Автор рисунка: MurDareik
Собачка с дамой. Приобщение.

Суровые.

Вот только решишь устроить себе отпуск...

К его приходу, ситуация уже вроде наладилась.

Крови и криков нет. У входа в комнату спокойно стояли его охранники и Док.

— Пациент определенно чувствует себя лучше – после приветственного кивка, заметил единорог – мы не стали его лишний раз нервировать, решив подождать вас. Пойдем сейчас?

— Агась – чего медлить-то?

Дверь медленно открылась и двое представителей Понивилля вошли в палату к возбужденному пришельцу.

Разгром есть, но весьма умеренный – стойки с питательной жижей опрокинуты, столик лежит на боку, на полу осколки.

Постель лишилась белья — оно было намотано на сжавшемся в углу жеребце. Биг Мак вдруг почувствовал сочувствие к бедолаге: сам в первые дни после ранения хотел только того, чтобы окружающие перестали пялится на его лицо, а у этого парня полтела – один большой шрам. Так что он вполне мог понять его попытку закрыться от мира. Хотя осколок зеркала в зубах держать, пожалуй, не стал бы.

— Доброе утро – вежливо улыбнулся Док – счастлив видеть вас в столь бодром расположении духа.

Гость сжался еще больше и выставил вперед свой кусок стекла.

— Не волнуйтесь – вам ничто не угрожает – Стэйбл продемонстрировал пустые копыта и Макинтош повторил этот жест, не акцентируя внимания на ноже под гривой.

Тот вроде стал смотреть менее враждебно.

— Смею вас уверить – мы желаем вам только добра – голос врача стал прямо-таки медовым – не могли бы вы выплюнуть этот явно несъедобный и опасный для желудка предмет?

Молчание.

Пришелец переводил взгляд с одного понивилльца на другого. Глаза светились недоверием и каким-то диким огнем. Доктор повторил свой призыв и еще раз продемонстрировал отсутствие оружия. Наконец сжавшееся в углу тело расслабилось и уже довольно сильно окровавленное стекло упало на пол. А затем он начал говорить.

— Вы что-нибудь понимаете? – как можно незаметнее спросил Док у Биг Мака.

— Неа – громко ответил заместитель мэра. Кое-какие отдельные слова казались знакомыми, но не более того.

— Я тоже – более не скрываясь, произнес единорог и обратился к замолчавшему пациенту – простите, однако мы вас не понимаем.

Тот внимательно смотрел на его губы, тоже явно испытывая похожие проблемы. Кивнул. Произнес еще пару фраз.

— Не понимаю – коснулся уха, одновременно качая головой, Док.

Гость поморщился и легонько постучал себя по лбу. В ответ на недоуменные взгляды он еще раз скривился и начал водить копытами, стучать себя по лбу, показывать на единорога и производить странные звуки.

— Нет – моя магия ничем не может помочь – наконец догадался Стэйбл.

Как ни странно, но пришелец сразу прекратил театр, пробормотав что-то неблагозвучное.

— Вы нас понимаете? – удивленно спросил врач, на что получил пожатие плеч и неуверенный кивок.

Дело пошло быстрее.

Биг Мак не принимал участие в «разговоре», сосредоточив все свое внимание на языке тела и мимике незнакомца. Дерганые, резкие движения – вероятно из-за далеко не блестящего состояния здоровья. На это же можно было списать и по большей части негативные эмоции, отражавшиеся на незакрытой части лица. Хотя, конечно не иметь возможности что-либо сказать также наверняка не способствует хорошему настроению.

Доку удалось-таки уломать его вылезти из угла и Макинтош приметил, что Кьютимарка закрыта простыней. А также, что стоит он, мягко говоря, нетвердо – скорей всего, не будь так, то уже сбежал бы. Пришелец лег на постель и позволил себя осмотреть.

— Ну что ж, рад вас поздравить: вам уже значительно лучше – добрый тон сопроводился широкой улыбкой – только впредь не делайте так.

Ответный взгляд был далек от благодарного.

— Думаю, с ним проблем не будет – уже обращаясь к заместителю мэра, заявил врач – даже с учетом снижения темпов регенерации через несколько дней пациент уже сможет приносить пользу обществу. Однако я не думаю, что его стоит сейчас о чем-либо расспрашивать.

