Страховка на троих

Нуар по пони, что может быть лучше? Тонны описаний дождя, боли, неразделенной любви и предательства. Экшн в каплях, торжество деталей.За диалогами мимоуходите. Но есть няши. И грамматические ошибки :3 Поправил съехавший код. Читайте на здоровье - и не забудьте продолжение! "Ноктюрн на ржавом саксофоне"! Всем поняш.

Флаттершай Другие пони

Fallout: Два мира.

Два мира. Таких разных, но в чем-то похожих... Ведь война, она не меняется... Где бы она не происходила...

Другие пони ОС - пони Человеки

Падение Эквестрии: Вот так страх!

Вновь для жителей Эквестрии наступает Ночь Кошмаров. Карибу позволяют пони отметить событие — правда, в своём понимании. И к празднеству вновь присоединяется Зекора, чтобы поведать серьёзно откорректированную легенду о Найтмер Мун.

Принцесса Луна Зекора ОС - пони Найтмэр Мун

Бар "Сиреневая ириска"

Двое приятелей из военной академии решили хорошенько отдохнуть в выходные.

ОС - пони

Погасшая свечка

После двух лет заточения в камне Коузи Глоу освобождает неведомый спаситель. Правда, никаких дальнейших инструкций по действиям он ей не предоставил, Коузи по-прежнему считается одной из опаснейших преступниц Эквестрии, а ещё она превратилась в… фестралку. Впереди её ждёт множество испытаний, в ходе которых Коузи столкнётся со своим прошлым, покажет себя с необычных сторон, и, быть может, поймёт, что значат настоящие друзья и дружба…

Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

Звёздочки над пустотой

Пони-путешественница возвращается в родной город после долгих странствий...

Другие пони

Показания Лиры Хартстрингс

Говорят - "дорога к мечте идёт сквозь кровь, пот и слёзы". Однако, никто не говорил, что "кровь, пот и слезы" должны быть вашими.

Лира Бон-Бон ОС - пони

Еще один урок дружбы, или История Дневника Двух Сестер

Твайлайт усваивает новый урок дружбы и отправляет соответствующее письмо наставнице. В ответном послании Селестия вызывает ее в Кантерлот...

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия

Дорога на Мэйнхэттен

Фантастика знает множество непохожих историй о Контакте. В "Пикнике на обочине" Стругацких Контакт заканчивается, толком не начавшись. В "Фиаско" Лема принуждение к Контакту оборачивается трагедией. Наконец, в "Контакте" Сагана все завершается действительно неплохо. В свою очередь, «Дорога на Мэйнхэттен» пытается обрисовать один из возможных сценариев того, как бы мог происходить Контакт в канонической Эквестрии. Как бы ни была сильна магия дружбы, такие события не проходят тихо. И разобраться в них всегда чертовски тяжело.

Судьба и Жнец

История о Жнеце Душ пони, по имени Дэд Мастер. И о событиях, что с ним приключились.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Мэр ОС - пони

Автор рисунка: Noben

Игра продолжается

Глава 28 (35)

Уважаемые читатели! События, происходящие вокруг ГГ в первой части главы, могут показаться шокирующими. Поэтому прошу сразу относиться к ним с максимальной подозрительностью. Ну, или можно сразу посмотреть иллюстрацию. Это позволит понять, где все происходит, и не переживать так сильно))

Еще можно при появлении на горизонте тройного дымка включить на фоне песню бронетапков про бронеутюги)))

Очнулся я резко и внезапно, пытаясь понять, что только что произошло и что продолжает происходить вокруг. А понимания этого как не было, так и не появлялось. Вроде бы, только что я находился в руинах замка сестер, напротив была замаскированная Кризалис, которой я как-то дал понять, что раскрыл ее. Хотя чего тут думать, эмоции лица пони выражают отлично. Видимо, на этом я и прокололся…

Вот только это не помогало понять, что происходило дальше и где, черт возьми, я вообще находился. И почему я вообще потерял сознание? Ответ пришел, принеся только разочарование в себе. Миднайт…

А ведь я еще не так давно искренне радовался, обнаружив, насколько эта фестрал умна, дисциплинированна, исполнительна и инициативна. Да что там! Я ей в итоге доверял полностью, мне тогда еще лейтенант казалась чуть ли ни единственным в этом месте толковым военным и контрразведчиком. И я, к сожалению, совершенно не задумывался, откуда у нее все эти знания и умения, спокойно считая, что она их в своей фестральей академии получила, или что там у них. И даже возникшие подозрения не позволили мне ее вычислить…

А ведь, похоже, я как последний дурак рассказывал, как надо бороться с чейнджлингами, чейнджлингу. Вот она, наверное, в душе угорала, когда я поручал Шайнингу проверять цвета телекинетического поля у единорогов. Ночные пегасы, под которых она и ее помощники, а она наверняка была не одна, маскировались, не пользовались магией, зажигая рог, соответственно, и мои проверки не грозили им раскрытием.

Кроме того для меня новыми красками заиграли поползновения главы ночной гвардии в сторону Армора и его дуболомов. Если бы я распустил дневную гвардию, то Миднайт со своими архаровцами осталась бы единственной, черт побери, военной силой во всем государстве!

И почему мы все крепки задним умом? Ведь сейчас все казалось таким логичным и понятным, что оставалось только диву даваться, как я ранее до всего этого не допер. До того, как мне стукнули чем-то по голове. Так же, как и Сомбре. И, возможно, Луне. Ее ведь Миднайт ко мне тоже уже в отрубе принесла. И еще не факт, что принцесса ночи сама в обморок упала от избытка чувств. Вполне вероятно, что ее тоже отоварили. Если это так, то Кризалис прямо-таки собрала комбо. Подряд вырубила Луну, Сомбру и Найтмер. М-да…

Некстати вспомнился момент из финала «Джентльменов удачи», где по голове получил сначала злой герой Леонова, а потом — добрый. И фраза Миднайт «Чем больше сдадим, тем лучше» странным образом повторила слова героя Вицина…

В фильме-то момент смешным казался, но, испытав подобное в реальности, я что-то смеяться не хотел. Вместо этого я осознал, что слишком долго сижу в раздумьях. Поэтому, морально готовясь увидеть вокруг улей перевертышей, открыл глаза и начал осматриваться.

И приготовления мои не пригодились. Располагался я на свежем воздухе, сидя на стуле за столиком на какой-то крыше, с которой открывался живописный вид на море и прибрежный город, в котором я узнал Филлидельфию. Похоже это было на какой-то ресторан, который специально расположили на крыше какой-нибудь пятиэтажки ради красивой панорамы. Вот, пошевелившись, обнаружил, что к своему стулу, который оказался тяжеленным, я был прикован за все конечности. И этот факт говорил о том, что я здесь не на дружеских посиделках и даже не на свидании.

С наихудшими предчувствиями скосил глаза на рог, боясь увидеть блокиратор. И, черт возьми, он действительно там был. Как и ремни, прижимавшие к бокам крылья…

Минут десять я сидел один, пытаясь понять, что теперь делать. По всему выходило, что выбор у меня был только один — дождаться того, кто притащил меня сюда, и узнать, что ему нужно. Ведь не просто же так меня сюда привезли аж из-под Понивилля!

Вот только, хоть голова уже и не болела, но, видимо, без магии как-то туго соображала. Я даже не мог угадать, кому обязан своим текущим положением. Конечно, первой кандидатурой казалась Кризалис. Похоже, если кто-то из тех трех рядовых фестралов и не был ее пособником, то шансов у них не было. Да и наверняка королева тоже была со своей группой поддержки. Вот только она потащила бы меня в свой улей и все разговоры бы вела, сидя на своем троне, который по совместительству являлся подавителем магии. Там бы и блокиратор ей не понадобился…

Пока я думал, откуда-то сзади появился пони-официант и начал, не обращая на меня внимания, сервировать столик, за которым я располагался, на одну персону. Вот только ставил он посуду с другого края. Мне, похоже, ничего здесь не полагалось.

Ну, вот и начала бы Кризалис разводить такие политесы? Она все-таки была в Эквестрии на положении разведчика-нелегала. Перевертыш уж точно не стала бы действовать так открыто. Только если бы захватила власть в стране. Но для такого случая все было слишком тихо. Я еще раз осмотрел панораму города. Он выглядел мирным и спокойным, совершенно не так, как Кантерлот во время еще не состоявшейся здесь свадьбы Кейденс. И вот в этом было противоречие.

