Сказка о новом Понивилле

Пациент.

Время спокойствия.

— Победителем становится – драматическая пауза – БИГ МАКИНТОШ!

Собравшиеся зааплодировали. Герой гордо взошел на помост и дал Пинки повесить себе на шею «Знак Великого Пожирателя». Предполагалось, что Кексов – просто слово не влезло. Но не выбрасывать же столь заботливо сделанный орден, на изготовление которого у Рэрити ушел целый час. И почему лучший устроитель вечеринок Понивилля не попросила свою подругу заодно нанести на раззолоченный кругляшек еще и надпись? Сие есть тайна, покрытая мраком.

Красный жеребец постарался выглядеть как можно более пафосным и представительным – ведь на него с улыбкой смотрела некая учительница. Он вскинул голову к небу и свет солнца на мгновение ослепил его.

Но вот аплодисменты стихли и розовая пони начала объявлять следующие пункты программы. Биг Мак смог наконец сойти вниз и начал проталкиваться к Чэрили. Но на старом месте ее не оказалось – только очень знакомый хвост как раз исчезал за углом. Однако, когда он дошел до него, там опять никого не было. Вдруг изнутри донеслись голоса: ее и какого-то жеребца. Эппл заглянул в амбар и снова не увидел ни души.

Внутри возникло беспокойство, которое тут же было срезано успокоительной мыслью: наверное, просто отлучилась в дамскую комнату. Звуки празднования кажется стали тише. Забавно, неужели все уже заканчивается? Как-то рано.

— Сюрприз! – красный здоровяк с трудом удержался, чтобы не отпрыгнуть. Все-таки ей нужно что-то решать с внезапностью появлений. А то ведь так и до инфаркта довести можно – мы решили, что раз ты такой умелый победитель кексов, то и пони не будет для тебя проблемой.

Он с легкий смущением принял хвост. Все-таки ему уделяют слишком много внимания. Надо же и другим гостям дать возможность побыть в центре событий, а то вон их еще сколько. Макинтош оглядел улыбающиеся лица своих друзей и родных. В груди вновь зашевелилось легкое беспокойство.

— А где сержант? Карамэл? Лира? – шепотом поинтересовался он у ведущей ее к стене розовой кобылки.

— Они устали и пошли домой – беззаботно отозвалась та, завязывая ему глаза – мы же не в праве их удерживать — пусть отдохнут.

Биг Мак почувствовал какую-то тревогу, несогласие внутри, но его уже начали вращать дружеские копыта.

— Иди вперед! – раздался звонкий голос Пинки и кто-то даже шлепнул его по крупу, видимо желая сказать, чтобы он поторопился – все остальные тоже хотят поучаствовать.

Смех, радостные крики, разговоры, шум ветра, музыка, чьи-то указания и жаркий шепот.

Он знал, где находится пони, нуждающаяся в его помощи. Белая кобылка с сине-фиолетовой гривой.

Только бы не споткнуться. Звуки становится все тише, а толчки в круп – все настойчивее.

Снова появилось беспокойство. Почему-то начало казаться, что если сейчас же не развернуться, то случится нечто ужасное. Он уже начал поворачивать голову, когда услышал драгоценнейший голос в мире.

— Ну, давай, вперед, она же ждет тебя! – и нежное прикосновение к лицу, направляющее в нужную сторону. Сердце наполнилось покоем и радостью. Кому еще верить, как не ей.

Уже не боясь падения, Биг мак стрелой понесся к стене, которая, казалось, пытается сбежать от него. Но никто не уйдет от влюбленного Эппла. И вот она прямо перед ним. Теперь нужно быть осторожным и мягким. Прицелится…

Стоп.

А где все?

Спокойно – просто стараются не помешать тебе попасть.

Стена какая-то больно твердая, зубами не вбить. Ну да ничего.

Забавно – под копытом оказалась довольно-таки мягкой.

Не важно.

Биг Мак сорвал с глаз повязку и уже начал оборачиваться к друзьям, когда кобылка со стены ойкнула и дала ему сдачи.

-
— С радостью сообщаю вам, мистер Эппл, что с сегодняшнего дня вы можете выходить из госпиталя – единорог символически отодвинул и без того открытую занавеску – ваше состояние не вызывает никаких опасений и я не сомневаюсь, что столь ответственный и разумный жеребец, как вы, не совершит ничего, могущего изменить подобное положение.

— Агась – согласно кивнул Биг Мак и начал эпичный подъем с койки. Эпичный в том смысле, что очень медленный – он заранее договорился с Бон-бон: она не будет как обычно бросаться ему на помощь, а он в свою очередь будет предельно аккуратен.

Уже у самого пола заместитель мэра не сдержался и все-таки ускорился до быстроты улитки, за что тут же был покаран – кобылка мгновенно оказалась рядом и поддержала его, таким образом и в этот не дав ему встать самостоятельно. Вздох досады сорвался с его уст почти одновременно с ее смешком.

