Битс Всемогущий

После очередного провала Флим и Флэм решили ударится в религию. Что, лягать, могло пойти не так?

ОС - пони Флим Флэм

Под омелой

Усталый писатель уходит в гостиную в канун Рождества. Он рассеянно желает, чтобы особая пони появилась под его ёлкой. И особая пони исполнила его желание.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Луна делает тост

Одно ничем не примечательное утро, одна обычная принцесса, одна кухня и не более одной упаковки свежего ароматного пшеничного хлеба в нарезке... Что может пойти не так? Ваншот о том, как любимая многими принцесса Луна справляется с самыми обычными житейскими задачами.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Сумасшедший дом в Эквестрии

Это мир слишком спокоен. Да и этот заскучал. Может их перемешать? Смерть и похищения? Свадьба и покой? Или пробуждение убитого в другом мире? Что будет ждать эти творения?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек ОС - пони Человеки

О том, что скрывают двери

В одну холодную осеннюю ночь малыш Пипсквик приболел. Довольно серьезно, и пока его отцу пришлось уехать по важным и срочным делам в другой город, сестра Редхарт с удовольствием согласилась с ним посидеть.

Черили Пипсквик Сестра Рэдхарт

Если память не изменяет

Забавно, как порой некоторые вещи задерживаются в памяти: какие-то места, знакомые, звуки и даже запахи. И стоит затронуть что-то из этого, как тебя затопят воспоминания. И также быстро исчезнут.

Рэрити Эплблум

Арил Сгниртстрах

Одним летним днём владыка хаоса Дискорд и Лира Хартстрингс как-то повздорили на тему того, чьё же понимание музыки правильнее, и драконикус решил доказать единорожке свою правоту. В своей, немного безумной манере. А заодно и всему Понивиллю.

Эплблум Скуталу Свити Белл Лира Дискорд

Лавандовый экран смерти

Ваша Твайлайт Спаркл столкнулась с проблемой и нуждается в перезапуске. Мы соберем информацию об ошибке и перезапустим ее для вас.

Рэрити Принцесса Селестия Принцесса Луна

Ваш Рай разрушен

проповедь типа "ололо на поней клопать не хорошо" . Пересекается с Раем и Живым щитом.

Принцесса Селестия Дискорд

Попаданцы не нужны

Матвей жил, матвей попал…

Человеки

Автор рисунка: Stinkehund
Зрячая паника «Почему вокруг одни идиоты?»

Всего один идеальный городок

Винил Скрэч осторожно высунула голову из корзины и осмотрелась. Воздушный шар приземлился в центре городка, на площади, украшенной фонтаном со статуей резвящейся земнопони. Вокруг шара стояло множество земнопони и единорогов, смотревших на Винил с вежливым вниманием. У многих из них были с собой корзинки; похоже было, что появление шара отвлекло их от занятий. И действительно, через несколько секунд многие из пони отвернулись и двинулись дальше по своим делам – кто вдоль улицы, кто в выстроившиеся вдоль неё магазинчики. Ни единого пегаса не было видно.

В этой картине было что-то странное, но Винил не смогла бы сказать точно, что именно. Здания были тщательно вымыты, и окна сверкали на солнце, но сами пони выглядели крайне неопрятно – все они были покрыты мелкой белой пылью или порошком, поднимавшимся в воздух при движении. Пони выдерживали идеально равные дистанции между собой при ходьбе и заходили в магазины и выходили оттуда через равные промежутки времени. При разговорах они всегда давали друг другу договорить, вместо того чтобы пытаться перекричать одна другую, что было обычным делом в магазинах на центральной площади Кантерлота. Когда казалось, что две пони с покупками должны были вот-вот столкнуться, они вдруг изящно обогнули друг друга.


«Как будто вся площадь – одна большая заводная игрушка, — подумала Винил. — Танцующая под неслышимый вальс».

В ответ на это предположение „крутой“ голос в голове у Винил запел точно в ритм с движениями пони под техно/транс:

Кружит вальс, вальс летит –

Я почти вспоминаю.

Чья-то песня звучит

В декабре или в мае.

