Автор рисунка: BonesWolbach
Вот так я уснул. Снова... Вот тебе и мирный обед.

Сегодня ночью я узнал кое-что новое...

Эпплджек храпит.

Серьёзно, такое чувство, что землетрясение началось. А, впрочем, неважно, нету ничего невыносимого, тем более это не остановило меня от попыток уснуть. Это сделали мои тревожные мысли.

Уснуть я всё же смог, но, видимо, ненадолго, потому что солнце ещё только поднималось, когда я зевая и оступаясь вылез из палатки, оставив бесшляпую ЭйДжей храпеть, пуская слюни.

Снаружи сидела Флаттершай, оживлённо мурлыкавшая что-то себе под нос и готовившая завтрак на углях от вчерашнего костра. Остальные, видимо, ещё не проснулись. В меню у нас были какие-то оладье-видные штуки, немного сухофруктов и свежие яблочки. Мой желудок заурчал достаточно громко, чтобы пегасочка обернулась в мою сторону. Её лицо тут же озарилось улыбкой.

— Доброе утро, — проворковала ангел костра, улыбаясь мне, пока готовила еду, — Слышу, ты бы не отказался от завтрака.

Хихикнув, я стремглав запрыгнул на одно из упавших деревьев, которые вчера играли роль импровизированных скамеек.

— Пахнет вкусно, Флаттершай, — сказал я, и тут же спросил: — Почему ты не спишь? Я думал, что Твайлайт и Рейнбоу последними стоят на посту.

— А, у меня была бессонница, так что я решила дать Твайлайт возможность немного выспаться. К тому же, мне хотелось приготовить для всех завтрак.

Флаттершай, делящаяся со всем миром своею добротой и оладушками!

— Уже готовы? — нетерпеливо поинтересовался я. Они пахли просто превосходно. И я не шучу!

Пегаска передала мне деревянную тарелку с двумя оладьями, которую я взял передними копытами и опустошил в один присест.

— Мама родная, — еле вымолвила Флаттершай, выпучив глаза.

— Ещё есть? — спросил я с надеждой в голосе, удерживая пустую тарелку.

— Я... боюсь, что мы взяли совсем немного припасов из расчёта на нас шестерых, и они уже на исходе из-за прибавившихся трёх ртов... Точнее пони, малышки и двухмерного пони, который, кажется, и без еды обходится. Но всё же, ты можешь взять себе яблоко.

— Нууу... — закапризничал я, после чего передал неприятные новости своему животику.

Животик, недовольный сей вестью, принялся ворчать и бурлить в знак протеста. Ну и ладно, предательский желудок! Давай, бастуй, глупый пищеварительный орган. Поглядим, заберёт ли пони-будь тебя к себе, накормит ли, когда ты будешь один хлюпать в лесу!

— К слову о наших гостях, где они? — спросил я, почавкивая яблоком.

— Ох, Рейнбоу Дэш стережёт их, вот там. — Флаттершай указала крылом в нужную сторону, одновременно занятая готовкой следующей партии оладьев. — Можешь подменить её, чтобы она пришла за своей порцией завтрака?

— Да не вопрос, — ответил я, хоть и не слишком радовался мыслям о том, что рядом со мной будет ошиваться сквернословящий жеребёнок с голосом Харви Фирштейна. Надеюсь, что он сейчас как и Доктор Шприц спит под навесом, который мы сделали для троицы.

Я приблизился к тому, что любил называть «Вечнодикой тюрьмой», потому что так работало моё чувство юмора. Рейнбоу сидела лицом к навесу, в котором отдыхали наши заключённые, вот только полулёжа и при этом тихо посапывая.

Она уснула! Я даже представить себе не мог... ну да, ладно, это всё-таки Рейнбоу Дэш. Видеть её спящей было совсем не удивительно. Но всё же! Элемент Верности уснула на страже?

И это было ещё не самое ужасное!

— Где, лягать вас, Доктор Страшноморд?! — заорал я, как только увидел, что его соломенное подобие лежанки пустовало. И почти сразу я услышал “иип!”, который издала Флаттершай за моей спиной, и чьё-то ворчание, доносившееся из палаток.

— Бве-е?! — только и сказала Рейнбоу Дэш, очухавшись и тревожно всполошившись.

— И где Блинчик?! И одуванчик наш тоже пропал!

— Нет, не пропал, — пробурчала Плюшка Сдобная, решив примерить на себя роль капитана очевидности. Точнее “пробурчал”. Какая разница.

— А другие двое сбежали? — начал я расспрос малышки.

— Ага. Я разбудил Дока, и они с Тэррасом слиняли, пока пегаска спала, — проскрипел Плюшка.

— Чёго пвоисходит, Пинк? — невнятно пробухтела Рейнбоу Дэш, пытаясь встать. Попытка оказалась неудачной, пегаска почти сразу рухнула на землю.

