Автор рисунка: Noben

Утро Луны начиналось, когда пони уже давно отобедали и в подступающих сумерках начинали варить ужин.

«Варкалось… — пронеслось у неё в голове, — …хилые?.. щурьки? хорьки?»

Отчего-то забавный стишок Дискорда никак не хотел возникать в памяти. Когда же Луна, сонно моргая, приподняла голову, то сразу поняла причину забывчивости: за открытой балконной дверью ярко светило встающее солнце, а на самом балконе виднелся белый силуэт сестры. Залетающий ветерок колыхал занавески, край которых и прошёлся по морде Луны, разбудив её.

И не только она проснулась. Тихое ворчание на другой стороне кровати плавно переросло в недовольный рык, одеяло отлетело в сторону, и рядом с головой аликорна появилась заспанная тёмно-серая морда.

— Всё в порядке, милый, — бывшая принцесса ночи повернулась и зарылась носом во всклокоченную гриву мужа. — Спи дальше.

Ответом был раздосадованный взгляд красно-зелёных глаз, затем единорог кивнул в сторону кроватки в углу. После кратких размышлений Луна так же кивнула в ответ. Жеребец молча поднялся, телекинезом перенёс мирно сопящий комочек себе на спину и покинул спальню в поисках тёмной и тихой комнаты.

А Луна вздохнула глубже и тихонько поцокала на балкон. У старшей сестры хватало вредных привычек, но в их число не входила ранняя побудка младшей, даже нечаянная.

— Утро, Селести…

— А! — белая аликорн вздрогнула, а висевший в воздухе лист бумаги резко нырнул в сторону, одновременно сминаясь. Но остановился на полпути, разгладился и вернулся на прежнее место, когда Селестия узнала Луну.

— Что такое?! — резковато спросила бывшая принцесса дня, и тут же умерила голос, глянув в сторону двери.

— Как раз об этом я хотела тебя спросить, — сказала Луна, окончательно убедившись, что у старшей сестры что-то случилось. — Мои ушли, не волнуйся.

— Извини…

— Бывает, — синие крылья слегка расправились в неопределённом жесте. — Так что случилось?

Селестия промолчала, и явно не затем, чтобы скрыть нечто — скорее обдумывала, как подать известия.

— Видишь ли… — начала она, — я время от времени переписываюсь с Твайлайт Спаркл. Нет, я доверяю ей! — предупредила она пристальный взгляд младшей сестры. — Просто… будем считать, что это забота учителя об ученице. Сегодня утром я в очередной раз справилась у неё о делах…

— Хорошо, — помедлив, кивнула Луна. — И?

К ней стремительно подлетел бумажный лист, и Луне пришлось отодвинуться, чтобы вчитаться в строчки.

— «Моя дражайшая наставница, у нас всё идёт хорошо», — вслух прочитала она. — И? — повторила вопрос, переведя взгляд на переминающуюся Селестию.

— Она сроду не называла меня дражайшей! — чуть ли не криком ответила та, топнув передними ногами. — Сиятельной, мудрой, высокочтимой, любезной! Любимой, в конце концов! — её уши самую малость порозовели. — Но не дражайшей! У неё точно что-то случилось!

— Так спроси её прямо, — Луна вздохнула и прикрыла глаза копытом от яркого солнца, украдкой зевнув. — Ты втоптала в пыль не одного соперника, но когда дело касается твоих любимчиков, становишься до невозможности робкой.

— Уже написала, — буркнула Селестия и тут же выпалила. — И ничего я не робкая!

— Бери пример с меня на будущее, — невозмутимо продолжила Луна, мысленно посмеиваясь. — Когда мы с Сомброй стали встречаться, я почти сразу сказала, что люблю по-соба…

Вот теперь письмо скомкалось и метнулось к ней в явной попытке заткнуть рот — под разъярённо-смущённым взглядом Селестии Луна завертела головой, уворачиваясь и сдавленно хохоча.