Как и рок-музыку до этого, Винил знала эту песню, но не знала, откуда.

«Ты кто?» — спросила Винил у голоса.

«Мне-то откуда знать? — с усмешкой ответила та. — Я же у тебя в голове, забыла?»


Одно из зданий, ратуша, выделялось своей высотой. Перед ним собралась небольшая группа официально одетых пони, возглавляемая светло-коричневой седогривой земнопони в очках. У них был странный серый отблеск в глазах, словно бы пыль осела даже там.

Винил, чувствуя себя неуверенно, как всегда, не спешила двигаться с места и ждала, пока Спайк… нет, подождите-ка, на самом деле она выпрыгнула из корзины и зашагала к группе. Не ожидавший такого Спайк поспешил выбраться из корзины и обогнать Винил, чтобы объявить о её приходе:

— Разрешите представить вам представительницу принцессы на тысячном празднике Летнего Солнца, Винил Скрэч.

Бросив быстрый удивлённый взгляд на Винил, дракончик вновь повернулся к остальным. Пони из встречающей делегации склонили головы на несколько секунд, хотя белая единорожка в заднем ряду присоединилась к общему поклону лишь после пристального взгляда на Винил. Это движение подняло облако пыли, продемонстрировав, что местные высокопоставленные пони столь же неряшливы, как и обычные жители.

Светло-коричневая пони выступила вперёд.

— Добро пожаловать в Понивилль, — внушительным голосом обратилась она к Винил и широким жестом обвела передней ногой всё окружающее. — Я мэр этого города, и все наши силы посвящены служению принцессе.

— Представительница просит о возможности ознакомиться с запланированными на завтра мероприятиями, — сказал Спайк.

Глаза мэра были устремлены на Винил, и ей пришлось несколько секунд поискать миниатюрную фигурку, от которой исходил голос.

— А! Да, меня это вполне устраивает. Вам понадобится сопровождающий, чтобы показать вам город; сама я персонально копытовожу приготовлениями в ратуше и буду вынуждена передоверить эту честь пони-нибудь ещё.

— Не беспокойтесь, — сказала Винил, — мы будем признательны за любую помощь.

— Полагаю, этим могла бы заняться я, ваша честь, — сказала всё та же белая единорожка. Толпа расступилась перед ней. Эта пони выглядела куда грязнее прочих, но, поскольку пыль была одного цвета с её шкуркой, заметно это становилось только при ходьбе. Её фиолетовые грива и хвост были с тщанием уложены в сложные геометрические фигуры, а её плохо различимая метка была, похоже, в виде облачка искорок.

Спайк влюбился в неё с первого взгляда.

То есть… вроде бы влюбился. Ему полагалось бы, но… м-да.

Единорожка с фиолетовой гривой представилась:

— Меня зовут…

— …Рэрити! — воскликнула Винил Скрэч.

Что?! Откуда?


Она немедленно узнала голос подруги жеребячества.


Спайк крутанулся на месте и уставился на неё в совершеннейшем недоумении.

— Откуда ты знаешь?..

Рэрити, в свою очередь, отпрянула, как от кобры.

— Должна присоединиться к вопросу вашего друга-дракона, представительница Скрэч. Если не ошибаюсь, мы раньше не встречались.

— Мы… — начала Винил и потёрла лоб.


Винил устремилась мыслями в прошлое. Воспоминания говорили, что она родилась в Кантерлоте и только сейчас впервые покинула столицу. И она была убеждена, что никогда раньше не видела эту единорожку. Но точно так же она была убеждена, что знала Рэрити.


Спайк обеспокоенно переводил взгляд с одной единорожки на другую. Наконец он выступил вперёд.

— Разумеется, Винил сообщили обо всех влиятельных пони, с которыми она должна была встретиться в Понивилле. Включая вас, мисс… ээ, Рэрити.

Всемпони было ясно, что врун из него никудышный.

— О да, — сказала Рэрити, вернув себе самообладание. — Разумеется.

Она обернулась к мэру и кивнула. По её сигналу седая пони увела за собой всех остальных в ратушу. Рэрити повернулась обратно к Винил и Спайку и, шагнув вперёд, приветственно протянула копыто.