— Видишь, что ты наделала, мисс Снолюбка! — заявил я, пихнув кобылу под бок коленом.

— Чиво? — еле спросила она. — Каго... хрр.......

Не-ве-ро-ятно. Она снова уснула! Это уже слишком, даже для Рейнбоу!

Стоп. Это и правда слишком, даже для Рейнбоу...

— Что вы сделали с ней?

— Док накачал её снотворным.

— Шприц в круп? — спросил я, получив в ответ кивок головой.

Да уж, этому пони видимо очень нравится это дело. Бедняжка Рейнбоу! Я должен был знать, что она не уснёт просто так без причины! Теперь меня гложила тяжелейшая форма вины за мысли о том, что Рейнбоу Дэш лодырничала.

— Прости меня, Дэши, — обратился я к задремавшей пегаске. — Так, а почему ты не сбежал вместе с ними? — спросил я у Плюшки Сдобной с искренним любопытством.

— Потому что Вечнодикий лес – опасное место, Тэррас мне помочь не сможет в своём нынешнем состоянии, а Док похож на типа, который знает, что ему не нужно бежать быстрее диких зверей, главное бежать быстрее самого медленного спутника. И в данном случае, это я.

— Это поразительно логично для такой маленькой кобылки, — заметил я, уже испытавший на собственной шкуре приветствие Вечнодикого. По непонятной мне причине, он сердито посмотрел на меня в ответ.

— Может ты и тронувшаяся беглянка, — нехотя ответил он, — но ты вернулась за нами, когда решила, что нас атаковала мантикора. Не думаю, что ты одна из тех пони, которые могли бы запросто оставить меня на произвол судьбы в чаще леса.

Ааах! В этот раз я не смог удержать себя в ру... копытах! Я сгрёб этот комок очарования в тёплые объятья, пока он пытался отбиваться ногами, кусался и ругался.

— Это тааааак миииило! — проворковал я ему на ухо с текущей из носа кровью от нескольких особо свирепых ударов копытом. Он ещё неплохо так зарядил мне в глаз, к слову.

— Поставь, [цензура], меня на землю, ты, [цензура] [цензура] мешок с [цензура] на [цензура] заплесневелой заднице! — заверещал он, ясное дело без всех этих [цензура].

Видите? Я ещё помню о вероятности того, что эти записи могут попасть к ребёнку, и решил зацензуривать все плохие словечки и мысли! Аве мне!

Как бы там ни было, из-за нашей грызни все пони проснулись в разной степени раздражённости. За исключением, ясное дело, Рейнбоу Дэш, которая в данный момент наслаждалась увлекательными медикаментозными снами.

— Какого сена тут творится?! — заворчала Эпплджек, шатающейся походкой выходя из своей палатки.

— Не знаю, но кажется Пинки атаковал Плюшку Сдобную нежелательными объятьями, — ответила Твайлайт, зевая и протирая глаза запястье... тем, что было у неё над копытом.

— Ам... по моему, доктор и Тэррас ушли, — поправила её Флаттершай, потому что была достаточно близко от меня, чтобы услышать большую часть разговора. — И Доктор... мм... Страшноморд... накачал Рейнбоу Дэш снотворным на прощание.

— Ах, бедняжка, — посочувствовала вылезшая из палатки Рарити, выглядя как всегда безупречно, — С ней всё будет хорошо?

— Ну, если судить по моему личному опыту, ей всего-лишь будут сниться странные, бредовые сны, — успокоил я обеспокоенных пони.

— Как считаете, народ, может нам стоит догнать их? — спросила Эпплджек, надев наконец шляпу на голову, что стало для меня облегчением. Без неё она, если честно, была как белая ворона.

— Нет, — заявила Твайлайт после секундного размышления, — мы не можем позволить себе такую задержку, нам надо как можно скорее отправляться в путь.

— Ну ладненько тогда. Как насчёт завтрака, Шай? — Угадайте с трёх раз, которая из кобыл сказала это. И это была не Рарити и не Твай.

— Да, у меня приготовлены оладьи для всех, — вымолвила Флаттершай, улыбаясь и передавая всем тарелки.

Твайлайт начала идти вместе с остальными назад, к костру, когда неожиданно обернулась в мою сторону.

— Итак, Пинки, как долго ты намереваешься тискать Плюшку Сдобную против его воли?

Чего? Ой... Я перевёл взгляд на уже успокоившуюся малышку, зажатую в объятьях и выжигавшую меня взглядом, полным абсолютной ненависти.

— Хе-хе, упс! Прости! — извинился я, поставив Плюшку на землю и похлопав копытом по голове. Он лишь отмахнул моё копыто, рыча и злобно ругаясь. — А теперь иди есть. Такой маленькой кобылке нужно хорошо питаться!