Мой визави явно показывал, что он тут главный, что это его положение официально и неоспоримо. И кто это? Сомбра? Нет, его уколбасило Элементами. Тогда…

Я вздрогнул, а потом у меня даже шерсть дыбом поднялась, когда я вспомнил один очень неприятный факт. Когда у меня не осталось магии, развеялись все заклинания, в том числе и то, которое Тию изгоняло! Да, там был какой-то запас, но эти чары не были самоподдерживающимися. Просто они где-то там, в подсознании все время висели, да так долго, что я уже перестал обращать на них внимание. И теперь их не было…

Зато у меня появлялись два варианта развития событий. В зависимости от того, кто же придет по мою душу. Селестия или Луна. Похоже, Кризалис смачно огребла от вернувшейся Тии, потом старшая сестра освободила младшую. А следом обе они обратили внимание на меня…

И, черт возьми, чем больше я думал, тем больше хотел увидеть именно Селестию. Нафиг эту Луну, нафиг! Она и так по жизни вспыльчивая! Так она теперь еще и знает, как я ее провел, как я ее внутри сна держал! Ее! Саму принцессу ночи! Нет, ничего хорошего мне встреча с ней не сулит! Хуже всего будет, если младшая сестра заявится одна, без контроля старшей! У Селли-то можно было бы хоть какие-нибудь гарантии попытаться выторговать!

Да, чем выше залезаешь, тем больнее падать… Сейчас я готов был начинать в этом убеждаться. Ибо через пару минут после окончания сервировки меня все же изволили посетить.

— Вот мы и увиделись в реальности! — от количества льда в голосе, прозвучавшем у меня за спиной, меня аж холодком пробрало. А еще я сразу понял, кому он принадлежал. Принцессе ночи…

Тут же перед моим взором показалась и сама темно-синяя аликорн при всех своих диаршьих регалиях. Значит, принцессой ее уже назначили. И, похоже, все мои усилия по ее дискредитации пошли прахом!

А магия? Неужели она так быстро восстановилась? А, нет! Грива едва-едва колыхалась. Эффект этот был едва заметен, значит, до оптимального состояния в магическом плане ей было далеко. Зато в эмоциональном, похоже, все было в норме. Ну, как в норме? Это же Луна…

А сколько от наших сил она получила? Половину? Или все?

— Ты не догадываешься, почему оказалась здесь? — грациозно усевшись напротив, поинтересовалась темно-синяя аликорн.

— Понятия не имею, — буркнул в ответ.

И тут же в лицо мне прилетела магическая оплеуха.

— Добавляй титулование, когда обращаешься к принцессе, тварь! — рявкнула Луна. — Думаешь, раз ты еще жива и я с тобой разговариваю, то ты прощена? Как бы не так! Нет тебе прощенья за все то, что ты сотворила!

Проклятье! Да она же мне сейчас за все предъявит! Я в уме прокрутил возможные пункты обвинения, и мне еще больше поплохело.

Самым паршивым был тот факт, что, как я и боялся, от раскаивавшейся и посыпавшей себе в камере голову пеплом принцессы ночи ныне ничего не осталось. Передо мной была все та же гордячка с непомерным апломбом и сословно-феодальными понтами в придачу. Вот, что воздух свободы делает с неокрепшими умами!

И теперь мы поменялись местами. Я был в заключении, она — прокурором, судьей и палачом в одном лице.

Видимо, вся гамма чувств отразилась у меня на физиономии, потому что темно-синяя аликорн усмехнулась и приступила к еде. Собственно, перед ней были лишь десерты, но я обратил внимание, что использует она копыта, а не телекинез.

— Что, радуешься моей слабости? — поинтересовалась Луна. При этом ей удалось впечатляюще оскалиться, не имея клыков. — Смею тебя заверить, она временна! А вот тебе больше никогда не придется воспользоваться магией! Даже если снять блокиратор, то ты будешь всего лишь на уровне обычного единорога! Вот тебе лишнее доказательство того, что мы не ровня! Я получила все полагающиеся мне силы, а ты — жалкие крохи! Так что, смею тебя заверить, восстановлюсь я очень быстро! А потом я расплачусь с тобой сполна!

Почему-то я уже не был удивлен. Один за другим реализовывались самые худшие из возможных вариантов…

— И что же скажет на это Тия? — спросил я. После чего тут же снова получил по губам.

— Ваше! Высочество! — процедила собеседница. — Привыкай. Ты теперь не принцесса, мы не равны, так что обращайся как положено! И тебе она не Тия! И не смей, погань, пачкать ее имя своими губами после всего, что с ней сделала! Она вернулась чуть живая и не восстановится еще очень долго. Так что ныне я решаю, как с кем поступать!

В этот момент у меня просто все упало. Если недоступность магии была мне не нова, да и не осознал я ее еще толком, то некондиционное состояние Селли, которое развязывало ее младшей сестрице руки, говорило лишь об одном — мне хана! Это был очередной реализовавшийся наихудший сценарий! Селестии можно считать, что нет. Кейденс тоже не известно, где находится, ведь Луна ее не упомянула. Возможно, из камеры Сомбры перекочевала в темницу Кризалис. И, хуже всего, распоряжается всем принцесса ночи! А ведь тут, черт возьми, не только за себя, но и за державу страшно… Она же такого наворотит!

Внезапно я получил новую оплеуху.

— Это за то, что ты пыталась очернить мое имя через газеты! — сверкнув глазами, заявила темно-синяя аликорн. — Не думай, что пощечиной ты отделаешься. Это просто чтобы ты понимала, что мне все известно! И, чтобы ты знала, разрушить твою ложь оказалось очень просто! Я действовала твоими же методами! Конечно, не все пока исправлено. Но я планирую избавиться от проблемы, от решения которой ты все это время трусливо убегала! Именно поэтому я и приказала посадить тебя здесь! Отсюда будет открываться прекрасный вид на картину моего триумфа!

— Я что-то не поняла, ваше высочество, — осторожно поинтересовался я, на всякий случай готовясь к новой оплеухе. — О какой проблеме идет речь?

Нет, была у меня, конечно, мысль, но я старался ее отогнать. Проблема возле морских берегов была. Британский крейсер все еще болтался где-то возле наших вод. Вот только я не представлял, что Луна планирует делать. Нет, будь она в своей силе, то наверняка могла бы задать англичанам трепку. Вот только в силе моя пленительница не была. А еще я опасался, что эта тысячелетняя древность просто не представляет себе возможностей даже местных колесных пароходиков, не говоря уже о творении инженеров Альбиона…

— Я говорю о флоте грифонов, — хмыкнула Луна. — Да… Видно, после нашего разделения весь интеллект достался мне, если я вынуждена объяснять тебе такие простые вещи!

Реагировать на оскорбление я никак не стал. Знаю я, чей ей интеллект достался. Знаю, но говорить не буду. А то только лишний раз по морде получу…

— Если бы ты умела сопоставлять факты, — ухмыльнулась принцесса ночи. — То легко смогла бы понять, что Армада грифонов, которая из-за какой-то случайности развернулась несколько недель назад, восстановила боеспособность. И они придут. Придут именно сюда, это было легко подстроить. И именно победа над ними даст мне то почитание подданных, которого ты так упорно старалась меня лишить!

Ну, что я мог сказать? С одной стороны, план казался дельным. Победителей не судят и все такое. Вот только чем она собралась отражать нападение? Или за прошедшее время уже откуда-то взяла армию? А, кстати, сколько прошло времени?

— Ваше высочество, а сколько времени я была без сознания? — тут же решил уточнить этот момент. — И где Кризалис и Сомбра?

— Ты провалялась четыре дня, — хмыкнула Луна. — Этого времени мне вполне хватило, чтобы принять власть и пояснить всем тем, кто служил тебе, как они были неправы. Фестралы, настоящие фестралы, перешли под мое командование. А те злодеи… — она оскалилась. — Пали под повторным ударом Элементов. А потом были казнены! Так и подобает поступать с врагами державы! Тирек, кстати, последовал за ними. Ты тоже не обольщайся! И тебя это ждет. Я просто хочу растянуть момент! Ибо мне ты очень сильно задолжала!

Вот черт! Нет, надо было ее прикончить! Все равно, каким образом, но надо было! Но нет, я к ней отнесся гуманно, пожалел, заказал сепаратор, чтобы нам обеим жизнь и здоровье сохранить! И вот, что получил взамен!

