Цыгане, психозы и удовольствия

Хандра и книги

В тексте — стихотворение Поля Верлена.

В последнее время Твайлайт была сама не своя. Сэндвичи с лютиками были не так аппетитны, праздники не так веселы, да и книги не так интересны. Дузья и знакомые приглашали в гости или на прогулки, но она теперь всегда находила предлог, чтоб остаться дома.
Однако и в своей библиотеке не находила покоя — начинала читать, но мысли разбегались, пробовала делать записи, но чувствовала, что ничего интересного она не напишет. Диктуя Спайку очередное ежедневное письмо для Принцессы, вдруг запиналась и замолкала надолго, глядя в одну точку. С ней что-то происходило, но для Спайка и друзей это оставалось тайной — Твай уходила от ответа, и была молчалива, как никогда.
В один день она сложила сумку, разбила копилку, пособирала монетки, купила билет на первый попавшийся пегасий дилижанс и в одиночестве поехала, куда глаза глядят, и до куда хватит монеток.
Вечерело, становилось холодно, дилижанс остановился, и кондуктор невежливо попросил Твай на выход: денег хватило только на билет до этого полустанка — в чистом поле. Твай вышла из кареты и отправилась дальше, не разбирая дороги. Темнота сгущалась, и вскоре Твай перестала что-то различать вокруг. Она все шла и шла, пока не наткнулась на проволочную изгородь. Здесь она почувствовала себя обессиленной и опустошенной и опустилась на голую землю. На небе метеоры устроили звездопад, вокруг в темноте шелестели крылышками бражники, но ничего этого Твай не замечала. Она ни о чем не думала и не хотела ничего чувствовать. Так проходил час за часом.
Неожидано Твай почувствовала на закрытых веках яркий свет. Она открыла глаза и увидела темную фигуру, пони, который держал фонарь. Фигура покачала головой, раздался голос:

И в сердце растрава,
И дождик с утра.
Откуда бы, право,
Такая хандра?
О дождик желанный,
Твой шорох — предлог
Душе бесталанной
Всплакнуть под шумок.
Откуда ж кручина
И сердца вдовство?
Хандра без причины
И ни от чего.
Хандра ниоткуда,
Но та и хандра,
Когда не от худа
И не от добра.

— Кто Вы? — испугалась Твай, — и что это за заклинание?
— Не бойся, я самый обычный земной пони, и совсем не владею колдовством, а это не заклинание, а стихи, — ответил незнакомец, — я думаю, тебе не следует ночевать под этой изгородью. Утренние зори сейчас холодны. У меня не часто бывают гости, потому позволь пригласить тебя на чашку горячего овощного бульона, отдохнешь, а там и утро настанет.
Единорожка только сейчас почувствовала, как сильно замерзла, потому чашка горячего бульона стала самой привлекательной вещью на свете. Твай приняла приглашение, и последовала за незнакомцем, который освещал дорогу своим фонарем. Вскоре они добрались до лачуги, сложенной из грубых камней. Ступив на порог, Твай увидела скромную комнатку: грубый стол с двумя скамьями, плетеный ларь, изношенные соломенные циновки на полу, но посреди хижины приветливо полыхал очаг, а на камнях его побулькивала кастрюлька, источая притягательный аромат. Твай получила чашку бульона и ломоть ячменного хлеба, и, присев на скамейку, смогла наконец рассмотреть хозяина хижины.
Это был пожилой пегий пони, с седыми гривой и хвостом, с пожелтевшими от старости копытами. Но глаза у него были совершенно другие, чем у всех, виденных Твай когда либо пони. В них читалась особая мудрость, которая приходит с долгими годами, полными не только радости и страдания.
— Ты ешь-ешь, не стесняйся, — сказал пожилой пони. Сам он пошуровал гочергой в очаге, чтоб тот поярче разгорелся, после чего открыл ларь, достал книгу, и углубился в чтение. Твай тут же обратила внимание на книгу — она была какая-то странная, непохожая на те, которые были у неё в библиотеке. Было видно, что и переплет сделан из неведомого ей материала, и бумага совсем другая. Заметив её интерес, пони грустно улыбнулся:
— Большие знания — великие печали! Именно из-за этих книг я живу теперь один.
— Из-за книг? — удивилась Твай.
— Это не простые книги. Ты слышала о мире людей?
— Слышала, но существование этого мира современной наукой ставится под сомнение.
— А книги, что лежат в этом ларе, как раз из мира людей. Давным-давно, много лет назад, я был обычным пони, у меня была семья и работа, жизнь была проста и радостна. Но однажды я нашел этот самый ларь... Меня заинтересовали эти книги, но лучше б я к ним никогда не прикасался.
— Почему? — Удивилась Твай. — Это же величайшее открытие! Оно бы сделало Вас знаменитым. Надо немедленно сообщить Принцессе!
— Понимаешь ли, люди, которые их написали — искренни. Потому описали свой мир таким, каков он есть. А в их мире, в отличии от нашего, страданий больше, чем радости. Я начал читать найденые книги, и вдруг мир, описанный в них, стал замещать мой — счастливый. Забрав книги с собой, я ушел из города и поселился здесь отшельником, чтоб никто из пони не познал того, что почувствовал я. Чтоб все вы так и оставались счастливыми и беззаботными.
Твай задумалась о себе, хандрящей, и её хандра теперь показалась ей чем-то несерьезным, по сравнению с тем, на что обрекла этого старика его тайна. Любимая ученица Принцессы в первый раз испытала опаску перед неизведанными книгами, она поняла, что расплата за знания иногда бывает очень тяжелой. Ей снова захотелось домой, к Спайку и подругам, к безопасным книгам своей библиотеки...
Светало. Пожилой пони посмотрел на неё:
— Поспишь, или поедешь домой?
— Домой. Только у меня нет денег, если бы Вы мне одолжили...
— Вот тебе монетки, как-нибудь вернешь потом... Дилижанс будет через полчаса. Я тебя провожу на полустанок.
Через полчаса Твайлайт ехала домой. Солнце поднималось все выше и выше, окружающий мир расцветал утренними красками, а хандра в сердце, наконец-то стала исчезать.
День обещал стать превосходным.