S03E05
«Мы можем быть полезны друг другу» Первые шаги навстречу

Возвращение

«Маффины решают всё»
(с) Дитзи Ду (Маффинс)

Вопрос возвращения решился внезапно, и совсем не так, как ожидал Никита Сергеевич. Когда они вернулись в королевский дворец в Кантерлоте, принцессу дожидался свиток с посланием из Понивилля.

– Оу! Неужели Твай вернулась? – принцесса нетерпеливо схватила свиток телекинезом и развернула. – Нет... Послание сие от Лиры Хартстрингс... минутку... Не может быть!

– Что? – забеспокоился Никита Сергеевич. – Что-то случилось?

– Не то что бы случилось... У Лиры есть идея, как вернуть вас обратно, – улыбнулась ночная принцесса. – Но не берёмся МЫ ничего обещать. Это не зависит ни от НАС, ни от Лиры.

Несмотря на усталость, принцесса ещё раз телепортировала себя, гостя и сопровождающих его демикорнов в Понивилль, прямо к домику Лиры Хартстрингс. Дверь им открыла кремовая земная пони, подруга Лиры, и тут же склонилась перед принцессой, согласно этикету:

– Ваше Высочество, мы вас ждали. Проходите, прошу вас. Это большая честь для нас... Можете звать меня просто Бон-Бон, – она отступила назад и позвала: – Лира! Принцесса Луна здесь! И человек с ней!

Никита Сергеевич, пригнувшись, протиснулся следом за принцессой в низкую дверь. Потолки в домах пони были достаточно высокие – в строительных нормах Эквестрии, как выяснилось, было требование: высота потолка должна быть достаточной, чтобы принцесса Селестия могла находиться в помещении, не нагибаясь. Однако, по какому-то загадочному выверту понячьей логики, на дверные проёмы эта норма не распространялась.

Тут же он услышал стук шагов, и появилась Лира. Она тоже поклонилась принцессе:

– Ваше Высочество.

– Прошу, не надо церемоний, дорогая Лира. Дописала ли ты уже свой рассказ?

– Ещё нет, – зелёная единорожка заметно засмущалась. – Но я хотела рассказать вам не об этом.

– Да, да, ты писала, что знаешь, как вернуть нашего гостя Никиту, принцесс Селестию и Твайлайт. И как же?

– Прошу вас, идёмте со мной, я уже обо всём договорилась.

Следуя за Лирой, принцесса Луна и Никита Сергеевич, с охраной из двух демикорнов, отправились по узкой немощёной улочке к центральной площади городка. Не доходя до неё около полукилометра, они остановились возле почтового отделения. Лира постучала в низкую дверь. За дверью послышался стук шагов, дверь открылась, и на пороге появилась серая лошадка, с желтой гривой и изрядно косящими глазами. Она тут же склонилась перед принцессой. Первый секретарь вспомнил, что их уже знакомили на вечеринке у Пинки – вроде бы это была местная почтальонша.

– Привет, Дитзи! А доктор Хувз дома? – спросила Лира.

– Здравствуйте... Да, он дома... Он вас ждёт. Прошу, входите.

Сильно пригнувшись, Никита Сергеевич следом за принцессой вошёл в дом. На первом этаже было почтовое отделение, а на втором – жилые комнаты. Сверху спустился коричневый понь с короткой черной гривой и кьютимаркой в виде песочных часов, учтиво поклонился принцессе и представился:

– Доктор Хувз, к вашим услугам.

– Доктор, вы помните нашего гостя Никиту? – спросила Лира. – У него трудности с возвращением. Вы не могли бы помочь отправить его в родной мир? А оттуда надо забрать принцессу Селестию и принцессу Твайлайт Спаркл.

– Конечно, – ответил коричневый понь. – Но мне понадобятся координаты того мира и места приземления.

– Координаты мира НАМ известны, – ответила принцесса Луна. – А вот координаты места посадки знаем МЫ только приблизительно. Но нельзя НАМ переместиться с вами, кто-то из аликорнов должен оставаться здесь.