— Ты же слышала, что сказал Док – вновь попытался образумить медсестру главный по безопасности – я вполне здоров и даже имею право нормально ходить по городу. Может уже хватит?

— Ходить – пожалуйста – она демонстративно отпустила его – однако насчет поднятия с постели никто ничего не говорил.

Уже ставшая привычной немного ироничная улыбка.

Вот ведь…

А ладно, кого он пытается обмануть — такой она ему нравится куда больше, чем когда рассыпается в извинениях. Тем более если учесть, что в тот момент просить прощения должен был как раз Биг Мак: все-таки это он шлепнул ее по крупу, а не наоборот. И обознатушки в стиле «это был горячечный бред» в таких вопросах вряд ли стоит воспринимать всерьез. Хотя с другой стороны, намерения покусится на честь Бон-Бон у него в тот момент и рядом не было, а ущерб ему был нанесен явно больший.

— Ну и чего стоим? – выгнула брови разглядываемая особа – на выход, гражданин – к долгожданной свободе от злобных врачей…

Милое личико приняло соответствующее зверское выражение.

-…вы ведь так долго мечтали об этом – переигрывает, хотя придыхание вышло убедительно вдохновенным.

— Агась – не стал спорить Макинтош и направился к выходу в сопровождении своей в последнее время постоянной спутницы.

После их ухода твари появлялись на горизонте еще несколько раз и тем самым привели понивилльцев в состояние, предшествующее панике. То самое, когда пони способен убивать себе подобных ради жалких крох пищи или начать пахать сутки напролет как проклятый. Слава Твайлайт, что первый вариант остался в прошлом и уже никогда не вернется – общество просто не допустит повторения этого ужаса, когда своего собрата боишься больше, чем твари.

Третий частокол возводился ударными темпами – за день удавалось сделать вдвое больше и сейчас осталось только поставить ворота. Увы, за все надо платить: построенные в спешки части стены выглядели не столь внушительно, как их более ранние собратья, хотя ни о какой ненадежности и речи нет. Куда хуже было другое последствие паранойи: травмы посыпались как из рога изобилия.

По счастью, ничего серьезного, однако потребность в медперсонале значительно возросла. Учитывая, что к тому моменту большая часть частокола уже была собрана, удалось освободить многих непрофессионалов от строительных работ и перевести их на другие нужды. Так Бон-Бон и попала в госпиталь, где по прибытии охотничьего отряда была приставлена к чересчур самоуверенному заместителю мэра.

Ему вновь повезло, как и тогда. Чэрили тоже была медсестрой-добровольцем, причем тот факт, что двум понивилльцам удалось встретится в том хаосе, в который погрузилась армия после Кантерлота, вряд ли можно объяснить иначе, чем благословением Принцесс. Если бы не ее помощь и поддержка, то Биг Мак, скорее всего, стал бы одним из тех несчастных парней, кто пусть и смог сохранить свои оболочки, был уничтожен войной. Смешно вспоминать, как окрепнув внутренне и внешне он пытался сопротивляться ее нежной заботе. Старался показать свою мужественность и силу.

Она точно так уже улыбалась, кивала и невозмутимо продолжала свое черное дело.

А ведь несмотря ни на что, ему это нравилось.

Как игра.

— Вот она, долгожданная свобода – Бон-Бон раскрыла перед ним двери госпиталя – наслаждайся, но помни: вечером чтоб вернулся.

— А то что? – вскинул брови заместить мэра.

— Вы можете уйти – ее тон сменился на угрожающий, а глаза заговорщицки сузились – но помните: у нас длинные ноги.

— Агась – с ухмылкой подтвердил Макинтош, смерив упомянутые конечности взглядом.

Она фыркнула и протиснулась мимо него в коридор. Интересно, это только его воображение или она и правда немного покраснела?

Погрузившись в розовые размышления, заместитель мэра совсем забыл о своем далеко не блестящем состоянии здоровья и начал спускаться, будто бы никакого похода не было. Тело быстро напомнило, кто тут главный, а у кого нет мозгов – ребра взорвались болью, а копыта начали предательски подрагивать.

Через пару минут стояния со стиснутыми зубами, все пришло в норму.

Не стоит забывать, в каком мире мы живем.

Он не просто так домогался у Дока возможности выйти в город. Обязанности ждут. Обычные: проверка постов, распределение платы, обмундирования и задач по его обслуживанию, планирование. Впрочем, последним он займется как-нибудь попозже, тем более, что сейчас на нем висят еще и «почетные»: распределение и оценка добычи, а также тяжкие размышления как сохранить все это богатство от гнили до ближайшей ярмарки. Как-то прежде у них не было настолько богатых трофеев и чучельной жидкости наверняка не хватит.

Ладно – это все мелочи жизни, по сути, приятные. Вечная слава спасительнице и светилам, что в этот год они избавили его от самой страшной и тяжелой обязанности, идущей нога в ногу с полномочиями главы экспедиции: разносить похоронки. Не то, чтобы в этом какая-то насущная необходимость – вряд ли бы кто мог не заметить отсутствия близкого существа в мире живых. И все понимают, на что идут их любимые, отправляясь в поход. Однако это был его долг. Как перед оставшимися, так и перед ушедшими.

