Изменённые

Изменённые. Существа настолько ненавидящие свою изначальную суть, что их тела перестают отвергать чужеродную плоть и металл. Главный герой, Виктор, заперт в собственной квартире, без возможности сделать что-либо, кроме как ждать. Но мир вокруг него движется, а его убежище словно дрейфует в океане тьмы и неизвестности.

Легенда ушедших лет

Эквестрия, процветающая страна. Во дворе Эпоха Гармонии, но каким путем удалось ее добиться? Много столетий назад родилась легенда о герое, спасшем не только Эквестрию от бед, но и прекратившем раз и навсегда Эпоху Раздора.

Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони Доктор Хувз

My Little Warhammer

Уже более полторы сотни лет идёт Великий крестовый поход. Родная галактика покрыта мраком Хаоса. Руины былых цивилизаций, размеры которых включали сотни тысяч звёзд, тихо покоятся на полумёртвых планетах. Множество некогда сильных рас сейчас медленно угасают, давая возможность сиять новой великой Эквестрии. Идёт полномасштабное покорение галактики, но так ли это важно медленно умирающим звёздам?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Другие пони Шайнинг Армор Стража Дворца

Легко, как солгать

Наша жизнь — приключение В снежную ночь, В пути в чёрном небе Кто бы мог нам помочь… Старые истории повествуют о Маске Лжи, что захватывает своего владельца, вместе с ним отравляя всё вокруг. Худшая ложь — та, в которой мы пытаемся убедить самого себя.

Рэрити

Искра на ветру

Столетие спустя, с тяжелым сердцем Принцесса Магии Твайлайт Спаркл возвращается в Понивиль, встречает старого друга и замыкает давно начатый круг.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Дискорд

Бессильные мира сего

Действие развернется спустя двадцать лет после конца 4-ого сезона. Эквестрия обрастает технологиями - наступает золотой век. И он. Фезерфолл. Упадок. Бессмысленность. Эти три слова стали истинными синонимами в его собственном воспаленном мозгу. А над Кантерлотом идет черный дождь. Но ради чего? Или кого?

Разделенная любовь

Мини-пьеса в стихах

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Записки пирата

Работа вдохновлена стилем рассказа "На борту "Утренней звезды". Короткие очерки, сделанные пони, когда-то бывшего пиратом.

Другие пони ОС - пони

Единорог... и "Альбатрос"

ОбложкаЖеребенок Амита отправляется в Вечнодикий лес на поиски приключений и попадает в мир людей.

Будущая королева

"День этот станет идеальным, мечтала с детства я о нём и так ждала..." Небольшой рассказ о Кризалис. События происходят лет за десять-пятнадцать до знаменитой свадьбы в Кантерлоте.

Кризалис

S03E05
Эпизод третий: Зловещий знак - для нее! Эпизод пятый: Shit's about to go down

Эпизод четвертый: Ванхувер, синий самоцвет в серебряной оправе моря

***Еще неделю спустя***

— ...на пути в Эпплузу, визит Ее Высочества куда был запланирован неделей ранее, для встречи с уполномоченным представителем южного филиала Министерства Аграрной промышленности Брейберном, с целью укрепления...

Эпплджек щелкнула переключателем частоты.

 — ...по-прежнему диджей PON-3, а сейчас – 30 минут одной потрясной музыки! Хорошего дня, ребята!

Салон «Гунтера», с легкой руки Дока перешедшего уже в личное распоряжение кобылки в шляпе и сейчас мчащегося по ванхуверской магистрали, затопили звуки музыки, напоминающие издаваемые свиньей, которую посадили в мешок и колотят им о стену. Вдалеке блестели стеклом высотки самого Ванхувера, подмигивая отражающимся от них светом холодного северного солнца. Все это заставило пони вспомнить о понятом ею на мгновение смысле жизни, и она, как ей, по крайней мере, показалось, почти вспомнила, как вдруг расслышала сквозь вой колонок вызов по ПипБаку и вырубила магнитолку.

 — Йоу, кибер-сестренка! – кобыла вздрогнула, узнав голос Паунда.

 — Малыш! Рада слышать тя снова. Как ты?

 — Лучше не бывает! Не больно, не голодно... и никогда еще не был таким бодрым, у-уйе-а!