– Я мог бы показать на карте, если она есть, – подсказал Первый секретарь.

– Карту мы получим, когда переместимся в ваш мир, – ответил Доктор. – Прошу за мной.

– Ой, а можно мне с вами? – спросила Лира. – Я очень хочу посмотреть на мир человеков... людей, то есть...

– Если там не опасно? – Доктор вопросительно взглянул на Хрущёва.

– Не опасно, – подтвердил Никита Сергеевич. – По крайней мере, пока вы со мной.

– Мою сестру и её ученицу там приняли очень приветливо, – добавила Луна.

– Тогда можно. Идёмте, – пригласил Доктор.

– Погодите, возьмите на дорогу маффинов, я только что свежих напекла, – серая пегаска, хозяйка дома, вручила Никите Сергеевичу коробку, распространявшую восхитительный аромат свежей выпечки.

Они вышли через заднюю дверь во двор. Там стояла совершенно неуместная в этом месте синяя телефонная будка, с проблесковым маячком на крыше и белой надписью «Police free call Phone». Доктор Хувз подошёл к будке и приглашающе открыл дверь.

– Прошу вас, проходите. Не беспокойтесь, поместимся все.

Никита Сергеевич, пропустив вперёд принцессу и Лиру, вошёл в будку.

– Ого! Это как это? Она внутри больше, чем снаружи?

Внутри будки было просторное помещение, отделанное в жёлто-коричневых тонах. Три мощных пилона, раздваивающихся кверху, поддерживали высокий потолок. В центре располагалась стеклянная колонна, внутри которой струилось голубое сияние.

Едва они вошли в «будку», как Никита Сергеевич осознал, что перестал понимать собеседников. Точнее, осознал не сразу. Лира что-то сказала, но вместо понятной, членораздельной речи он услышал мешанину из слов, напоминавших английские, густо перемешанных с чисто лошадиным ржанием, всхрапыванием и пофыркиванием.

– Что-что? – чисто автоматически переспросил Хрущёв. – Что ты сказала, Лира?

Рог принцессы Луны засветился, голубоватое облачко окутало головы всех четверых, Никита Сергеевич ощутил лёгкое покалывание, как от статического электричества.

– Добро пожаловать в TARDIS. Это машина, позволяющая путешествовать во времени и в пространстве, – объявил Доктор. – Корпус TARDIS экранирует все внешние энергетические потоки, поэтому мы временно перестали понимать друг друга. Внутри TARDIS может переводить большинство языков автоматически, но, как только мы выйдем в вашем мире, мы снова перестанем друг друга понимать. Благодарю вас, Ваше Высочество.

– Вложили МЫ Доктору и Лире знание языка вашего, – пояснила Луна.

От сеанса магии в изолированном от магических потоков пространстве принцесса явно устала больше, чем обычно, она даже слегка осунулась, её движения стали медленнее.

– Ничего себе! – Первый секретарь озадаченно осматривался вокруг. – Доктор, я так понимаю, вы тоже не местный будете?

– Вроде того. Мой родной мир называется Галлифрей, и он действительно далеко отсюда. Я принял облик местных жителей, чтобы было проще с ними общаться. Мне очень повезло, в Эквестрии я обрёл дом и семью, и теперь я счастлив, хотя и не бросил путешествовать.

Доктор прошёл к пульту управления, начал щёлкать тумблерами и нажимать клавиши, задавая программу.

Принцесса Луна продиктовала ему координаты полёта.

– Возвращения удачного желаем МЫ вам, и поторопите, пожалуйста, сестру НАШУ. Ещё раз благодарим вас за спасение и помощь.

– Спасибо вам за гостеприимство, Ваше Высочество, – поблагодарил в ответ Никита Сергеевич.

– Теперь МЫ покинем вас, ибо зело утомило меня колдовство внутри машины сией, – Принцесса вышла, закрыв за собой дверь.

– Отправляемся, – объявил Доктор.

