По его шее стекала какая-то жидкость, оставляя мутные следы на полу.

Страшно было смотреть на это. Еще более страшной казалась реакция молодой кобылки на происходящее. Чувствуя, что вот-вот свалится в обморок, Кросс потянулась к выключателю.

И с её груди вырвался вздох облегчения. Элфи Твитч не был обезглавлен, как ей казалось. Этот недопонь нацепил на свою пустую голову банку с краской, явно забыв о её содержимом. Оно и выливалось медленной тягучей зеленой струйкой по его телу, пачкая совсем недавно отчищенный до кристального блеска пол.

-Ты что, спятил? – яростно зашипела Кросс, — я чуть копыта не откинула!

-Я уже не тот, кого вы знали, как Элфи Твитч, — раздался глухой голос из банки, — я – верный трубач и гвардеец великой Селестии, генерал Шайнин Армор!

-Шайнин Армор белого цвета, — поморщилась Кросс.

-Белой краски я не нашел, — ответил ей глухой голос из-под банки. Генерал-трубач полез под кровать. Вытащив из-под неё черный кейс, он раскрыл его, и перед кобылками предстал музыкальный инструмент, увеличенная копия той золотой трубы, которая красовалась на его кьютимарке.

-Сегодня мы соберем парад в честь Селестии и Луны! – возвестил он, шлепая краской на копытах в сторону выхода. Ред Кросс сделала натуральный фейсхуф, который пришелся вместо тысячи слов.

-С ним всё хорошо? – озабоченно спросила молодая кобылка.

-В каком-то роде. Он был… еще младше тебя, когда упал в чан с волшебным снадобьем. Теперь он большой, а дурачится не хуже остальных маленьких пони, — Ред заведомо не стала рассказывать ей о его небольшой патологии.

-А он пойдет вместе с нами? – шепотом спросила она.

-После того, как отвлечет на себя внимание санитаров, он нас нагонит, — неуверенно ответила ей Кросс. В тайне она всё же надеялась, что врачи не дадут ему такой возможности..


«Шлёп. Шлёп-шлёп. Шлёп-шлёп-шлёп»

Элфи Твитч твердой боевой походкой ступал по длинному коридору больницы, пачкая её полы зеленой краской. В его зубах уже была зажата труба. Он, не зная даже, куда идёт (банка на голове придавала бы ему некоторые… неудобства в плане обзора, если бы он не изредка поднимал её, уточняя для себя нужный маршрут), тем не менее, уверенно топал прямо к посту дежурных врачей. Ред Кросс и Шайнблизз аккуратно выглянули из-за угла и побежали в другую сторону – к пожарному выходу. Зная, что он не закрыт, пегаска уверенно потянула за ручку двери, и они вместе уже спускались по лестнице вниз, к долгожданной свободе.

В это же время один молодой врач развлекал медсестру страшилками о призраке Грязнули, который бродит по больнице и пачкает всё, до чего ни притронется. Учитывая кьютимарку кобылки в виде швабры, такие истории она воспринимала очень серьезно.

Уже у выхода Кросс услышала зов трубы. Обычно так королевские глашатаи возвещали о прибытии каких-нибудь важных персон, будь то Принцессы или их родня. Кросс даже мельком задумалась – уж не служил ли он в Гвардии? И выглядит крепким, и маршировать умеет… хотя и не пегас. Тем более, что Элфи о своем прошлом никогда не распространялся.

-Просыпайтесь, славные гвардейцы Селестии! Мы идем на парад! – гремел его голос. О том, что сейчас творится на третьем этаже, лучше умолчать. Но думаю, что каждый врач, увидевший такое… зрелище, прокручивал в голове с десяток фейсхуфов разных вариаций.

Убегая из клиники, Кросс обернулась. Во всех окнах клиники уже горел свет. Видимо, позывные трубы надолго запомнятся многим пони. До неё доносились глухие возгласы и звуки борьбы, возвещавшие о храбром сражении Элфи Твитча с несметными полчищами медперсонала. Решив не присоединяться к общему веселью, она крикнула Шайнблизз:

-Бежим! – и они вместе понеслись в сторону глухого леса, не оборачиваясь и стараясь замести следы.

Только Ред Кросс просчиталась. Не видя перед собой городских огней, она повела кобылку через лес. Луна освещала им путь, но в спешке они побежали не в сторону Понивилля, а в густую и непролазную чащу Вечнодикого Леса. Они бежали очень долго, надеясь, что погони за ними не будет. А когда наконец остановились, чтобы перевести дух, поняли лишь одно.

Они заблудились.