— Агась – кивнул Биг Мак и покинул палату, дав приказ обоим охранникам быть настороже.

Что ж, он и без допроса узнал не так уж мало об их таинственном госте.

Во-первых: иностранец. В свое время Макинтош видел довольно много не-эквестрийцев – Принцесса позвала соседей на помощь во время Войны Тварей. Хотя такого языка представитель семьи Эпплов вроде не слышал. Гавкающий и при этом какой-то…сипящий? Зыкающий? Зискающий?

Какая разница?

Вполне вероятно, что Макинтош встретился с сослуживцем – все-таки некоторые слова показались ему знакомыми и должен же был этот иноземец где-то научится понимать эквестрийский? Армия – как раз то место, в котором ты должен больше слушать, чем отвечать.

Во-вторых: парень боевой. Или не в себе. А может и то и то. Война терзает не только плоть и далеко не всем повезло оказаться после ранения в кругу друзей. Учитывая, что, по слухам, стало с северными странами после Безумного похода, душа этого парня может быть искромсана сильнее, чем у любого эквестрийца – ведь их родина так и не пала. А уж если после всего этого ты застрял в чужой стране, где никто не знает твоего языка…

Вдруг мелькнула мысль, что он как-то больно расположен к этому незнакомцу – воображение уже рисует благородного иноземца, помогавшего защищать Эквестрию и потом брошенного на произвол судьбы. Ведь это может быть обыкновенный бандит, который, убегая после очередного разбоя, напоролся на дискординку.

Нужно готовится к худшему.

Но в любом случае – выбрасывать его пока не за что, да и убирать охранников тоже не стоит.

Надеюсь, от него хотя бы будет польза.

Ладно. Хватит об этом. Понивилль вокруг этого пришельца не вертится.

-
После обеда мрачные мысли о таинственном незнакомце выветрились из головы и размышления вернулись к обычному своему руслу. Нельзя сказать, что оно было таким уж веселым.

Собачка никак не хотела покидать его помыслов. Хорошо если тварь просто пробегала мимо и в одиночку, а если нет? Вдруг в лесу появилось какое-нибудь новое гнездо? А они даже на обычную охоту за яйцами вполне могут опоздать.

Когда же Орден вернет солдат?

Пустое.

Не стоит беспокоится о том, с чем все равно ничего не можешь поделать.

Оружие в полном порядке. Планировать пока ничего не надо. Можно конечно пойти на стройку…

Макинтош вдруг почувствовал себя очень уставшим. Когда он в последний раз уходил в отпуск?

Счет перевалил за второй год.

Жеребец бросил это бессмысленное занятие. Все равно ответ один – самое время для нового!

Случайные прохожие могли наблюдать очень редкую картину: заместитель мэра по безопасности, один из самых уважаемых и ответственных пони в Понивилле ни с того ни с сего направлялся в яблоневые сады. Внимательный наблюдатель заметил бы также несвойственную этого могучему жеребцу летящую походку и загадочно-предвкушающее выражение лица.

-
Щелчок.

Раненый вздрогнул.

Затем раздался вздох облегчения.

— Все? – взволнованно поинтересовалась какая-то кобылка сзади.

— Агась – отозвался Биг Мак, поднимаясь с колен и демонстрируя собравшейся толпе все еще подергивающуюся голову твари.

Рана оказалась не такой страшной, как многие себе уже вообразили: просто ряд отчетливо видных кровавых ямок. Постовому несказанно повезло – он успел отмахнуться во время броска, попав точно между пластинами твари. Ее челюсти еще успели вцепится в его плоть, но вырвать кусок мощным рывком уже не удалось – тело валялось несколько в стороне. Голова так и осталась висеть на завопившем от боли и неожиданности раззяве.

Народ тут хоть и не самый опытный, но понимает, что просто так ничего не бывает и на все нужно умение. Однако вместо вполне логичного в данной ситуации Дока и ассистентов пони почему-то бросились искать Биг Макинтоша Эппла. И это в первый за неизвестно сколько лет выходной!