* * *

Охрана секретной лаборатории №423 Математического института Академии наук была немало удивлена, когда вдруг послышался звук, напоминающий стонущий вой, и перед проходной прямо из воздуха «проявилась» синяя телефонная будка с белой надписью на английском. Её дверь открылась, и из будки, как ни в чём ни бывало, вышел Первый секретарь ЦК КПСС, одетый в безукоризненный тёмный костюм со стразиками. В руках он держал трёхлитровую банку, наполненную какой-то серой субстанцией, слегка напоминающей сахарную вату, и коробку, перевязанную бечёвкой. Его сопровождала маленькая большеглазая лошадка салатово-зелёного цвета, с двухцветной бело-салатовой гривой и коротким рогом посреди лба. Следом из будки вышло второе похожее существо, чуть крупнее, коричневого цвета, с коротко стриженной чёрной гривой.

– Кажется, прибыли точно. Спасибо, Доктор! – поблагодарил коричневого жеребца Никита Сергеевич, и тут же обратился к охраннику. – Сообщите товарищу Келдышу, что я вернулся.

Последовало несколько минут полной неразберихи. Первым на проходную примчался полковник Литовченко, в сопровождении охраны из 9-го Главного Управления.

– Товарищ Первый секретарь! Вы целы? – он обеспокоенно осматривал охраняемого.

– Да всё в порядке, Никифор Трофимыч, не волнуйтесь, – Первый секретарь передал банку и коробку одному из своих охранников. – Несите осторожно, не разбейте. Это – подарок, очень важный для наших учёных. Гости наши, необычные, где?

– Да в лаборатории они, машину эту настраивать помогают, вроде как... – доложил Литовченко. – Починить-то товарищи учёные её починили, а вот на прежние настройки никак попасть не могут.

– Вон оно что! Доктор, я так понимаю, вы в этом разбираетесь? – Первый секретарь тут же сориентировался. – Можно попросить вас взглянуть на нашу установку? Она стационарная.

– Почему нет, это будет весьма интересно, – согласился Доктор Хувз.

Первый секретарь вспомнил об обещании, данном Рэрити, и повернулся к начальнику охраны:

– Товарищ Литовченко, пошлите кого-нибудь раздобыть как можно больше женских модных журналов, по шитью, вязанию и прочему рукоделию. Я там обещал одной очень хорошей портнихе, а обещания надо выполнять.

Их проводили в лабораторию. По дороге Лира оглядывалась вокруг. Для неё это был момент наивысшего счастья – она оказалась в мире, населённом самыми настоящими людьми!

В лаборатории все бросились им навстречу:

– Никита Сергеич, вы целы? Всё в порядке? – академик Келдыш очень беспокоился, он отвечал за проект в целом.

– Всё в порядке, – улыбнулся Хрущёв. – Хотя приключений хватало.

– Кто это с вами? Ещё пони?

– Знакомьтесь, Доктор Хувз, и Лира... – представил своих спутников Первый секретарь. – Прости, моя хорошая, мне твою фамилию не выговорить.

– Лира Хартстрингс, к вашим услугам, – зелёная единорожка была само изящество и вежливость.

– А где же наши гости?

– Здравствуйте, Никита Сергеевич, – из-за окруживших его учёных послышался красивый женский голос.

Владимир Александрович Фок отступил в сторону, пропуская принцесс.

– Ох... Красота-то какая, – восхищённо выдохнул Первый секретарь, глядя на слегка смутившуюся принцессу Селестию. – Простите, Ваше Высочество... Я искренне рад встрече с вами. Надеюсь, вас тут хорошо приняли?

– Всё было замечательно, – улыбнулась принцесса. – Знакомьтесь, моя ученица, принцесса дружбы, Твайлайт Спаркл, – белоснежная аликорн заинтересованно повела носом. – О, я чувствую запах маффинов! Какой аромат...

– Это нам Дитзи дала на дорогу, – довольно заулыбался Доктор.

– Угощайтесь, прошу вас. – Первый секретарь открыл коробку и поставил на стол, приглашая всех.

Фиолетовая лошадка, росточком по пояс взрослому человеку, церемонно поклонилась, растопырив крылышки.