— И вот я узнала о не разрешенной тобой грифоньей проблеме, — продолжила темно-синяя аликорн. — Мне не составило труда узнать, что их флот пойдет именно на Филлидельфию. И именно здесь их будет ждать крах! — она, гордо задрав подбородок, посмотрела на меня сверху-вниз. — А ты будешь смотреть, как настоящая принцесса решает созданные тобою проблемы. Это будет полезно для осознания тобою собственной никчемности!

— И как же, ваше высочество, вы планируете разгромить военный флот, не имея под началом ни одного собственного корабля? — поинтересовался я, проигнорировав очередное оскорбление. Что-то подсказывало, что их еще будет немало. — Если не секрет, конечно.

— Тебе, так уж и быть, расскажу, — зловеще улыбнулась собеседница. — Я подошла к решению комплексно. Для начала я повелела собрать погодные команды, и сейчас пегасы создают в этом районе встречный ветер. Грифоны уже должны были с ним столкнуться. Теперь они не смогут идти под парусами и будут вынуждены использовать весла. А значит, к нашим берегам придут уже выбившимися из сил!

Честное слово, если бы у меня не были связаны конечности, я бы сделал фейспалм. Ну, или фейсхуф. Нет, ну это же надо было додуматься! Похоже, сбываются мои самые худшие предположения. С такой принцессой проблемы ждут не только меня, но и всю державу! Вот даже я, при всем своем дилетантизме, умудрился узнать, что сейчас и так ветра дуют от нас! Так зачем сейчас пегасы надрываются, создавая погоду там, где ее по определению трудно создавать, если естественные условия и так уже давали Луне все, что она хотела?

И что она еще сказала? Весла? Черт побери, она что, до сих пор думает, что грифоны на галерах или каких-нибудь дракарах плавают?! Ей что, ни один пони про пароходы не рассказал?

— Ваше высочество, — решил я исправить этот недочет. — А вы за эти дни что-нибудь слышали о пароходах?

— Да, какие-то глупцы пытались рассказывать мне байки, — отмахнулась темно-синяя аликорн. — Они разведут костер под палубой, и корабли пойдут против ветра и морских течений? — она презрительно фыркнула. — У меня не было времени на подобные глупости!

У меня на это просто не нашлось адекватного ответа. Тысячелетняя древность, чтоб ее!

— Ну а когда они, уставшие, подойдут к нашим берегам, мы их встретим, — хмыкнула Луна. — Я приказала собрать единорогов вон на том высоком здании, — она кивнула на возвышающуюся над городом башню. — Им не надо будет самим стрелять по кораблям, нужно будет просто напитывать орудие, управлять которым будут верные мне фестралы. Настоящие фестралы, а не оборотни, которых ты, дура, притащила во дворец! Тех-то мы вычистили!

— И что же это за орудие? — поинтересовался я. — Ваше высочество? — поспешно добавил, пока Луна не среагировала на отсутствие титулования.

— Да будет тебе известно, свет, если его собрать и направить, может очень быстро нагревать предметы, — она посмотрела на меня с таким превосходством, будто только что теорему Ферма доказала, а не известную каждому школьнику, поджигавшему лупой бумагу, банальщину произнесла. Или, может, для нее свойства оптики стали открытием? — Вот таким лучом мы и пожжем все вражеские корабли! — заключила собеседница. — Причем на таком расстоянии, на котором они ничего не смогут нам сделать!

Вот это звучало уже неплохо и могло сработать. Корабли-то у кошко-коршунов были деревянными, да с парусами, со снастями, с этой их смесью горючей и с запасами угля внутри, значит, должны были хорошо гореть. Да и лазер действительно может бить далеко…

Вот только все равно мне казалось, что что-то не так. И, подумав, я понял, что именно.

— А вы, ваше высочество, не узнавали, почему в прошлый раз провалилась атака грифонов? — уточнил у Луны.

— Никто не высказал мне правдоподобной версии, — хмыкнула она. — Что, тоже будешь рассказывать об огромном железном корабле, обратившем в бегство целую эскадру? Ну-ну… О, а что это там за дымы на горизонте?

Я проследил за ее взглядом и тоже заметил поднимающиеся над водной гладью многочисленные черные дымы. Судя по всему, грифоны шли широким фронтом. Похоже, потери в пароходах они восполнили. И теперь форсировали движки, противостоя ветру. Исходя из того, что корабли приближались, это самое противостояние с их стороны шло весьма успешно. И без всяких весел…

Заволновавшаяся принцесса ночи, тем временем, подозвала какого-то ординарца и передала ему приказ. Пегас сорвался с места и полетел к той самой башне.

Но меня волновал другой момент. Я-то знал, от кого в прошлый раз сбежали грифоны. И полагал, что кабальерос больше не сунутся к нам, считая, что «Принцесса» — корабль эквестрийского флота. Значит, если они здесь, то либо прошли наудачу, разминувшись с крейсером, либо…

Верить во второй вариант уж очень не хотелось. Но я стал внимательнее присматриваться к горизонту, где уже были хорошо различимы отдельные дымы. Местные корабелы, как я знал, еще не додумались ставить на корабли больше одной машины, поэтому и труб везде было по одной. Я же смотрел, боясь увидеть на горизонте более густой дым…

Сначала ничего не происходило, кроме того, что грифонья Армада очень медленно, но приближалась. А потом за горизонтом, на дальних подступах, действительно что-то изменилось. Сначала стройный ряд дымов распался посередине. Корабли как будто расходились в стороны, кого-то пропуская. Кого-то, кто приближался гораздо быстрее! Кого-то, кто пятнал небо гораздо более жирным дымом, выбрасываемым не одной, а тремя трубами!

— «Принцесса»… — выдохнул я.

И тут же получил по морде.

— Не «принцесса», а «ваше высочество», дрянь! — напомнила о себе темно-синяя аликорн.

— А я и не к тебе обращаюсь, чтоб тебя! — заявил я, в этот раз даже и не подумав добавить титулование. — Я констатирую факт! Флот здесь!

— Неужели ты думаешь, что я не вижу? — окрысилась Луна, предсказуемо не поняв намека. — Эй, капрал! Подай мне зрительную трубу!

— Наверное, не видишь! — фыркнул я. — Иначе уже задумалась бы об изменении тактики! Посмотри на ордер противника! В центре идет боевой крейсер «Принсесс Ройял»! Тот самый стальной корабль, что в прошлый раз отпугнул от нас грифонов! А сейчас они явно объединили силы!

— Стальной корабль? Какая чушь… — произнесла собеседница, поднеся к глазам подзорную трубу. — Хм… О звезды! Это что еще такое?! Это корабль? Иль эта труба врет мне?

— И их враги не могут поверить своим глазам, — усмехнулся я, процитировав внезапно пришедшие на ум строки соответствующей песни. — Поверить в их размеры. Пока не падут… — конечно, приближение британского корабля ничего хорошего не сулило, но мне было приятно видеть, как с морды Луны сползало выражение спеси и уверенности. Ничего удивительного, творение сумрачного островного разума на фоне остальных здешних кораблей внушало.

— Замолчи! — рявкнула командующая, стратегия которой начинала трещать по швам. — Лейтенант! Вестового на башню! Пусть направляют орудие на самый большой корабль, который идет по центру! И пусть поднимут над городом щит! А! И пусть раздадут пегасам минотаврий огонь. Кораблей много, если кто-то доплывет, пускай закидают с воздуха горшками с этой дрянью. Вот так-то! — она с победной ухмылкой посмотрела на меня. — У меня на все есть решение. Не то что у тебя!

Я тоже смотрел на эту умалишенную. И мне было страшно. И даже не за себя. Что же она сейчас натворит?!

Потом я перевел взгляд на башню и увидел, что над ней возник зеленый магический купол, следом распространившийся на весь город. Вот только источник его явно находился в том же здании, что и главное орудие.

— Где ты разместила магов, создающих щит? — спросил, боясь услышать ответ.

— Рядом со световой машиной, конечно, — заявила Луна. — Им оттуда сверху все гораздо лучше видно. И мне что, — я получил очередную пощечину. — Разбить тебе губы?!

— Все яйца в одну корзину не складывают! — без всякой вежливости выдал ей в ответ. Обойдется без титулования! Дура! Кого еще она засунула на эту каланчу, которая определенно при плохом раскладе станет первой целью для британских канониров?! Носительниц Элементов? — Можешь разбить! Если все и дальше пойдет по твоему плану, то скоро мне будет на них наплевать! Как и тебе, собственно! Мертвым не больно!

— Ах ты дрянь! — принцесса ночи аж вскочила, по видимости, собираясь задать мне трепку.