Впрочем, сейчас у него тоже есть одна крайне неприятная, но необходимая городу обязанность. Касающаяся пони, которого бы все жалели, если бы не боялись.

Страшила вернулся.

Именно так: с виду обычный земной пони, пусть и сильно побитый жизнью, смог не только в одиночку выжить в лесу в течении нескольких дней, но еще и выбраться к Понивиллю. И это с его так полностью и незажившей ногой. Поневоле задумаешься, а кто тут собственно считает себя опытным лесником?

Когда Биг Мак услышал об этом, то решил, что это просто кто-то решил жестоко над ним подшутить. Однако Бон-Бон подтвердила эту информацию и неверие как-то сразу отвалилось. Даже несмотря на абсолютную неправдоподобность. Впрочем, детали сделали это событие еще менее осмысленным, хотя казалось бы, что дальше некуда.

Иностранца привела Дерпи.

«Я просто нашла его в лесу» — вроде такую цитату ему выдали. Как, откуда, с какого бодуна – никто не знает. Эта пузырчатая личность является тайной покруче, чем их ужасающий гость, причем именно потому, что вся ее жизнь прошла перед их глазами и при этом никто все равно не знает, чего от нее ждать. Подозреваю, что она еще и спросила: «можно мне его оставить?»

А даже если и нет, то ответ все равно готов – нет.

Это было трудное решение, однако другого он не видит. Этот маньяк слишком опасен. И чужд. К тому же не стоит рассчитывать на его глупость – даже полному идиоту должно быть понятно, что соратники попросту бросили Страшилу умирать в кишащем тварями лесу. Он даже не пошел в госпиталь после своего прибытия – сразу в казармы и спать, несмотря на множество мелких ран и все так же приволакиваемую ногу. Скорее всего, иностранец вернулся ради мести. Или же, в лучшем случае, чтобы затребовать свою долю от добычи и свалить из Понивилля.

Так что их интересы вполне могут совпадать, а значит – стоит сразу прояснить ситуацию и подготовить почву для его последующего ухода пришельца в свободное плаванья. Естественно, не без награды, да и надо убедить его сходить к Доку. Впрочем, даже если он и не собирается уходить, Биг Мак твердо намерен убедить его сделать этот шаг. Два дня думал над своей речью. Вроде неплохо.

Осталось найти объект.

— Агась. Спасибо – Биг Мак в очередной раз тепло улыбнулся на приветствие и пожелания доброго здоровья – скажите, а где Страшила?

Фрути Милк мгновенно сдулся. Его радостная улыбка поблекла, а в глазах зажегся страх. Макинтош вдруг припомнил, какую роль бывший беженец сыграл в «становлении» иностранца и ему сразу стало совестно – не мог что ли спросить у предыдущего? Или следующего? Хотя, конечно, такая реакция все-таки чрезмерна. Впрочем, если учесть, что после возвращения иностранца его неблагодарные сослуживцы начали вовсю чесать языками, а потом все эти рассказы варились в общем котле слухов…

Короче, вполне вероятно, что его сейчас почитают чуть ли не за Создателя Чудовищ. С соответствующим отношением. Еще одна причина, по которой он должен уйти.

Бедолага даже начал заикаться, причем вместо ответа попросил защитить Понивилль и его лично от «этого монстра». Ладно, спорить бессмысленно – подходящее определение для существа, наслаждающегося болью и страхом. И способного завалить генерала.

Лишь после того, как заместитель мэра пообещал заняться этим, Фрути сообщил, будто видел Страшилу около школы. Опять.

Вперед.

-
Странно, в этот раз никакой боли в груди нет.

Ну, вернее, она есть, только телесная, а не духовная.

Вот только не уверен, что это хороший знак.

Неужели я начал забывать ее?

Биг Мак сосредоточился и воспоминания вновь встали перед ним во всей красе.

Вот двое сидят в восстановленном Сахарном Уголке. Перед ними на столе несколько кексов, но никакого внимания прекрасной выпечке не уделяется – они как будто тонут в глазах друг у друга. Нет, ничего страшного или магического, вроде того зелья. На душе тепло, мягко. Слова не нужны. Вот их прервали и спросили, нужен ли еще заказ. Она на мгновение отвлеклась, дав ему возможность полюбоваться на свой прелестный профиль. Макинтош тогда едва сдержался, чтобы прямо здесь не поцеловать это премиленькое ушко…

Зачем он давил это?

Чего ради отказывался от самых искренних проявлений своих чувств?

Ведь все могло бы сложиться иначе.

Они могли бы успеть…

Хватит.

Поздравляю – ты только что успешно растравил едва зажившую рану. В несчастье видишь счастье свое, не так ли? Что ж, значит, тебе повезло – наверняка сейчас отвалят по полной.

А теперь заткнись и работай.