– Здравствуйте, уважаемый Первый секретарь, Доктор Хувз, Лира... Доктор, это вы доставили Первого секретаря?

– Да, и готов забрать вас обеих, Ваши Высочества, как только вы будете готовы.

– Минутку, Доктор, я бы хотел, чтобы вы взглянули на нашу машину, – напомнил Хрущёв.

– Конечно, – Доктор с интересом подошёл к установке. – О, Галлифрейское небо! М-да... Примитивно, грубо, но невероятно мощно... Теперь я понимаю, как вам удалось проломиться в наш мир. Могу я взглянуть на настройки?

– Да, Доктор, пожалуйста, – уже привыкший общаться с эквестрийцами Тихон Андреевич Лентов показал ему лабораторный журнал. – Вы сможете прочитать, что тут написано, или вам перевести?

– Да, я уже бывал в вашем мире, неоднократно, – ответил коричневый понь. – Только выглядел так же, как вы. Угу... Понятно. А вы поняли, что произошло, когда их Высочества принцессы попали к вам?

– Да, сгорела вот эта обмотка. Мы думаем, что там уже был небольшой пробой, но в тот момент она почти вся расплавилась

– Тогда всё понятно, – кивнул Доктор Хувз. – Ваши настройки записаны для варианта обмотки с пробоем. На самом деле должно быть иначе, – он подошёл к классной доске на стене, «примагнитил» копытом кусочек мела и начал быстро писать на доске многоэтажные формулы.

– Вот, – он подчеркнул итоговый результат. – Понимаете ход рассуждений?

– Конечно, Доктор! – академик Келдыш с интересом разглядывал его вывод.

– Простите, а разве не так должно быть? – Твайлайт, в свою очередь, «взяла» мел телекинезом, и он затанцевал в воздухе, выписывая на доске ещё одну длинную формулу.

– Это частный случай, Ваше Высочество, – ответил Доктор. – Вы знаете легенду о ясене Иггдрасиль?

– Конечно, – кивнул Келдыш. – Скандинавская легенда о дереве, соединяющем девять миров.

– Не девять. Дерево миров существует, но не в пространстве, а во времени, – пояснил Доктор. – И миров не девять, а бесконечное множество.

Он ещё что-то написал на доске, и академик впился взглядом в тяжеловесную формулу.

– Вы пробили проход в будущее очень далёкого от вас мира. Территориально это – тоже Земля, но на очень далёкой ветви Дерева Миров, там даже геология и расположение континентов отличаются, – добавил Доктор. – Будущее – не очень далёкое, по вашему исчислению времени – начало следующего столетия. В принципе, ничего страшного в этом нет, поскольку миры слишком сильно отличаются друг от друга. Если вы будете осторожны, вреда от подобных контактов не будет, а польза для обоих миров может быть, и немалая.

– Да, я уже познакомился с некоторыми технологиями Эквестрии, – тут же подхватил Первый секретарь. – Там есть совершенно невероятные, удивительные достижения! Металл, который падает вверх! Звёздный мост, летающие города, управление погодой! Я побывал на погодной фабрике, вы не поверите, товарищи... – Никита Сергеевич вдруг осёкся. – Так, стоп, останавливаюсь, пока меня в психушку не упекли. Ох, мне надо Нине Петровне позвонить, она же там волнуется!

– Нине Петровне мы сказали, что вы уехали в незапланированную поездку, – сказал Литовченко.

Никита Сергеевич позвонил домой, успокоил супругу, обещав вернуться, как только освободится.

– Ух, Нина Петровна недовольна сильно, – он положил трубку. – Так на чём мы остановились?

– Нам тоже понравились многие ваши достижения, – мягко произнесла принцесса Селестия. – Вы не будете возражать против установления дипломатических отношений между нашими странами? Я в эти дни провела важные переговоры с вашим премьер-министром товарищем Косыгиным, мы подготовили довольно объёмное торговое соглашение, и можем в любой момент его подписать.

– Только дайте мне его прочитать, сначала, – попросил Хрущёв. – Я хотел бы внести некоторые дополнения. У вас действительно есть технологии, которые нам очень пригодились бы, но их надо сначала проверить, будут ли они действовать в нашем мире.