Однако в этот момент ее отвлек ярко красный луч, протянувшийся от башни в море. Туда, где под тремя черными дымами уже и без подзорной трубы угадывался длинный серый силуэт. Удостоверившись, что прямо сейчас меня бить не собираются, я тоже сосредоточился на наблюдении. И мне совершенно не нравилось то, что я видел. Сколько времени они так бронеплиты крейсера будут нагревать? А даже если и проплавят, в носу у него явно ничего жизненно важного не лежит. Там какие-нибудь очередные угольные трюмы. А вот что будет в ответ? «Принцесса» ведь, хоть и приближалась к городу, но огня не открывала. А сейчас ее капитану явно дали понять, что его объявили врагом…

И, следуя за моими страхами, ответ последовал. Англичане на мостике и на посту управления огнем явно не в любительскую оптику смотрели на берег, а в настоящие морские бинокли или через специальные дальномеры. И явно прекрасно видели, откуда по ним открыли огонь. И если раньше еще можно было надеяться, что они пришли просто флаг свой продемонстрировать или со стороны посмотреть на драку дикарей, то теперь все было понятно. Первыми огонь открыли с берега, и теперь нам следовало ждать ответ. «Принцесса» еще только виднелась на горизонте, но я был уверен, что ее пушки, которым, наверное, позавидовали бы некоторые линкоры, уже были способны добить до берега. И ведь им даже с курса сворачивать, разворачиваясь бортом, не надо было. В носу располагалось целых две башни…

Подтверждая мои худшие опасения, где-то в море глухо ухнул раскат. И через пару секунд где-то позади башни вверх взметнулись дым, пыль, обломки. Перелет. Но, черт возьми, когда я Кейденс обстрелом Кантерлота пугал, то совершенно не предполагал, что это случится в реальности!

— Ты хоть эвакуацию жителей догадалась провести? — спросил у Луны, которая круглыми глазами смотрела на результаты попадания. Она даже, вскочив, к ограждению подбежала. И ей оттуда явно было лучше видно, что в городе происходило…

— Не догадалась… — ответила темно-синяя аликорн.

А тем временем, новый далекий раскат дал понять, что сейчас все будет только хуже. Еще два взрыва прогремели в городской черте, на этот раз между берегом и башней. Недолет. Все, они почти пристрелялись, башня была в вилке. Хотелось бы, чтобы там не оказалось кого-то из местных знакомых…

— Почему щит не выдерживает? — в пустоту поинтересовалась принцесса. — Там ведь лучшие столичные маги во главе с профессором!

— Ты меня спрашиваешь?! — поинтересовался в ответ. — Это ты должна была предусмотреть такую возможность! У британцев каждый снаряд по несколько центнеров весит! А уж про скорость я молчу! Видно, не хватает мощности разом такой импульс погасить! Отзови с башни народ! Они там как на ладони! И их уже в артиллерийскую вилку взяли! Один-два залпа, и их накроют линкоровским калибром!

За словами я уже совершенно не следил. Потом как-то походя отметил, что и отсутствующую у пони ладонь упомянул, и еще кучу неизвестных в этом мире понятий.

Потом я осознал, кого Луна посадила этот щит держать. Столичные маги. Да там же цвет моего ОКБ! Профессор Лептон, леди Кварк и прочие! Пусть не близкие друзья, но все же знакомые. Ведь вот недавно мы с ними розыск Сансет Шиммер обсуждали, они даже натурально за бывшую ученицу Тии переживали. А теперь эта командующая недоделанная их под британские орудия кинула! И переживать следовало уже за них…

«Принсесс Ройял» теперь, похоже, била полными залпами обеих передних башен. По крайней мере, об этом говорили взрывы, которые происходили по четыре одновременно. И на третьем залпе, как я и боялся, они попали…

И увиденное зрелище заставило меня провести аналогию с Землей. Много лет назад я вместе с находящимися, как и весь мир, в шоке родичами в прямом эфире наблюдал за обрушением башен Всемирного Торгового Центра. И вот теперь пришлось посмотреть еще раз…

Сразу два снаряда попало куда-то под основание башни, а еще один взорвался вблизи ее вершины. И через пару секунд поврежденное строение, разбрасывая обломки, точно так же осев внутрь себя, обрушилось…

Перед глазами вопреки желанию встали картины, как профессор Лептон с воодушевлением рассказывал о своем труде по телепортации, как леди Кварк демонстрировала перепрошитый шлем. Проклятье! Так бездарно!

— А как… — только и выговорила Луна. — Ведь наличие там Элементов должно было гарантировать…

— Ты туда еще и носительниц Элементов запихнула?! — уже без каких-либо попыток даже изобразить почтение, выкрикнул я. — Да чтоб тебя подбросило и разорвало, командующая недоделанная! Почему ты сама здесь, а не там, где куча хороших пони сейчас погибла под завалами?! Так ты, черт тебя побери, решаешь проблемы!

Я уже даже не смотрел на то, чтобы подменять «черт» на «Дискорд» и аналоги. Уже как-то было все равно. Рэрити, Флаттершай! Не может быть! Да и остальных жалко! А ведь там еще куча простых пони! Осознание того, сколько народу погибло в этой башне, помимо тех, кого накрыло перелетами и недолетами в городе, еще не пришло до конца. Но было просто до зубовного скрежета обидно, что все мои труды были спущены в унитаз этой дурой за каких-то пару дней! А мне только и оставалось, что этими самыми зубами скрипеть.

И ведь даже британцев я мог отчасти понять. В конце концов, по ним снова первыми открыли огонь аборигены. Главной виновницей была вот эта темно-синяя дрянь!

— Развяжи меня! — даже не попросил, а потребовал. — Иначе я за себя не отвечаю!

— Ты и так ни за что не отвечаешь! — вот со мной у нее были силы ругаться. Лучше бы с такой же уверенностью подданными руководила! — Я возглавлю атаку! Против той огненной смеси не устоит ни один корабль!

Произнеся это, она перемахнула через ограждение и полетела в неизвестном мне направлении.

Я же остался сидеть на своей позиции в гордом одиночестве. И в полнейшем раздрае. Мог ли я быть виноватым в том, что уже случилось за последние четверть часа, и в том, что еще случится? Конечно, если бы не я, то история пошла бы по известному мне каноничному варианту. И уж точно не привела бы к подобному разгрому!

Если бы я не протупил и сразу осознал реальность, то не изгнал бы Тию. Если бы не проспал заговор, то Сомбра не вернулся бы раньше времени. А если бы смог все же нормально поговорить с Твайлайт, она не призвала бы этот проклятый утюг!

Грохот нового залпа отвлек меня от самобичевания. Похоже, комендоры «Принцессы» нашли какие-то новые цели. И, видимо, обозленные британцы, хоть по ним никто больше пока и не стрелял, стремились уничтожать те объекты, которые им теперь казались опасными.

В какой-то момент я осознал, что и мое здание довольно высокое. И чуть ли не в эту же секунду где-то рядом взорвался снаряд! От удара у меня ненадолго заложило уши, которые я даже прижать не успел. Здание вздрогнуло, но, к счастью, не обрушилось. Зато мое кресло, подпрыгнув, оторвалось от пола и повернулось вокруг своей оси, развернув меня боком к гавани. Оказывается, оно не тяжеленным было, а к полу крепилось…

Кое-как, какими-то нелепыми движениями я заставил свой импровизированный трон повернуться лицом к заливу. Крейсер уже был на подходе к гавани, орудия носовых башен пока молчали. Но сколько они успели уже натворить! А ведь за «Принцессой» уже виднелись совершенно теряющиеся на ее фоне колесные деревянные скорлупки грифонов, отчаянно дымившие узкими высокими трубами.

Но тут шелест множества крыльев заставил меня обернуться. Откуда-то сзади на корабли летела целая стая пегасов. И, похоже, с собой они несли какие-то горшки. Тот самый греческий огонь, аналог которого в большом количестве откуда-то раздобыла Луна? Даже если это и был он, то помочь мог только против деревянных кораблей. Нет, у «Принсесс Ройял», когда я на ней был, верхняя палуба тоже из досок была, но под ней-то располагалась броня!