— Я официальная портниха нашего городка. Разрешите мне присоединиться к пожеланию мэра о том, чтобы все жители Понивилля приняли вас с распростёртыми объятиями.

Винил пожала протянутое копыто и тут же чихнула оттого, что вездесущая пыль попала ей в нос.

— О, моя милая! — воскликнула Рэрити, пряча зловещую улыбку за поднятым копытом. — Надеюсь, вы ничем не заболели?

— Здесь что-то с воздухом… — пробормотала Винил, вдруг почувствовавшая, что её с трудом держат ноги. Указав на незанятый столик и три шезлонга в десятке шагов, она спросила: — Вы не против, если я присяду на минутку? Полёт меня утомил.

— О, конечно же, — ответила Рэрити и помогла Винил усесться. — Я должна принести извинения за местный климат. В Понивилле от природы суше, чем в Кантерлоте, а без помощи пегасов стало только хуже. А теперь мне нужно устроить, чтобы ваш воздушный шар разместили где-нибудь, где он не будет нипони мешать. Вы не возражаете?

Винил устало помотала головой.

— Превосходно. Посидите здесь, а я вернусь через несколько минут.


Винил сняла очки и с минуту массажировала закрытые глаза.


Винил тёрла глаза и пыталась сообразить, откуда бы ей знать Рэрити. Её мысли вернулись к рок-н-ролльной мелодии, которую она слышала перед «Песнью восхода», и единорожка поняла, что так и не вспомнила ни название, ни исполнителя песни, ни то, когда бы она могла услышать её раньше.


Спайк вскарабкался на соседний стул и сунул ей под нос чашку воды со льдом.

— Выпей, — сказал он, а потом внимательно смотрел на неё, пока она пила. — Винил?..

— У меня красные глаза, — удивлённо сказала та, смотрясь в оставшуюся на дне чашки воду.

— Я всегда думал, что они очень симпатичные, — сказал Спайк.

Винил застенчиво надела очки обратно и опустила взгляд в чашку.

— Спайк, ты не помнишь песню, которая начинается вот так…

И она настучала ритм по столу, глядя на круги в воде: тук-тук-тук-тук-тук! тук-тук-тук-тук-тук! тук-тук-тук-тук-тук! тук-тук-тук-тук, тук-тук-тук-тук…

Спайк подумал несколько секунд.

— Gimme Some Lovin'? Хотя там скорее вот так…

И он когтем отстучал на столе свой ритм: тук-тук-тук-тук-тук, бам! тук-тук-тук-тук-тук, бам! тук-тук-тук-тук-тук, бам! тук-тук-тук-тук-тук, бам!

— Не, ничего не приходит на ум. Где ты её слышала?

— В том-то всё и дело. Я не знаю, где её слышала, но думаю, что это очень важно. И… ещё кое-что. Я… кажется, схожу с ума, — Винил подняла лицо к дракончику. — У меня… как будто… у меня в голове эти голоса. Мой же голос, и то, что он говорит, я вроде бы должна знать. Но я не знаю, Спайк, потому что это ненастоящее. До того момента, как я проснулась там в корзине, всё было ненастоящим. А теперь всё неправильно. Всё, кроме этой песни.

— Я не знаю, что с тобой такое, — мягко сказал Спайк, положив когтистую руку на копыто Винил, — но я буду рядом, что бы ни случилось.

— Спайк, как ты думаешь, я та же самая пони, которую ты знал до того, как я проснулась?

— Ну да! Или нет… не знаю. Но я вот тебе что скажу: с этим городом что-то сильно не так, и эта Рэрити в самом центре всего, я это точно знаю! Как только я её увидел, то понял, что она как изъян, портящий в остальном идеальный драгоценный камень.

Так, про любовь забудем. Ну надо же. Казалось бы, думаешь, что знаешь дракона…

Недолгий упадок сил Винил вдруг исчез, и его сменила вспышка негодования.

— О чём ты говоришь?! — воскликнула она, спрыгнув со стула. — Этот город – самое великолепное место изо всех, что я видела, а Рэрити – воплощение Правды, Справедливости и Эквестрийского образа жизни!