Ох, что же он наговорил мне, топая к костру! Любой бы моряк покраснел от стыда.

Ну и ладно, в любом случае я уже поел, поэтому помогал Флаттершай мыть посуду, пока остальные завтракали. А после мы разобрали палатки, собрали вещи и вновь отправились в путь! Только на этот раз Рейнбоу Дэш была на носилках, а мне пришлось её тащить. Думаю, это было честно, учитывая то, как я провёл большую часть вчерашнего дня, тащимый другими пони.

Однако, это сделало ходьбу труднее. Я беспокоился за бедняжку Дэши из-за того, как подскакивали её носилки. Не, я пытался обходить кочки и ямы, но местами они были не обходимыми!

В это время Плюшка Сдобная, решив вроде бы идти с нами, галопом поспевал за нашей группой, пыхтя от попыток идти нога в ногу со взрослыми кобылами. ЭйДжей поймала его за шкирку и, несмотря на визги протеста, решительно посадила его на свою оранжевую спину.

Это нечестно. Я тоже хочу покататься на пони!

И чтобы показать своё недовольство, я показал язык хмурившемуся на крупе Эпплджек жеребёнку. Он не заметил этого, потому что его насупившийся взгляд был направлен в землю, а когда он наконец повернул голову, я быстро спрятал язык, делая вид, будто очень заинтересован в разглядывании деревьев и кустарников вокруг нас.

Светлогривая кобылка подозрительно посмотрела на меня, после чего выдала:

— И всё же, что у тебя за дело?

— Что ты имеешь ввиду?

— Док сказал, что ты чокнутая. Ты разнесла кучу лотков в городе, сбежала из больницы, и теперь направляешься... куда? И с какой целью?

— Почему тебе это интересно?

— Потому что я застрял с тобой в этом маленьком походе в никуда, вот почему!

— Ой, ну не дуйся, — ответил я, — Я расскажу тебе, только вначале ты должен сказать волшебное слово!

Он посмотрел на меня в недоумении, раскачиваясь взад-вперёд на спине ЭйДжей.

— Абракадабра? — выдал наконец Плюшка.

— Нет, “пожалуйста”. Тебя не учили в детстве волшебным словам?

— Ладно тогда, пожалуйста.

Так я удовлетворил его любопытство, пересказав по новой всю историю. Это уже стало рутиной: универмаг, лампочки, зеркало, Пинки Пай, Понивилль, так далее и так далее... И я вам говорю, что подруги Пинки внимательно слушали меня, несмотря на то, что уже всё слышали.

— Хах, — усмехнулся он, когда мой рассказ подошёл к концу. — И твои подружки тебе верят?

— Конечно, — небрежно ответил я, — они видали вещи в разы страньше.

— Ты о чём?

— Что? Серьёзно? Ты не знаешь этих кобыл?

— Нет, — отрезал он, — а с чего должен?

— Элементы Гармонии? — намекнул я, получив от мелкой в ответ лишь равнодушный взгляд. — Серьёзно, что с вами, пони?! Они спасли этот мир как минимум два раза, и вы даже их имена не можете запомнить?

— Спасли мир от чего? — спросил Плюшка, лениво перебирая косу в копытах. Да, это было прелестно, но я был слишком раздражён, чтобы умиляться.

— Найтмэр Мун, ни о чём не говорит это имя? А как насчёт Дискорда? Не упоминая ещё Королеву Кризалис и армию ченджлингов, не смотря на то, что они там по большей части лишь помогали спасать мир от них.

— Ого, честно? Это всё работа этих кобыл?

— А-га, — подтвердил я, закатив глаза, за что получил очередной Губительный Взгляд. — Ладно, хватит лишь обо мне говорить. Что насчёт тебя?

— А что насчёт меня? — удивился Плюшка.

— Почему ты работал на Дока Врушку? — спросил я напрямую, на что он фыркнул:

— Я не работаю на него, лишь на благо жителей Понивилля. Я один их местных поницейских.

— Да? и как давно ты знаешь нашего Доктора? — поинтересовался я.

— Мы познакомились в тот же день, в который поймали тебя. Он показался в участке и сказал, чтобы мы шли за ним.

— Серьёзно? — спросил я удивленно. — И часто такое происходит?

— Что именно?

— Что вы, ребята, принимаете приказы от рядовых граждан.

— Ам... — Плюшка умолк, выглядя растерянно. — Ну, он ведь был доктором. Сказал, что ему нужна наша помощь.

— И почему ты теперь тут?

Жеребёнок сердито уставился на меня со спины Эпплджек.

— Потому что застрял в теле мелкой кобылы, ты, недоумка! — огрызнулся он.

Недоумка? Недоумка?! Я даже не... никто и никогда меня так не называл! Я даже не знаю, смеяться мне, или плакать, или и то и то сразу!

— Нет, я хотел сказать, почему вы пошли в жуткий лес погибели, если на то пошло?