А еще я очень боялся, что Луна повела очередную толпу доверившихся ей пони на верную смерть. Начавшие взлетать с фрегатов фигуры, явно принадлежавшие грифонам, мои опасения подтверждали. И кошко-коршуны были бы для пегасов очень опасны в ближнем бою с их когтистыми лапами и острыми клювами. Но это в ближнем…

Еще больше я боялся другого. «Принцесса» хоть и не обладала штатными противовоздушными средствами, наверняка имела в своих оружейных солидный запас винтовок. А ведь в Первую Мировую англичане уже имели свою знаменитую Ли-Энфилд! Но могло найтись и что-то похуже. Вспомнив виденные фильмы о Великой войне, представил солдат в хаки и плоских касках с пулеметами на примитивных станках…

И словно подтверждая мои мысли, на палубе крейсера стали возникать пока что едва различимые двуногие фигурки, принявшиеся целиться в воздух, а из налетающей на корабль стаи начали падать пегасы. И тут я с ужасом заметил несколько фигурок, суетившихся вокруг какой-то треногой установки. Услышав даже на расстоянии звук длинной пулеметной очереди, я зажмурился, не в силах более выносить это все…

Сколько я так сидел, постаравшись отрешиться от всего, не знаю. В какой-то момент чувство времени начало подводить. Может, прошел час, а может, минула неделя. Но, когда я открыл глаза, то увидел стоящий посреди залива крейсер. Пушки его молчали, и это напрягало. Не хватало еще, чтобы они высадились, а я перекочевал теперь уже в плен к подданным короля Георга! Корабли грифонов же еще только подплывали. В воздухе почему-то уже никого не было...

Уцелела ли Луна, было непонятно. Но, честно говоря, мне сейчас хотелось, чтобы ее догнала английская пуля или нашел грифоний коготь. Это было бы справедливой карой за то, что она натворила…

Тем временем, я обратил внимание, что на «Принцессе» спускают на воду лодки. Похоже, британцы все же собирались высадиться лично. Проклятье! Меня аж передернуло от осознания того, что сейчас эти пираты займутся любимым делом своего предка — сэра Френсиса Дрейка. Защищать город-то было больше некому. Да что город, всю страну…

Наблюдая за приближением шлюпок, я некоторое время пытался освободиться, но безуспешно. Но вот потом резко бросил все попытки. Кое-что в подплывающих десантных средствах меня насторожило. И, чем больше я смотрел, тем сильнее было мое недоверие. Опять, словно следуя за моими страхами, реализовывался самый худший сценарий. Я подумал, что англичане высадятся — они начали высаживаться. Я вспомнил об их пиратском прошлом, и в шлюпках, по мере их приближения, разглядел не матросов в форме королевских ВМС Великобритании времен Первой Мировой, которая должна была быть уже довольно близка к современной, а натуральную пеструю пиратскую банду в камзолах, ботфортах, широкополых шляпах или шлемах-морионах, словно вышедшую из фильмов про капитана Джека Воробья и его друзей и недругов…

И этот момент, как первая упавшая костяшка домино, обрушившая миллионы других себе подобных, вызвал в моем мозгу цепную реакцию, проявив все несоответствия, которых я раньше в упор не замечал.

Если, как утверждала Луна, Селестия вернулась крайне слабой, она не смогла бы победить Кризалис! И принцесса ночи бы томилась в плену вместе со мной. Тия, какой бы они ни вернулась, не бросила бы все дела на Луну и уж точно не разрешила бы ей эту военную операцию! Британцы никогда не пошли бы на то, чтобы пробивать дорогу грифоньей Армаде! Они всегда предпочитали действовать чужими руками. И здесь тоже пустили бы впереди себя тех, кого не жалко отправить на убой, то есть дикарей-аборигенов, а свой корабль бы поберегли, лениво постреливая издали или вообще воздерживаясь от битвы.

Помимо этих нестыковок возникли и другие. И, сведя это все в одно, я кое-что понял. Кто-то будто нарочно подсовывал мне то, чего я больше всего боялся! Опасался Луны и ее косяков — она пришла и начала косячить, вспомнил про крейсер — приплыл и он. Опасался смерти кого-то из знакомых — они начали погибать десятками. Подумал, что по зданию могут ударить, — тут же прилетел снаряд! Подумал про винтовки и пулеметы, и у матросов тут же они нашлись! И только с пиратами неизвестный противник промахнулся — я в переносном смысле думал, а кто-то неведомый явно взял и использовал возникшие в моем воображении образы.

Хотя почему неведомый? Знал я кое-кого, кто специализировался на том, чтобы схватить и удерживать, выпивая постоянными издевательствами все соки…

— Ганс! Грубер! — во всю мощь легких рявкнул я. — Какого черта вы творите?!

И тут же все вокруг подернулось рябью. Исчезли лодки с пиратами, растворилась в воздухе «Принцесса», пропали виды горящей Филлидельфии…

— Смотри-ка ты! — услышал я знакомый голос Ганса. — Все-таки догадалась!

— Это все ты, — пробурчал Грубер. — Не надо было эти образы использовать.

— Вы, псы! — осмотрев появившиеся передо мной фигуры в расхристанных шинелях арестантов, процедил я. — Вы совсем, что ли, берега потеряли?!

Кстати, освободившись от навязанного кошмара, я оказался на своем основном уровне сна, но не на лунной поверхности, а в камере, где до этого долгое время обитала Луна под надзором как раз этих двух оборзевших астральных паразитов.

Тут я не был связан, но все равно что-то было не так…

— Из-за твоей глупости мы лишились источника питания! — без намека на почтение заявил рыжий пес. Несмотря на свой образ, он явно чувствовал себя здесь не узником, а хозяином.

— Во-во, — поддакнул его черный собрат. — А за это время мы привыкли хорошо кушать!

— Такого уговора у нас не было! — топнув ногой, заявил я.

— А это уже неважно, — махнул лапой Ганс. — Уговоры для равных. Ну, или для тех случаев, когда может быть достигнута взаимная выгода, — он мерзко оскалился.

— А к тебе оба этих варианта не подходят, — ощерившись, заявил Грубер. — Ныне ты слаба. Так зачем нам с тобой договариваться? Мы и так можем взять то, что хотим. Нравится тебе это или нет…

— Мы славно насытились, пока ты смотрела наш сон с этим кораблем чужих существ! — похлопав себя по животу, словно показывая, как он наелся, заявил мелкий пес. — Твое пребывание в беспамятстве пришлось кстати. Пока ты не контролировала себя, мы прошлись по твоим последним сильным впечатлениям и создали тебе премилый сон! И пока ты, пребывая в нем, слабела, мы становились сильнее! И пусть даже ты смогла в итоге осознать его нереальность и вырваться, — фыркнул он. — Это тебе уже не поможет. Слишком поздно для тебя!

— Ну, я вас сейчас на ноль помножу! — сверля их взглядом, процедил я. Но в ответ эти собаки только расхохотались.

— Твоими стараниями мы столько времени провели на твоем основном уровне сна, стабилизируя это место, — ухмыльнулся Ганс. — Что оно фактически уже стало нам родным. У тебя больше нет здесь преимущества, даже несмотря на то, что ты тут все еще формальная хозяйка.

— Поэтому ты посидишь тут с нами, — добавил Грубер. — А то нам, видишь ли, очень понравилось питаться энергией аликорнов. Та темно-синяя снулая кобыла проснулась. Но зато мы попробовали тебя. И ты даже лучше, чем наша предыдущая жертва!

От такого поворота событий я, честно говоря, пребывал в шоке. Да они что, сговорились там все, что ли?! Почему все, кто ранее служил мне верой правдой, ныне предали меня? Сначала Миднайт, теперь эти собаки сутулые!

Хотя особо гадать тут было не нужно. Чего еще можно было ожидать от паразитов? Верности и преданности? Не те это сущности. Пока я был силен и мог давать им пищу, им было выгодно держаться рядом. А что теперь? Луны нет, других аликорнов, которых можно было бы безнаказанно пожевать, не предвидится. Кроме меня…

И главное, твари прекрасно все просчитали! Попытавшись применить магию снов, я не преуспел! То ли я так ослабел, из-за того, что эти гады присосались, то ли они слишком усилились, то ли сепаратор клятого Сомбры что-то испортил, то ли все вместе. И ведь еще они говорили, что обосновались у меня здесь как у себя дома!

— Я ведь скоро проснусь! — напомнил предателям. — А через некоторое время приду сюда снова. И мы поговорим по-другому!

— Не-а! — захихикал Ганс. — Не проснешься! Что-то в материальном мире не дает тебе этого сделать, иначе ты уже бы очнулась! Там ты, видимо, тоже проиграла.

— Так что мы воспользуемся ситуацией, — кивнул Грубер. — Затягивать сны существ мы любим и умеем. А здесь у нас еще и отличная тюрьма! — он развел лапами, оглядев когда-то совместно нами созданную камеру. — Специально сделанная для того, чтобы удерживать аликорна!