– Вы имеете в виду магические материалы и устройства? – спросила Твайлайт Спаркл. – К сожалению, каждое из них придётся проверять, нет никакой гарантии, что то или другое устройство из нашего мира заработает у вас. Тут нужна планомерная работа на постоянной основе, что-то вроде ваших научно-исследовательских институтов.

– НИИ Чародейства и Волшебства, – усмехнулся Келдыш.

– Лучше назовём его НИИ специальных технологий, – предложил Первый секретарь.

Твайлайт подошла к нему чуть ближе:

– Позвольте обратиться к Вам с просьбой, – фиолетовая принцесса в этот момент буквально олицетворяла вежливость и деликатность.

– Конечно, – Никита Сергеевич приветливо улыбнулся – на это глазастое чудо невозможно было смотреть без умиления.

– Мы встречались с вашим первым космонавтом, Юрием, и он рассказал нам о полётах космонавтов из других стран на космическом корабле, – начала Твайлайт.

– Программа «Интеркосмос». Да, уже было несколько полётов, – подтвердил Хрущёв.

– Скажите, а может ли Эквестрия присоединиться к вашей космической программе? – спросила Твайлайт.

Никита Сергеевич озадаченно почесал лысину, и широко улыбнулся:

– С политической точки зрения я никаких проблем не вижу. С технической – надо спросить у специалистов, – он посмотрел на академика Келдыша. – Мстислав Всеволодович, что скажете?

– Сергей Палыч будет рвать и метать, – предупредил академик. – Он ведь ещё ничего не знает. Он и женщин-то на орбиту запускать не хотел, а тут – инопланетная форма жизни... Боюсь, потребуется большая подготовительная исследовательская работа биологов и медиков.

– Это понятно, – нетерпеливо кивнул Хрущёв. – Но с точки зрения политики этот полёт может стать очень важным шагом на пути нашего сотрудничества, – он посмотрел на принцессу Селестию. – Ваше Высочество, я лично только поддерживаю это желание, но медики могут вынести отрицательное решение.

– Я понимаю, – улыбнулась принцесса. – Давайте запишем этот вопрос в наше соглашение отдельным протоколом о намерениях, так, кажется, у вас это называется.

Пока они обсуждали проект соглашения, Доктор Хувз и Лентов перенастроили установку. Тихон Андреевич поднял рубильник, пощёлкал переключателями, и внутри стальной рамы вновь соткалось зелёное сияние. Робот просунул в «окно» телекамеру на штанге, и на экране телевизора появился яблоневый сад и Эпплджек, деловито опрыскивающая деревья каким-то раствором из ручного распылителя.

– Оу! А вот и Эй-Джей, – обрадовалась Твайлайт. – Лира, смотри, Эй-Джей работает в саду! А мы её тут видим! Это называется – «телевидение»!

– Я так понимаю, у вас получилось, и теперь мы сможем вернуться в любой момент? – спросила принцесса Селестия.

– Я бы посоветовал вам, Ваши Высочества, в первый раз всё же воспользоваться моей TARDIS, – предложил Доктор Хувз. – Потом люди попробуют переместить в Эквестрию какой-нибудь механизм, вроде этого робота, ещё несколько раз всё проверят, и только после этого можно будет устроить проход для людей и пони. Всё же, технология у людей ещё не отлажена.

– Доктор прав, – согласился Фок. – Скажите, Доктор, а вы не согласились бы прочитать небольшой курс лекций о природе Времени, для специально отобранных студентов?

– Гм... – Доктор задумался. – Пожалуй, я знаю того, кто справится с этой задачей намного лучше. Я имею в виду Вас, Ваше Высочество, – он с уважением поклонился фиолетовой принцессе. – Я, конечно, помогу составить этот курс и в любую минуту вас проконсультирую.

– Оу! Читать курс лекций людям? – Твайлайт была немного напугана. – Я даже не знаю...