К счастью или к сожалению, но его нашла Бон-Бон. Прямо во время акта. Она ничем не показала своего удивления, а просто сообщила, что заместителя мэра все ищут, так как на третьем частоколе кому-то нужна помощь.

С этим надо что-то делать.

Однако в первую очередь – прямые обязанности. Раненого – в госпиталь. Посту – выговор за то, что подпустили тварь так близко. Конечно, трагедии удалось избежать, но что если бы она вообще проползла мимо них и добралась бы до жеребят? Да и взрослым такой гость вряд ли понравится.

Несмотря на весьма обличающий тон и суровые слова, Макинтош был даже рад, что случилось нечто подобное – это наконец заставит пони серьезней относится к своим обязанностям, причем без обычно предваряющих усиление безопасности жертв.

Проведя воспитательную работу, Биг Мак приказал прислать сюда одного бойца из госпиталя, а дохлую гусеницу отнести Берри Панш – может, выйдет чего полезного.

После этого пришло время для личных дел.

Бон-Бон отыскалась быстро – он еще утром узнал, где ее участок и теперь переминался с ноги на ногу, не зная как начать.

— Я так понимаю, что ты решил немного отдохнуть тогда – избавила его от раздумий спустившаяся кобылка – подобные вещи всегда случается именно в тот момент, когда пытаешься расслабиться.

— Ээээ…Агась – слегка неуверенно подтвердил Биг Мак, смотря в землю.

— Знаешь, мне даже стало немного завидно – она улыбнулась – это выражение райского наслаждения на твоем лице…

Он почувствовал, как краснеет, что впрочем, было очень малозаметно для окружающих.

— Уверена, что и дереву это тоже очень нравилось — как ни в чем ни бывало, продолжила Бон – как нежно и заодно с тем уверенно ты это делал – сразу виден опыт. Ты ведь занимался этим с юности, не так ли?

— Раньше – Макинтош на всякий случай отвернулся.

— Тем более – весело произнесла она, прикладывая к лицу влажное полотенце – та яблонька была очень тонкой – совсем молодой. Думаю, это был ее первый раз, а может даже еще и рановато. Повезло, что ей попался именно ты.

— То есть ты…не осуждаешь? – удивленно повернулся к ней заместитель мэра.

— А с чего мне это делать? Поверь – уж кто-кто, а я тебя понимаю – немного грустнее ответила кобылка – эта проклятая война отняла у нас многое из того, что мы любили и порой так хочется вернуть хотя бы мгновение из того счастливого времени.

— Агась – он задумчиво смотрел, как она съедает конфету – а ты не могла бы никому об этом не говорить?

— А что в этом такого? – подняла брови Бон – в конце концов, каждый имеет право расслабится и кому какое дело до способа?

— Я – главный по безопасности Понивилля – объяснил Макинтош – мне не положено.

— Ой – да ладно тебе – усмехнулась кобылка – впрочем, если так хочешь, то готова дать тебе Пин…

Неловкая пауза. Тяжело отвыкнуть от некоторых вещей.

-…обещание — закончила она, отвернувшись.

— Не нужно – верю – он положил копыто ей на плечо и мысленно плюнул на то, что это выглядит как подкуп – могу я напросится к тебе в гости?

Та удивленно посмотрела на него, однако через пару мгновений хитро улыбнулась и поинтересовалась:

— А почему бы тебе самому не пригласить меня?

— У кобылок обычно дома аккуратнее – ответил Биг Мак на ее улыбку – а угощения больше и оно лучше.

-
Макинтош вновь почувствовал, что краснеет.

Принцессы и Твайлйт наконец-то наказали его за подслушивание чужих разговоров.

Девчонки за забором жарко обсуждали его личную жизнь, а именно ту ее часть, где находился недавний визит к Бон-Бон. Ясное дело, что там не произошло ничего особенного – они просто очень мило поговорили о старых и новых днях, успешно обойдя непростые для них темы. Оказалось, что сладостей, на которые он втайне рассчитывал, у нее не так много – она раздавала большую часть еще в день приготовления. Однако ему, ей, как, в общем-то, и всем остальным, вполне понятно, что истинная цель визита была довольно слабо связана с конфетами.

Так уж устроен нынешний Понивилль.