— Ну, для тебя тюрьма, — уточнил его мелкий собрат. — А для нас закусочная!

Ухмыляясь, псы двинулись на меня, заставив отступить в угол помещения. Лихорадочно соображая, я перебирал в уме варианты действий, но ничего в голову не приходило.

— Что, не думала, что когда-нибудь сама окажешься на месте той темно-синей? — усмехнулся черный пес.

— Итак, — заулыбался его рыжий напарник. — Какую историю тебе рассказать? Хочешь про зиму? Или про больничку?

— А будешь себя плохо вести и недостаточно корму давать, — стукнул кулаком о ладонь Грубер. — Я тебя заставлю стоять как цапля!

— Вы еще пожалеете! — стараясь казаться спокойным, заявил я.

Но псы лишь усмехнулись и направились к давно уже облюбованным позициям.

— А вот я помню, как мы портвейн пили, — ухмыляясь, начал входить в роль Ганс. — Портвейн «Три кирки». Да, по всей державе, где бы ни служили, мы только его и хлестали…

И вот теперь я сидел и соображал, что же делать, а еще пытался сравнить свой нынешний кошмар с предыдущим.

Конечно, я мог успокоено выдохнуть, понимая, что Луна в реальности не вернулась в состояние властолюбивой и гордой, но при этом бестолковой зазнайки. Можно было только радоваться тому, что «Принсесс Ройял» не разнесла Филлидельфию, а многие мои знакомые пони не погибли под ее снарядами. Можно было бы порадоваться, но я не радовался…

Ведь, если бы все это грозило нам в реальности, а я предотвратил, тогда это, несомненно, был бы повод для гордости и радости. Но нет, ничего такого не ожидалось. По крайней мере, я на это надеялся, ведь «Принцесса» действительно еще где-то плавала. Но вот Луне точно не должна была грозить свобода действий. Как, к сожалению, и мне…

Да уж, если Эквестрии вне моего кошмара не грозила столь печальная участь, то вот конкретно обо мне этого нельзя было сказать. Сдаваться я, конечно, не собирался, пытаясь придумать хоть что-то. Но все разбивалось о стабильность этой камеры, которую отожравшиеся сначала на Луне, а потом и на мне, кошмары, наверное, максимально укрепили.

И вот что я мог в этой ситуации сделать? Начать буянить, попытавшись отделать своих пленителей? Что-то подсказывало, что псы только этого и ждали, и этот вариант закончился бы для меня той самой пресловутой позой цапли…

А еще мерзкие собаки постоянно сбивали с мысли своими офигительными историями. Мелкий рыжий пес, как выяснилось, за то время, пока сторожил Луну, успел неплохо развить оригинальный репертуар. Будучи зрителем, я бы, наверное, с удовольствием поржал, но сейчас эти его байки только мешали сосредоточиться.

Хуже всего было осознание факта, что он именно для этого их и рассказывал. То есть стратегия кошмаров успешно работала. И чем дольше я здесь находился, тем крепче становились кандалы, в которые меня заковали подлые астральные паразиты.

В новые разговоры с ними я пока не вступал. Уговаривать псов явно было бесполезно. Они чувствовали себя хозяевами положения и на уступки идти точно не собирались. Можно, конечно, было попытаться вызнать у них что-то, что позволило бы мне найти слабое звено в местной защите, но я пока не придумал, в какую вообще сторону идти и как к этому подступиться.

 В общем, так я и сидел без всякого толку. Кошмары ограничивались только своими надоедливыми историями. Даже не знаю, к счастью это было или к худу. Может, если бы Грубер пустил в ход кулаки, у Найтмер включился бы какой-нибудь режим берсерка, и она раскидала бы паразитов. Ведь разделалась же она когда-то с Сомброй так, что мне об этом воспоминаний не оставила. Может, поэтому и не запомнила ничего, что после его атаки впала в раж?

В любом случае, сейчас мне проверить эту теорию не грозило. Собаки будто чувствовали, где им следует остановиться, чтобы ситуация не пошла в разнос. Конечно! На Луне натренировались, шавки!

Сколько так прошло времени, я не представлял. Собственно, как я уже когда-то размышлял, здесь, внутри такого сна, мое понимание времени могло быть субъективным. Черт их знает, этих кошмаров, может, они и на это повлиять могли, замедлив для меня ход времени, чтобы дольше мучился. Или, наоборот, увеличив, чтобы мне казалось, что я тут уже сотни лет сижу…

Так что, сколько уже отмотал, я понятия не имел. Но в какой-то момент что-то неуловимо изменилось. Я что-то почувствовал, но еще не понял, что именно. Однако и мои тюремщики тоже напряглись. Это я понял по тому, что Ганс осекся прямо посреди фразы и начал оглядываться.

У меня же в голове провыла пожарная сирена, которую я не слышал уже очень давно. Сигнализировала она о том, что кто-то явился на мой основной уровень сна без разрешения! Вот только кто это мог быть?

Предположение у меня было всего одно. И, если я был прав, то от сего визита мне ничего хорошего ждать не следовало. Ведь кроме меня самого в Эквестрии был только еще один сноходец. Вернее, была…

И у нее сейчас, если она пришла в себя, наверняка было, что мне предъявить!

И в тот момент, когда я все это осознал, дверь камеры вздрогнула от мощного удара снаружи. Она не открылась, но зато на поверхности появились две заметные вмятины, похожие на следы лягающего удара задними копытами. Кошмары вскочили на ноги, но больше ничего сделать не успели. Новый удар сорвал дверь с петель, и она, буквально влетев в камеру, снесла мелкого пса, впечатав его в противоположную стену.

— Ты думала, что я не найду тебя здесь?! — прогремел на все помещение кантерлотский глас, а спустя миг появилась и его обладательница.

Луна стояла, расправив крылья, и, не обращая внимания на кошмаров, сверлила меня взглядом. Облачена она была в доспехи, чем-то напоминавшие классическую броню Найтмер, а в телекинетическом захвате сбоку от нее парило какое-то древковое оружие. Вроде бы эта штука должна была называться «глефа».

 Можно, конечно, было подумать, что это Ганс с Грубером решили сыграть передо мной новый акт своего спектакля. Но тюремщики мои явно были ошеломлены не меньше меня. Вот только все осложнялось тем, что принцесса ночи сюда явилась явно не для того, чтобы спасти меня. Она, видимо, собиралась довершить начатое!

— В этот раз ты исчезнешь навсегда! — тут же подтвердила свои намерения темно-синяя аликорн, быстрым шагом подходя ко мне и замахиваясь. — И то, что это сон, не спасет тебя!

Вскочив на ноги в своем углу, я успел только оглядеться. Бежать было некуда! Луна мгновенно сократила дистанцию и уже через секунду, приблизив свое лицо к моему, с плохо скрываемой ненавистью смотрела мне в глаза.

Я сделал то же самое и успел удивиться. Зрачки принцессы ночи были не круглыми, но и не щелевидными. Они больше напоминали какой-то ромб с хорошо заметной пустотой в центре. У кого-то была такая эмблема! Вот только задумываться об этом времени не было.

Занесенная для удара глефа рванулась ко мне. С всепоглощающим ужасом я понимал, что этот удар будет решающим. Ни уклониться, ни отбить его я не мог. Как и пережить его…

В последние мгновения я еще успел услышать странную фразу, в полголоса произнесенную Луной:

— Дон Флавио передает привет!


Твайлайт сидела на кровати в своей кантерлотской квартире и пыталась осознать, что вообще произошло за последнее время.

Да, с уничтожением Найтмер все ее приказы автоматически потеряли силу. Это касалось и положения о высылке из столицы ученицы Селестии. Поэтому фиолетовая единорог смогла вернуться домой. Вернее, ей не оставили выбора…

И, осматривая интерьеры, от которых успела за время отсутствия отвыкнуть, волшебница сомневалась, здесь ли по-прежнему был ее дом или там, в Понивилле. Там, где она смогла найти подруг и где, наконец, выполнила ту задачу, к которой готовила ее наставница!

Вот только выполненная миссия не помогла вернуть Селестию…

Честно говоря, Твайлайт до сих пор пребывала то на грани паники, то совсем рядом с падением в депрессию. Столько сил было потрачено! Она, наконец, поняла, что хотела от нее принцесса солнца. И что же? Неужели все было проделано зря?!