Их прервала золотистая вспышка, и новый листок плавно спланировал на пол, где Селестия подхватила и торопливо развернула его.

— «Всё хорошо, дражайшая наставница», — хмуро прочитала она. — «На текущий момент я заканчиваю компенсационные выплаты работникам из распущенного штата замковой прислуги». Для чего вообще она распустила слуг?! — воскликнула она, так и эдак вертя бумагу перед глазами.

— Ты прекрасно её знаешь, — Луна по-прежнему не видела причину волнения сестры; с сожалением оглянувшись на спальню, она взмахнула хвостом и неторопливо пошла по балкону к соседней двери, ведущей на кухню. — Твайлайт всегда терпеть не могла, когда вокруг неё суетятся и выхватывают работу из копыт.

— Я знаю, но почему она сразу их не уволила?!

— Не хотела слухов, — отозвалась Луна уже с кухни, доставая из холодильника пару кокосов и вспоминая, куда убрала нож.

— Нет, здесь явно что-то не так, — возбуждённо мотнув хвостом, Селестия извлекла из пространственной сумки письменные принадлежности и быстро настрочила ответ. Когда новое письмо исчезло во вспышке, а Луна нашла-таки тесак, то разговор возобновился.

— Она чего-то недоговаривает, — упрямо повторила белая аликорн, вставая на дыбы и устраивая передние ноги на ограждении балкона. — Прямо как ты, когда пришла с новостью о своих встречах с Сомброй.

— Но всё же хорошо было, — примерившись, Луна рубанула тесаком по кокосу, враз сняв с него верхушку. — Всё хорошо, дражайшая сестрица…

Селестия неуютно поёжилась от холодка в спине.

— Не говори так.

— Правда же хорошо, — настаивала Луна, залихватски срезав кончик со второго кокоса. — Тогда я всего лишь забеременела.

Фыркнув, Селестия оглянулась через плечо, но заметила только мелькавший в двери кухни синий хвост младшенькой сестрички.

— Забеременела от Сомбры, потому что уже год тайком встречалась с ним!

— Скажи я сразу, от него осталась бы только очаровательная кучка пепла, — уверенно возразила Луна, ложечкой разминая найденный в холодильнике банан. — Ты всегда относилась к нему с предубеждением. Потому я подождала год, забеременела и только затем сказала. Всё хорошо, дражайшая сестрица.

У Селестии задёргалось левое ухо — дурной знак для придворных в былые времена. Сегодня все уверяли её, что всё хорошо; почему же ей самой так не казалось?!

— Вот именно! — сдавленно взвизгнула она, радуясь, что никто её сейчас не видит в таком состоянии. — Ему только жеребёнок был нужен, а не ты, чего тут хорошего?!

— Иногда мне кажется, что ты ревнуешь, — закончив перемешивать пюре с кокосовым соком, Луна вложила по соломинке в каждый орех.

Селестия не нашлась, что возразить, как снова вспыхнуло. Очередное письмо чуть не порвалось, когда она резко схватила и развернула его, на ходу жадно вчитываясь в строки.

— «Всё хорош…» — слово встало поперёк глотки аликорна и, закашлявшись, она выронила листок, который тут же подхватила вернувшаяся Луна.

— «Всё хорошо, дражайшая наставница», — как ни в чём не бывало прочла она. — «Как вы знаете, по трудовому закону работники считаются трудоустроенными только, если действительно работают на пони-либо или организацию. А поскольку из-за разрушения замка прислуга не может больше выполнять свои прямые обязанности, я сочла нужным распустить их и выплатить соответствующие компенсации».

— Какого разрушения? — тихонько пролепетала Селестия, чувствуя, как обломки замковых стен непостижимым образом переносятся за тысячи миль и падают ей на голову. — А? Сестра, что Твайлайт пишет ещё?