– В любом случае, этим мы займёмся не прямо сейчас, – решила принцесса Селестия. – Сейчас нам надо уладить много формальностей и организационных вопросов. Хотя я вовсе не возражаю против подобного научного обмена.

* * *

Принцессы решились задержаться ещё на пару дней, чтобы окончательно утрясти и подписать пакет межгосударственных соглашений. Домой Никита Сергеевич добрался уже к вечеру. Выслушав от Нины Петровны всё, что она думает по поводу его «внезапных поездок», он отправился в душ.

После роскошной купальни принцессы Луны во дворце Кантерлота, отделанная кафелем ванная комната в правительственном особняке на Ленинских горах уже не казалась такой просторной, как раньше. Первый секретарь вылез из-под душа, и тут обнаружил, что Нина Петровна в его отсутствие отдала в стирку все его полотенца. Никита Сергеевич приоткрыл дверь и крикнул:

– Эй, кто-нибудь, дайте полотенце!

– Что, пап? – откликнулся младший сын, Сергей.

– Сергей, полотенце принеси, вытереться нечем!

– Сейчас, погоди... – через минуту Сергей с полотенцем в руках открыл дверь. – Вот, держи... Хм... Пап... А когда это ты сделал татуировку на заднице? Да ещё с обеих сторон?

– Что? – удивился Никита Сергеевич. – Какую ещё татуировку?

Он попытался оглянуться, но это было слишком сложно при его комплекции.

– У тебя на заднице нарисована ракета, пятиэтажный дом и початок кукурузы, – со смешком сообщил ему Сергей. – Причём и справа и слева.

– Ох, йопт... – До Первого секретаря дошло. – Так, Серёга, матери ни слова!

– Ну, само собой... Но, пап, ЗАЧЕМ?

– Серёга, клянусь тебе, это не я. Оно само появилось. Там, где я побывал, оно у всех появляется, – страшным шёпотом ответил Никита Сергеевич. – Но я никак не ожидал, что это распространяется и на людей.

– Ого! А где это ты побывал? В смысле – «и на людей»? Там что, не люди живут?

– Пока что это секрет. Думаю, скоро узнаешь, но не сейчас. Пока договоры ещё не подписаны, боюсь сглазить, – пояснил Первый секретарь.

За время отсутствия Никиты Сергеевича у него накопилось немало документов, которые необходимо было прочитать. Приняв душ и поужинав, он расположился в кабинете, обложившись голубоватыми бумажными папками, в которых обычно доставляли корреспонденцию. В разгар процесса в кабинет вошла Нина Петровна, в руке у неё было что-то розовое.

– Никита, объясни, пожалуйста, откуда взялось ЭТО?

– Это? Это – моё, только что снял, – взглянув поверх очков, ответил Никита Сергеевич.

– Твоё? С каких это пор ты начал носить розовые шёлковые женские панталоны с кружевами? И откуда взялся этот костюм? На нём какие-то цветные камушки приклеены, и покрой не советский. Где костюм, в котором ты уехал?

– Тот костюм погиб при исполнении служебных обязанностей, – усмехнулся Первый секретарь.

– Ты что, за дуру меня держишь? Думаешь, я поверю, что ты носил эти кружевные панталоны? – Нина Петровна объяснениям явно не поверила. – У тебя, что, кто-то есть?

– Что-о?! Да ты что вообразила, мать? Порвался у меня тот костюм, пришлось у местной портнихи новый заказывать. А она шьёт в основном женское, ну, и понятия о моде там немного другие, – попытался объяснить Никита Сергеевич.

– Там? Где это там?

– Ну, там, где я был.

– А где ты был? И что это там за портниха? Молодая, наверное, симпатичная? – подозрительно спросила Нина Петровна.

– Да, и молодая, и симпатичная, только зря ты, дорогая, себя глупостями изводишь, стар я уже для такой ерунды, – рассмеялся Первый секретарь, снимая трубку. – Алло. Хрущёв говорит. С полковником Литовченко соедините, пожалуйста. Никифор Трофимыч? Простите, что беспокою поздно. У меня к вам просьба. Отправьте машину в резиденцию, где наших гостей разместили, и попросите Лиру приехать ко мне, в дом на Ленинских горах. Передайте, что мне её помощь нужна. Только очень осторожно, не гоните сильно, возьмите машину сопровождения, с мигалками, но без сирены. Не дай бог, гости пострадают. Я вам потом всё объясню.