Наверное, никогда фиолетовая единорог так не радовалась, как в тот момент, когда она увидела белую аликорна, когда она только спустилась в солнечном сиянии. И столь же велики были ее удивление, а потом и разочарование, когда она поняла, что вернулась не ее наставница, а какая-то совершенно другая, чужая принцесса.

Даже сам ее облик говорил против этой особы! Она казалась странной смесью Найтмер Мун и Селестии — белый цвет шерстки, но при этом вертикальные зрачки и острые зубы. И доспехи…

Еще сильнее различие стало заметно, когда странная гостья заговорила. Голос ее совершенно не походил на голос любимой наставницы, и даже интонации в нем проскальзывали совершенно другие…

В этот момент Твайлайт с ужасом поняла, что те байки про дихотомию, которые через газеты распространяла Найтмер Мун, оказались правдивыми! Ведь как иначе можно было объяснить тот факт, что лучшая из всех принцесс превратилась за время своего изгнания в… В этого монстра!

Волшебница грустно вздохнула. Она совершенно не представляла, что можно было сделать. В другое время она пошла бы в библиотеку и попыталась бы найти нужную информацию в книгах. Но и этого она сделать не могла! Белая аликорн, которую звали Дэйбрейкер, приказала ей не покидать своих апартаментов и даже поставила возле выхода караул из подчиненных старшего брата. Самого Шайнинга, кстати, Твайлайт так пока и не видела. И в отсутствие командира Дневная гвардия безропотно подчинилась чужой принцессе.

Сейчас ученице Селестии очень пригодилась бы помощь подруг. Хотя бы моральная. И, как она знала, они тоже помимо своей воли по приказанию Дэйбрейкер находились в столице. Вот только увидеться у них возможности не было…

Сама же белая аликорн приходила к ней только один раз, но задержалась надолго. Она потребовала от Твайлайт рассказать ей все, что единорог делала с момента изгнания Селестии. Волшебница не понимала, как ей относиться к этой дихотомической напарнице своей наставницы. С одной стороны, она не верила, что пару Селестии мог составлять кто-то плохой. С другой же стороны, новоявленная правительница Эквестрии, коей не замедлила себя объявить Дэйбрейкер, уж слишком напоминала ей Найтмер Мун. И не только внешностью…

Даже в их беседе аликорн ничего не просила. Она либо требовала, либо приказывала. И, похоже, абсолютно не сомневалась в том, что имеет полное право вести себя именно так. А еще она, слушая Твайлайт, все сильнее кривилась…

На моменте, когда единорог со смесью стыда и раскаяния рассказала, как притащила в Эквестрию целый корабль из неведомых далей, оторвав его экипаж от родных берегов и лишив дома, принцесса удрученно покачала головой, прервав рассказчицу и заявив, что разочарована в выборе Селестии. А еще она заявила, что, как только устранит глупости, ошибки и недоделки, накопившиеся в стране за время правления слабовольной Селестии и бездарной Найтмер, отправит чужой корабль со всей его командой туда, где всем чужакам самое место — на дно морское.

А потом она потребовала продолжать. И Твайлайт подчинилась.

Выслушав все до конца и придя к какому-то решению, Дэйбрейкер, скупо похвалив ее, упомянула, что всех, кто поддерживал Найтмер и предал таким образом глупую Селестию, ждет суровая кара. И этим она еще больше напомнила волшебнице владычицу кошмаров и те аресты, что устраивали ее опричники.

Она даже попробовала возразить принцессе, напомнить ей о том, что Селестия никогда не стала бы так поступать. Но аликорн с огненными гривой и хвостом, скривившись, заявила, что ее наставница, имя которой она странно сокращала до Лести, потому и оказалась в столь плачевном положении, что была слабой, нерешительной и не способной принимать серьезные решения. Себя же Дэйбрейкер с гордостью объявила во всем лучшей, чем Селестия. И добавила, что ни в чьих советах не нуждается.

На этом она и покинула Твайлайт, повторив перед этим свой приказ не выходить из покоев.

И теперь волшебница сидела и грустила, не зная, что предпринять. Сколько прошло времени, она не замечала. Даже казалось, что день длился уже слишком долго. В какой-то момент она даже решила, что, возможно, следовало направить силу Элементов Гармонии и на эту Дэйбрейкер. Вот только огнегривая аликорн первым же действием отобрала символы их Элементов, без которых подруги, даже сами являясь воплощениями, не могли использовать Элементы. Да и подруг рядом не было…


«Принсесс Ройял» лежала в дрейфе недалеко от входа в залив, берега которого по-прежнему казались пустынными, лишенными следов деятельности человека. Однако, как бы странно это ни звучало, разумная жизнь здесь все же присутствовала, но принимала она другие формы.

Да, формы. Кэптен де Брок, раздумывая над ситуацией, пришел к выводу, что тот факт, что он был агностиком, был сейчас исключительно полезен. Кто-то более религиозный, увидев его недавнюю гостью, без сомнений решил бы, что сам Враг рода человеческого пришел, чтобы склонять его к сотрудничеству.

Правда, это не означало, что для капитана «Принцессы» эта встреча прошла легко. И немудрено! Попробуйте сохранить самообладание, когда, обернувшись, вы обнаруживаете в углу собственной каюты свою зеркальную копию, криво улыбающуюся вам в ответ! И это притом, что кобура с револьвером уже лежит в другом конце каюты на тумбочке!

Тем не менее, в тот момент Осмунд сумел удержать лицо, лишь вопросительно выгнув бровь. Однако еще больше усилий для того, чтобы оставаться спокойным, пришлось приложить, когда его двойник открыл рот и заговорил. Причем голос, который недавно говорил про их общих врагов, вполне походил на человеческий, но при этом не был похож на его собственный. Он вообще был женским!

— Я не девица на выданье, чтобы любоваться на самого себя, — нахмурившись, вымолвил тогда капитан крейсера. — Потрудитесь предстать в своем истинном обличье, леди!

Требование могло показаться глупым, но оно кое-что объясняло. Если его посетительница смогла принять его собственный облик, тогда и ту записку, что невероятным образом появилась у него не так давно, подбросила она.

Кэптен не был любителем сказок. Но кому их не рассказывали в детстве? И невольно он перебрал в уме мифических существ, правда, так и не вспомнил, кто из них мог вот так легко менять облик. Однако даже если бы Осмунд кого-то и вспомнил, к увиденному через мгновение зрелищу он не был бы готов.

— А я-то хотела пощадить ваши нервы, капитан, — усмехнувшись, его двойник вспыхнул зеленым светом, и его фигура начала оплывать. — Но раз вы сами попросили!

Еще через миг перед де Броком стояло и клыкасто улыбалось существо, которое даже и описать-то было сложно. Четвероногая помесь жука и лошади с одним изломанным рогом на голове, с кучей дыр на потрепанном хитине панциря. И с короной на голове. Правда, этот элемент одежды был на гостье единственным, если не считать какого-то странного подобия корсета на средней части туловища. Но чего еще можно было ожидать от дикарки?

— Королева Кризалис, хозяйка здешних земель! — представилась аборигенка. — На воды не претендую, — она усмехнулась.

Да, стоило признать, инструкций от Адмиралтейства на подобный случай у капитана линейного крейсера не было. Поэтому пришлось импровизировать. Как ни в чем не бывало, он представился в ответ и даже изобразил поклон. Едва заметный, еще не хватало джентльмену унижаться перед какой-то дикаркой, даже если она величала себя королевой! Триста лет назад, в царствование славного короля Джеймса Первого, дочь вождя дикарей, прибывшую из Вирджинии ко двору, тоже именовали принцессой, но от этого она не переставала быть дочерью дикаря. В этом случае все было точно так же. Как можно было считать равным существо, на котором даже нормальной одежды не было?

Впрочем, гостья тут же сумела удивить Осмунда. В зеленой вспышке тело ее пропало, чтобы на ее месте кэптен тут же увидел женщину, одетую так, как и подобало английской леди, а, взглянув на лицо, узнал свою сестру.

— Так лучше? — заговорила его родственница голосом королевы. — Не переживайте, я не похитила ее душу. У вас на стене висят фотографии, — она кивнула на дальнюю стену каюты. — Как понимаю, вашей семьи. Оттуда я и взяла образ этой… — она вдруг слегка замялась. — Женщины. Так, кажется, у вас называются кобылки. Но предлагаю перейти к делу. Вижу, у вас есть вопросы! У меня есть ответы, но я дам их в обмен на информацию уже от вас.