— Больше ничего, — недоумевая, Луна оглядела листок. — Написать ей, чтобы пояснила?

— Да, не откажусь…

У Луны заняло минуту написать и отправить письмо. После она протянула кокосовый коктейль всё ещё таращившейся в пустоту сестре.

— По-твоему, всё это хорошо? — Селестия наконец-то обратила растерянный взор на Луну, которая ответила уверенным кивком:

— С Сомброй у меня хорошо вышло. А уж у Твайлайт с её друзьями всё просто обязательно будет хорошо.

Белая аликорн машинально взяла коктейль и начала шумно хлебать прямо через край, чувствуя необходимость прийти в себя — желательно большим количество сладкого. И это сработало: с каждым новым глотком к ней возвращались спокойствие и трезвость суждения. Она даже начала благодушно посматривать на открывающиеся с балкона виды. И появление ответа на письмо сестры было принято ею с философской обречённостью.

— Прочти, — сказала она.

— «Всё хорошо, дражайшая наставница», — откашлявшись, стала зачитывать Луна. — «С каждым новым днём я постигаю государственное управление и проникаюсь всё большим уважением к Вам. И стараюсь Вам подражать! Так, к настоящему моменту я придумала уже дюжину возможных способов закончить конфликт с Зебраникой, начавшегося из-за споров во взаимной торговле. Ситуацию требуется решить как можно скорее! После моих попыток мирного принуждения зебр к дружбе их диверсанты устроили теракт, взорвав Кантерлотский замок. О пострадавших я позаботилась, а остальную прислугу распустила, выплатив щедрые компенсации по увольнению. Но в целом всё хорошо, дражайшая наставница!»

— Ну вот, — удовлетворённо подытожила Луна. — Всё же хорошо, как она пишет.

Селестия продолжала благодушно взирать на виды с балкона, а тем временем из

спальни к ней подплыла по воздуху подушка. Повернувшись, бывшая принцесса дня с размаху уткнулась в неё мордой и издала протяжный вопль. Луна стояла рядом и деликатно хлюпала коктейлем. Затем подошла и обняла крылом сестру.

— Так всё хорошо? — донёсся сквозь подушку глухой голос Селестии.

— Всё хорошо, дражайшая сестрица, — подтвердила Луна. — Всё хорошо, всё хорошо.

Комментарии (13)

+4

Всё хорошо, прекрасная маркиза... :)

nightdragone #1
+1

Всё хорошо, всё хо-ро-шо!)

Dt-y17 #2
0

Так вроде же есть рецепт: "Каждой зебре — мегазаклинанием по наглой полосатой морде!"

Darkwing Pon #3
-3

Это тупиковый путь. У них полосатая ведьма-лазутчица в опасной близости от милого и беззащитного Понивилля.

Хеллфайр Файр #5
0

Йей, ЛунБра!

Хеллфайр Файр #4
+6

Ну, начать с чего поменьше, а закончить можно было "...и вот, теперь я вынуждена испытать гостеприимство зебр. За моё освобождение они требуют просят..."

Fogel #6
+1

Классная зарисовка, мне понравилось)

loginza49lfcCO9W5SFCTulMEthmm #7
+2

Но я так и не понял. Все хорошо?
Так и не скажешь что все хорошо. Ну и что все плохо тоже.

RedFox #8
0

Всё хорошо, за исключеньем пустяка... :)

Alex Heil #9
-2

Средненько, много воды. Сама концепция оригинала другая, полностью потерянна динамика оригинала.
Ну и теракт, с похождениями Луны, тут вообще не к месту. В общем, неудачная перепева.

Ракар #10
0

Вот поэтому я переводами и занялся. :)

Alex Heil #11
+1

А мы всё ещё ждём продолжения «Сердцу не прикажешь»…

star-darkness #12
0

ХА ХА ХА!

Gamer_Luna #13
Авторизуйтесь для отправки комментария.
...