Он выслушал ответ полковника и положил трубку.

– Лира? Что ещё за Лира? Ты ещё и ту портниху с собой привёз? – Нина Петровна продолжала тихо кипеть.

– Нет, Лира не портниха, она – музыкант.

– Музыкант? Ты там ещё и с певичками развлекался?

– О-ох! Погоди, мать, ты своими фантазиями совсем меня запутала! Какие певички? Сейчас Литовченко Лиру привезёт – сама же над собой смеяться будешь.

Пока принцесса Селестия вела переговоры по экономическим вопросам, а Твайлайт и Доктор Хувз беседовали с учёными, Лира взяла в оборот офицеров охраны. Отказать этой умилительной большеглазой прелести было совершенно невозможно, а страсть к исследованиям у зелёной единорожки была не меньше, чем у Твайлайт. И сейчас, едва услышав, что Первому секретарю нужна её помощь, уже собиравшаяся спать Лира тотчас сорвалась с места.

Поездка на роскошной чёрной машине по ночной Москве, в сопровождении мигающей синими огнями машины охраны, произвела на музыкантшу невероятное впечатление. Она была очарована огнями, светом, везде были люди, уже торопившиеся по домам, или наслаждающиеся вечерней прогулкой.

Охрана у ворот сообщила, что приехал полковник Литовченко, и с ним «кто-то непонятный». Первый секретарь спустился на первый этаж, Нина Петровна, разозлённая и заинтригованная, последовала за ним. Каково же было её удивление, когда следом за Литовченко в прихожую вошла маленькая зелёная лошадка в ярких оранжевых носочках, да ещё и с рогом посреди лба!

– З-здравствуйте, – неуверенно произнесла лошадка, оглядываясь по сторонам.

Никита Сергеевич ловко подставил Нине Петровне стул, и она так и села на него. Внезапно ослабевшие ноги отказались повиноваться. Литовченко поднял руку, давая знать охране, что ситуация под контролем.

– Па-ап... Это что, маленький зелёный единорог? – с величайшим удивлением спросил Сергей.

– Здравствуйте, меня зовут Лира Хартстрингс... – единорожка заметила Первого секретаря и подбежала к нему, ласково ткнулась носиком в живот, встала на задние ноги, держась за него передними. – С вами всё в порядке?

– Она говорит? – изумилась Галина.

– Теперь всё хорошо, Лира. Спасибо, что приехала, и прости, что побеспокоил, – ответил Никита Сергеевич. – Познакомься, это моя супруга, Нина Петровна, мой сын Сергей, его жена Галина... – он представил всех присутствующих, одного за другим. – Ну, теперь понимаешь, матушка, что твои подозрения не имеют никаких оснований?

– О-ох! – Нина Петровна улыбнулась, а потом и вовсе засмеялась. – Какая хорошенькая! – она с любопытством и умилением рассматривала уморительную большеглазую лошадку. – Это где же такие живут?

– Э-э... Наша страна называется Эквестрия... – удивлённо моргая, ответила Лира.

Через несколько минут она уже рассказывала всем об Эквестрии, и о путешествии Первого секретаря.

– Только не болтайте пока об этом, – предупредил всех Хрущёв. – Пока официальные дипломатические отношения ещё не установлены, мы договорились держать наши контакты в секрете. Всё-таки, это же первый контакт человечества с другой цивилизацией!

Выйдя утром на кухню, Никита Сергеевич обнаружил там Лиру в компании офицера 9 Главного Управления КГБ Сальникова, отвечавшего за бытовые вопросы, и считавшегося почти что членом семьи. Они пили чай. Алексей Алексеевич, посмеиваясь, отвечал на бесконечный поток вопросов, время от времени скармливая единорожке сладкие овсяные печеньки.

...