— О, я весьма польщена, — сказала Рэрити и с победным видом села в свободный шезлонг. — Но, конечно, всё это заслуга мэра. Я всего лишь её верная помощница.

Если она и слышала, что о ней думает Спайк, то не показала этого.

— Разве наш городок не идеален? — продолжала портниха, выгнув шею и оглядывая отлаженно двигающихся местных жителей. — Абсолютный триумф порядка над хаосом! Каждая пони на своём месте, и есть место для каждой пони! Вы знаете, что пять лет назад Понивилль показывал худший во всей Эквестрии результат в Зимней уборке? Те дни прошли навсегда, и в прошлом году этот город установил всеэквестрийский рекорд самой быстрой уборки без ошибок. И всё благодаря м… моей дорогой мэру и её неустанной заботе обо всех наших горожанах.

Винил восторженно кивала на протяжении всей речи, в то время как Спайк нетерпеливо расхаживал туда-сюда у неё за спиной.

— Вы правы, этот город просто идеален! — воскликнула музыкантша. — Жаль только насчёт погоды.

— Да, увы, Восстание вывело погодные команды из-под юрисдикции муниципальных руководств, — с грустью сказала Рэрити.

— «Восстание»?

В ответ Рэрити указала в небо. Винил задрала голову и покрутила ей туда-сюда, осматривая то, что было в воздухе. В небе было несколько мелких облачков. В направлении Клаудсдейла очень высоко висела пара разрежённых облаков, и можно было различить высовывающиеся из них круглые силуэты – головы наблюдавших за ними пегасов.

Небо было голубым, очень светлым, и только к горизонту немного темнело. На высоте пяти полных лун над горизонтом небо опоясывала радужная лента – постоянный символ Восстания.


Память Винил услужливо подсказала, что кольцо постоянно было на месте днём и ночью с того дня, как десять лет назад началось Восстание пегасов против Эквестрии. В тот день Рэйнбоу Дэш (ныне императрица Рэйнбоу Дэш) создала Звуковой удар, навечно расколовший небеса. С тех пор погодные пони исполняли свои обязанности лишь по самому минимуму, только чтобы не допустить полного падения цивилизации пони, и это изменилось бы до тех пор, пока Селестия не согласилась сдать власть над Эквестрией Радужной императрице.

— Вы могли бы на это пойти? — спросила тогда наставницу обеспокоенная Винил Скрэч.

— Нет, — сказала принцесса. — Но я не буду и поднимать пони на войну против пони. Я никогда не принуждала пони к повиновению и никогда не стану. Покуда земнопони и единороги желают видеть меня своей правительницей, у меня нет выбора, кроме как противиться требованиям пегасом, пока они неразумны.

Вот так обстояли дела последнее десятилетие.

Любопытно, однако, было то, что Винил получила свою метку и добилась того, чтобы Спайк вылупился из яйца, как раз в день Небесного раскола.


— Винил, — начала Рэрити, глядя в небо вместе с Винил Скрэч. — Я хотела бы кое о чём спросить, если это будет не слишком дерзко.

— Нет, спрашивайте… о чём угодно, — ответила Винил, чей голос с каждым словом становился всё более сонным.

— Мне любопытно, почему для праздника Летнего Солнца в этом году выбрали Понивилль? Возможно ли, что новости о нашей возросшей эффективности достигли ушей принцессы? Не питает ли она определённые… подозрения? Ведь в отличие от некой эгоистичной пегаски, у меня… ээ… то есть у мэра нет никаких амбиций по расширению нашей программы. Всё, что мы хотим – это Понивилль. Всего один идеальный городок в мире боли и разочарований – неужели я прошу о слишком многом? Разве вы не видите, как всепони довольны? Я обеспечила их всех! А взамен я отказалась от надежды и мечты стать дизайнером мирового уровня. Ведь может же принцесса обойтись без одного маленького городка?