Он раздражённо закатил глаза:

— Очевидно, потому что нам нужно было выследить сбежавшую душевнобольную, — произнёс Плюшка голосом, сочившимся от насмешки.

— Ага-ага, — сказал я, — Сколько всего поницейских в Понивилле?

— Двое, — ответил он. — Я и Тэррас.

— Так, давай обобщим факты, — заявил я, готовясь подвести итог. — Значит доктор заявился к вам, откуда то узнав, что я начну “безумствовать” в городе, ещё до того как я на самом деле начал буянить. Позже, ты с напарником, оба благородные поницейские, поклявшиеся защищать жителей Понивилля, оставили город без каких-либо представителей пониции по приказу доктора, которого знали от силы несколько дней, чтобы бродить по самому опасному лесу Эквестрии в поисках одной единственной предполагаемой “душевнобольной”? Это стандартная процедура для подобных ситуаций?

Оооох, прямо в яблочко! Жеребёнок растерянно смотрел на меня выпученными глазами.

— Это... тогда это казалось разумным... — удручённо вымолвил Плюшка. — Мы... обычно, в подобной ситуации мы бы распространили информацию в близлежащие города, чтобы следили за беглецами, может проверяли бы дороги.

— Контроль разума! — выкрикнул я внезапно, заставив всех пони в пределах слышимости чуть ли не выпрыгнуть из кожи.

— Что ты кричишь, параспрайт тебя подери? — раздражённо спросила Эпплджек.

— Доктор Страшноморд контролировал сознание нашего Плюшки! Я знал это!

— А вот и нет!

— А вот и да!

— А вот и нет!

— А вот и да!

— А вот и нет, умноженное на бесконечность!

— А вот и да, умноженное на...!

— Вас двоих можно попросить замолчать? — так же раздражённо выпалила Твайлайт. — Ведёте себя как дети!

Не сговариваясь, мы с Плюшкой показали оцепеневшей кобылке языки. И когда я увидел, что он тоже высунул язык, я захихикал.

И он тоже! Самое настоящее девчачье хихиканье! Без ноток мрачной хриплоты! Бедняжка тут же заткнул рот копытом, посмотрев на меня со страхом.

Вздохнув, я утешающе похлопал жеребёнка по макушке.

— Я понимаю тебя, друг, — сказал я ей/ему — Серьёзно.

— Селестия милосердная, — прошептал он в ужасе, — я не хочу превратиться в кобылу! А что, если это навсегда?

— Ох, не волнуйся об этом, — уверил я, радостно прыгая, пока вдруг не вспомнил, что да, я ведь тащу Рейнбоу Дэш и прыгать по дороге будет не самой блестящей идеей. — Это всего лишь эффект “ядовитой шутки”, и лекарство от неё — ванная с травами и пузырьками. Спа в Понивилле поможет всё исправить в миг.

— Честно? — спросил он, смотря на меня широко раскрытыми глазами, полными надежды.

— Ага. Кто знает, может Зекора уже выдала мне лекарство? Она набила мои седельные сумки кучей вещей на все случаи жизни.

Теперь его глаза стали похожими на две мелких щели.

— Хочешь сказать... что у тебя всё это время могло быть лекарство, и ты мне не сказал? — Голос Плюшки начал срываться, от низкого и грубого, до высокого девчачьего.

— Не думай об этом. А хотя знаешь что, я пороюсь в седельных сумках во время следующей остановки и посмотрю, что есть, хорошо?

Он пытался уговаривать, просить, требовать, а под конец умолять нас остановиться сейчас и проверить, есть ли у меня нужное средство. Закончилось всё тем, что Эпплджек пришлось повернуть голову и шикнуть, хоть на него это плохо подействовало. По крайней мере до того момента, когда он не начал зевать и не уснул.

Тихий час для Плюшки! Клянусь вам, когда он молчит, то становится раз в десять милее. Дальше мы шли в тишине, а все разговоры наши сводились к шёпоту. Не знаю, почему они позволили ему так уснуть, но я бы хотел избежать любой ругани в свою сторону от полуметровой кобылки. Если такое очаровательное создание и таким голосом покрывает вас бранью, то это сильно расшатывает ваш дзен, знаете ли.

Примерно два часа спустя, Твайлайт решила устроить привал.

— Впереди что-то есть, — проинформировала она нас. — Похоже, это вторая река.

— Йей! — обрадовался я. — Стоп, вторая?

— Агась. Мы пересекли первую, покамест ты дремала, — сказала Эпплджек.

— Ох. Класс! И что это значит?

— Это значит, что к ночи мы выйдем из леса, — радостно уведомила меня Твайлайт, — а ещё это значит, что мы сделаем короткую остановку и пообедаем!

Круто! Еда!

Я вернусь к вам немного позже, народ. Время перекуса!