Он и прежде был довольно маленьким и небогатым на развлечения городком, а теперь жители могут порадоваться только во время танцев или довольно-таки редких праздников. А другая сторона – всем все видно, в первом кольце, по крайней мере. Стоит кому-то чихнуть, как он услышит сразу штук пять пожеланий здоровья, даже если до этого ему казалось, будто вокруг никого нет. В итоге практически единственный способ получить немного приватности – это сходить в гости. И все сразу понимают, что наши пони просто так в гости не ходят. А уж если они разного пола…

Доказать кому-либо, что жеребец просто решил нанести визит вежливости старому другу теперь, скорее всего, не представляется возможным. Да и пытаться как-то не тянет. Тем более, что Биг Мак уже нацелился на новый поход в конце недели.

До этого еще надо дожить – попытался он спустить себя с небес на землю.

Не помогло. На сердце все еще было спокойно и радостно.

Видно придется поднапрячься, чтобы осуществлять уже ставшие традиционными суровые взгляды.

Впрочем, заместитель мэра быстро смог вспомнить о том, что легко может испортить ему настроение до нужного уровня – и отправился в госпиталь.

— Все в порядке – разочаровал его Док – новый пациент чувствует себя нормально и его ранения не представляют ровным счетом никакой опасности. Завтра вернется в строй.

— Агась – кивнул Макинтош – а старый?

— Нуууу, довольно сложно назвать его таковым – протянул единорог с немного смущённым видом – судя по всему, ему лет двадцать-двадцать пять…

Красный жеребец вскинул брови – столько шрамов за такую короткую жизнь?

-…хотя с памятью у него проблемы уже сейчас – это было произнесено как неловкая шутка.

— Агась?

— Пойдемте – он повел его к палате. Охранник скучал, оставшись один, однако был достаточно благовоспитан, чтобы не надоедать окружающим. Он явно обрадовался начальнику и наверняка замыслил попросить у него на обратном пути перевода на другой пост.

Гость жадно ел, причем, судя по горе тарелок рядом, это была далеко не первая порция. Биг Мак принюхался и удовлетворенно кивнул: кормили этого проглота далеко не деликатесами, а то мало ли – может от него и пользы-то никакой не будет.

— Рад видеть, что у вас столь здоровый аппетит – поприветствовал его Док, входя в комнату первым – я хотел бы представить вам нашего заместителя мэра по безопасности — Биг Макинтоша Эппла.

Иноземец оторвался от пищи и непонимающе глянул на них. Стэйбл повторил ту же фразу, но в более простых выражениях. Снова никакого успеха. Видно какое-то культурное расхождение. Пора брать ситуацию в свои копыта.

— Я – показал на себя – Биг Макинтош. Один из главных.

Кивок.

Молчание.

— А как тебя зовут? – указал на него.

Реакция была неожиданной – пришельца перекосило и он опять произнес что-то с сильной эмоциональной окраской.

— В том-то и проблема – обратил на себя внимание единорог – насколько я понял, он либо не хочет говорить свое имя, либо не помнит его.

— Агась – он показал глазами, что ждет продолжения.

— Поскольку извлечение утаенной информации не является моей задачей, то я взял за основу предположение об амнезии – правильно понял Док – тем более, что в ее пользу говорит поведение во время попытки представиться. Со стыдом вынужден признать, что в тот момент я повел себя несколько бестактно…

Их прервал гавкающий звук со стороны гостя. Тот показал на еду, на себя, а потом на них и сделал характерный жест копытом.

— Нам лучше выйти – кивнул врач.

Подобная наглость определенно не понравилась Биг Маку.

Впрочем, вся ситуация стала казаться ему еще более неприятной.

Во-первых: парень скорей всего не участвовал в войне – в войсках жеребят не было. То есть если он и получил свои раны в бою с тварями, то уже во время Безумного похода. Но где тогда смог так странно научится эквестрийскому?

Во-вторых: амнезия или крайняя несговорчивость. И то и то весьма скверно и вряд ли будет способствовать благу города.

Но была и хорошая новость – Макинтош все-таки получил то, зачем пришел: весь остаток дня суровость взгляда была на должной высоте.