— Я… ээ… не понимаю, в чём именно вопрос, — выдавила Винил, по прежнему глядя вверх. — Принцесса выбирает города заранее за несколько сотен лет, но считает, что лучше хранить это в тайне, потому что… потому что, кажется, она не говорила мне почему…

— Так она по-прежнему не осведомлена о моих достижениях? — спросила Рэрити. — Интересно… это несколько разочаровывает, но интересно…

Пока Винил и Рэрити были заняты тем, что любовались небом и разговаривали, Спайк снял один из многочисленных кусочков грязи с задней ноги Винил, чтобы изучить получше; пыль словно бы выступила из её шкурки по всему телу разом. Дракончик прищурился, пытаясь приглядеться к кусочку одним глазом, понюхал его, но не почувствовал никакого запаха; наконец, он неохотно положил грязь на язык. Его закрытый глаз поражённо распахнулся.

— Алмазный порошок!

Вообще-то, строго говоря, это смесь порошков, получаемых измельчением семнадцати различных драгоценных и полудрагоценных камней, включая алмазы, а не исключительно и даже не преимущественно алмазов. Процесс измельчения нейтрализует оптические свойства кристаллов, и может создаться впечатление, что результирующее светло-серое вещество было получено дроблением одного лишь кристаллизовавшегося углерода. Но… ради плавности повествования, пожалуй, можно принять упрощённый термин.

Рэрити ядовито взглянула на Спайка, услышав его заключение.

— Про тебя-то я и забыла, рептилия! — прошипела она.

Со звуком дудочки заклинателя змей засветился рог Рэрити, и с навеса поблизости снялась ткань и обмоталась вокруг тела и рта очень изумлённого Спайка. Потом портниха переключила внимание на изучавшую небо Винил и сменила выражение с полного ненависти на ласковое.

— Винил, милая! — проворковала она.

— Да, госпожа? — блаженно вздохнула Винил.

— Нам следует поторопиться, чтобы вы успели с инспекцией. Теперь я могу сопровождать вас, поэтому вы ведь можете обойтись и без своего помощника?

— Спайк? — спросила Винил, вяло оглядываясь. — Что случилось?..

Рэрити быстро подошла к Винил и заговорила прямо ей в ухо:

— Ну как же, бедняжка так утомился, что просто заснул! Вы ведь это и видите, не так ли?

— Ээ… да, конечно, именно это я и вижу, госпожа, — пробубнила Винил.

— Превосходно! Сейчас я устрою вашего друга отдохнуть, а мы продолжим путь.

— Ладно.

— Полагаю, в первую очередь вам нужно повидать Эплджек, она поставляет всю еду к сегодняшнему празднеству. Идите вот по этой дороге, а я вас догоню через минутку!

— Как скажете, — согласилась Винил и убрела прочь.

Спайк всё пытался привлечь к себе внимание, но его замечала только Рэрити. Она трижды постучала по столу, и перед ней явилась группа полицейских пони, чьи униформы были густо насыщены алмазной пылью.

— У нас тут шпион… Императора драконов, — холодно сообщила единорожка. — Найдите мне доказательства, чтобы я могла убедить принцессу. Да, а сперва заприте его в темнице.

Полицейские молча отдали честь, подобрали связанного дракона и двинулись к ратуше (размещавшейся поверх понивилльской темницы). Прочие пони немедленно расступались перед ними, а дальше вели себя как ни в чём не бывало.

Спайк даже не пытался сопротивляться аресту. Вместо этого он раздумывал над… э-э, несправедливостью мира? Да что такое, я же вот только что знала, о чём он думает! Что происходит?!


Спайк размышлял над последними словами госпожи Рэрити. Его должны были обвинить в государственной измене в пользу Императора драконов. Он со всей уверенностью знал, что у драконов не было императора больше шести тысяч лет и уж точно не было императора сейчас. И в то же время воспоминания подсказывали ему, что он вылупился из яйца в результате безумного плана главной шпионки Императора драконов, плана, сорванного Винил Скрэч в день её экзаменов перед принцессой Селестией. Музыкальных способностей Винил хватило, чтобы обратить его рывок роста и порчи.

Шпионку поймали; её признал виновной высочайший суд страны, но принцесса проявила милосердие. Виновницу оставили в живых, навечно пометив её магическим клеймом. С того дня стоявшая за тем замыслом пони была известна как Изменница Твайлайт Спаркл.