Внимательно осмотрев копию сестры, капитан заметил, что не такой уж и точной была эта самая копия. Но озвучивать увиденные даже при беглом осмотре неточности, которые позволили бы при случае вычислить эту странную тварь, он, естественно, не стал. Как не стал и возмущаться тому, что незваная гостья без разрешения использовала облик его родственницы.

Дальше разговор перешел в конструктивное русло. Правда, если бы перед ним не сидела натуральная королева оборотней, Осмунд никогда не поверил бы всему тому, что услышал. Однако, трезво смотря на вещи, командир крейсера отмечал, что все случившиеся с ними необъяснимые события идеально ложились в канву повествования этой непонятной Кризалис.

Королева аборигенов даже назвала имена тех, кто был в первую очередь виноват в том, что случилось с «Принсесс Ройял». Они ничего не сказали де Броку, но человек их запомнил. Принцесса Эквестрии Найтмер Мун и ученица ее предшественницы Твайлайт Спаркл. Конечно, полностью доверять свалившейся буквально на голову непонятной твари он не собирался, но принять ее информацию к сведению ничего не мешало.

А потом местная королева перешла к предложениям. Она намекнула, что может раздобыть для команды «Принцессы» не только уголь, но и провизию. И еще некий горький мед. Уточнив, капитан понял, что она имела в виду ни много, ни мало лиддит, которым начинялись их снаряды!

— Как видите, я знаю, благодаря чему стреляют ваши орудия! — с заметным самодовольством усмехнулась она.

Де Брок тоже мог бы самодовольно усмехнуться, ведь в орудийных зарядах использовалось другое вещество — кордит. И именно благодаря нему стреляли орудия. А лиддит обеспечивал уже взрыв самого снаряда. Так что дикарка, как-то узнав часть информации, не сумела правильно ее интерпретировать и все перепутала. Но тот факт, что в местном государстве существовало производство современных взрывчатых веществ, о многом говорил.

В первую очередь о том, что нужно было быть осторожным. Осмунду меньше всего хотелось погубить «Принцессу», ввязавшись в какие-то местные политические дрязги. Да и повторять судьбу Магеллана он совершенно не собирался. А ведь эта королева, судя по ее поведению, как раз и пыталась втянуть его во что-то подобное! Неслучайно ведь она заявляла, что главные виновники их непростого положения — это правящая принцесса соседнего государства и еще одна особа, судя по всему, из аристократии той же державы.

Скорее всего, на местном политическом Олимпе те женщины являлись соперницами его гостьи. И она хотела, пользуясь его незнанием местных реалий, натравить его на противниц. Наивная дикарка!

Тем не менее, поразмыслив, капитан крейсера согласился наладить контакты с этим странным народом. Все же политика полной изоляции не казалась ему здесь уместной. Да и способности, продемонстрированные королевой, дали понять, что эти оборотни могут доставить множество хлопот, если настроить их враждебно. Но могут быть исключительно полезны, если их использовать с толком. Ведь это же идеальные разведчики! В Интеллидженс Сервис будут очень благодарны Адмиралтейству в целом и ему в частности, если он привезет хотя бы нескольких этих аборигенов в Метрополию. Вот только знать бы, каким курсом надо идти, чтобы попасть туда…

Тот факт, что сейчас они были оторваны от баз снабжения, тоже не добавлял уверенности. Были и другие причины, по которым капитан корабля старался показать гостье свой благожелательный настрой и готовность договариваться.

Заключив соглашение, он достал из шкафчика виски и предложил выпить за договор. А потом с некоторым удовольствием понаблюдал за Кризалис, для которой напиток явно оказался более крепким, чем она ожидала.

С тех пор прошло уже больше недели. Второй помощник, вызвавшись сам и получив капитанское одобрение, отправился с некоторым оборудованием и небольшим отрядом в город оборотней, чтобы оттуда передавать нужные сведения. Королева, как и ожидал кэптен, ничего не заподозрила, когда он попросил помощи ее подданных в транспортировке, выделив несколько сотен совершенно одинаковых с виду своих подданных, больше похожих на уменьшенную копию самой Кризалис.

Конечно, перед тем, как они показались команде, офицерам пришлось провести с нижними чинами разъяснительную работу. Впрочем, уже и так все, имевшие глаза и уши, видевшие местные закаты и рассветы, местное звездное небо и луну, понимали, что они находятся заметно дальше от старушки Англии, чем думали изначально.

Это могло бы создать проблему. Все же простые люди могли быть более подвержены разным глупым предрассудкам. Но по распоряжению капитана экипаж неустанно трудился, проверяя все отсеки, механизмы и агрегаты. А когда человек работает, у него нет времени на глупости! И этих мер пока хватало. Да и распространенная по его приказу среди экипажа идея о том, что сейчас, перед лицом непредвиденных обстоятельств, команда «Принцессы», открывшей, по сути, целый новый континент, должна быть сплочена как никогда, отлично прижилась.

Информация, полученная от королевы дикарей, дала Осмунду ответы на многие вопросы. Например, объяснила до невозможности странное движение здешних небесных тел, противоречившее всем законам небесной механики. Капитан крейсера, если бы не видел все это безобразие сам, ни за что бы не поверил. Но факт оставался фактом.

Однако два дня назад все стало еще более странно. Хотя, казалось бы, куда уж более.

Де Брок стоял на крыле мостика и смотрел на небо. Туда, где уже третий день бессменно висело здешнее солнце.

— Описанные вами неточности в изображении местной королевой человека объединены в общую инструкцию и распространены среди всех офицеров, — доложил подошедший коммандер Хендерсон — первый помощник. — Также я развил идею Нортона о том, как еще можно выводить этих оборотней на чистую воду.

— И как же? — поинтересовался Осмунд.

— Даже если кто-то из них сможет полностью скопировать наш внешний облик, — усмехнулся старпом. — У них не будет возможности достоверно изобразить то, что они не видят.

После этого он расстегнул пуговицы кителя и продемонстрировал капитану подкладку, на которой красовался затейливый герб ателье, в котором была пошита одежда.

— И так, как я полагаю, будет и со всем остальным, — продолжил Хендерсон. — Эти дикари не носят одежду. Значит, можно попросить у подозрительного субъекта снять китель. Если это человек, то проблем не будет. Оборотень же, в моем понимании, сразу выдаст себя. Даже если он и сможет отделить часть себя, изобразив одежду, он не будет знать, как она должна выглядеть изнутри и как она правильно снимается. По крайней мере, на первое время это должно помочь.

— Хорошая идея, — кивнул де Брок. — Займись тогда реализацией, — он снова посмотел на небо. — Черт знает что…

— Полностью согласен, — кивнул облокотившийся на перила рядом старпом. — Я ходил в приполярных водах и не раз видел полярные дни. Но такое… — он обвел взглядом небо. — Уму непостижимо. В Арктике солнце, хоть и не заходит, но движется по небу. А тут висит и не двигается ни на дюйм! Неподвижно как Скунский камень в Аббатстве!

— По утверждениям этой Кризалис местные светила двигали правительницы соседней варварской страны, — усмехнулся де Брок. — До недавнего времени на протяжении многих лет одна, а последние несколько месяцев другая. Вот только, похоже, молодая принцесса не удержалась на троне.

— Я бы считал все это сказками скудоумных аборигенов, — проворчал старпом. — Если бы не наблюдал вот это все лично.

— Мы, как люди цивилизованные, должны были бы искать разумное объяснение ситуации, — кивнул Осмунд. — Вот только у меня нет других теорий.

— У меня тоже, — признался Хендерсон. — Мы моряки, а тут нужны ученые. Мой кузен профессор в Оксфорде. Будь он здесь, наверняка бы уже объяснил нам все. Но что мы будем делать с этой варварской королевой? И с явным кризисом престолонаследия в соседней варварской стране?

— Нортон доложил что-нибудь определенное? — поинтересовался капитан крейсера.

— Пока что ничего, — вздохнул первый помощник. — Все в городе аборигенов обеспокоены. Но пока ничего не знают. Или не хотят нам говорить.

— Значит, будем выжидать, — заключил де Брок. — Дипломатия канонерок не может быть осуществлена всего одним кораблем, пусть даже это и линейный крейсер. Наша задача — вернуть «Принцессу» к берегам Альбиона целой и невредимой, а также запомнить путь сюда. И вот уже тогда, если будет на то воля его величества, можно будет вернуться, — он усмехнулся. — Вернуться и рассказать местным дикарям, что у Англии нет вечных союзников и постоянных врагов. Вечны и постоянны, как известно, только ее интересы.