 — Эт потомушо уровень сахара в крови у тя терь регулируется автоматически... выглядишь небось, будто чифирнул.

 — О! Я слышал, ты собираешься надрать задницы плохим кольтам на их базе! Почему меня не взяла?!

 — (в сторону): Епта, Док… (Паунду): Сорян, пацан, ты бы только мешал.

 — Ааооо.

 — К тому ж, я думала, ты не хочешь быть убивашкой, мм?

 — Не хочу, но…

 — Мочилово – эт не игра и не весело. Помни эт.

Паунд помолчал, тушкуясь.

 — Лады, — он отключился.

ЭйДжей продолжила ехать в тишине. «Это все, чо я хтела услышать»... «Сейчас!»... «Оно рвется выкупаться в крови твоих врагов... но ты его сдерживаешь!»...

 — Да, — пробормотала кобыла своим мыслям, — прост помни эт.

Она меланхолично посмотрела в окно, где одна за другой проезжали идущие на обгон повозки, крытые телеги, кареты. Жеребчик, сидящий в одной из них, выстрелил в стекло ее «Гунтера».

Она успела откинуть голову и немедленно подрезала его транспорт. Ее гравитачка была куда мощнее, и телега на живой тяге быстро задрифтовала, переворачиваясь и немилосердно стукая об асфальт жестко прикрепленными к ней тягловыми конями. Только сейчас киберпони поняла, что это были бойцы ванхуверского подразделения Гвардии Эквестрии, и что за ней гнались еще с пяток таких, равняясь и открывая перекрестный огонь. ЭйДжей вдавила педаль до упора, вырываясь вперед – задняя часть кузова была более бронированной.

 — Джекки! Что за фак?! – заговорил ПипБак голосом Лехалекса, — Ты уволилась?! Ты не можешь вот так...

 — Сорян, Лех, я уже. Мы ведь не могли допустить, шоб сотрудник нашей фирмы устроил разбой, зато терь можно.

 — Ты могла хотя б обговорить это с нами!

 — Н-ноуп, — ЭйДжей заложила крутой вираж, проскакивая меж двух фур, — пора было кончать со старой командой. Дела минувших времен.

 — Ты не можешь атаковать «ТвайПай» своими лишь силами!

 — Я не буду курить в сторонке, пока они шинкуют детей и оживляют яблоки. Это бред.

 — Все не так просто, Джеккс. Они импортировали эти яблоки легально, во имя науки, это все...

 — ...легально – не значит «правильно».

 — Джеккс, я...

Пони уже была в черте города, и впереди показалось массивное заграждение из повозок и переносных баррикад. А Ванхувер, в отличие от Филлидельфии, не пестрил постоянными возможностями маневров и поворотов – да и они наверняка предусмотрели все.

 — Дома поговорим, — она вырубила связь и дрифтанула, разнося ларек с яблоками. Позади, кажется, столкнулась пара повозок, — надеюсь, никто не пострадал.

 — Гребаная сучка! – донеслось издалека.

 — Рада, что ты в состоянии это сказать... — пробормотала кобыла.

Очередной лихой поворот открыл ей дорогу, загражденную длинной фурой. Хуже того, перед ней стояли жеребчики в масках. С гранатометами.

На глазу кобылы защелкнулся прозрачный визор. Сзади завозилась Вайнона. Нарушительница дала по газам.

 — Огонь!

«Гунтер» особо не пострадал от взрыва под колесами, зато, подброшенный, по инерции перелетел баррикаду и грохнулся на крышу, скользя по асфальту. Его уже окружали бронеповозки с мигалками, из которых вылезали все те же спецназовцы, беря перевернутый транспорт в кольцо и лязгая передергиваемыми затворами. Через несколько секунд тишины дверь изнутри выбило стальное копыто.

Кольтов в форме привело в замешательство вылезшее на свет белое бесформенное нечто. Затем Эпплджек с рыком взмахнула треногой, и тряпье, бывшее подушками безопасности, наконец, попадало с нее. Они пока не получили должного распространения в Эквестрии, потому как до недавних событий жить в ней было все еще абсолютно безопасно.

Киберпони как ни в чем не бывало осмотрелась. На устремленное в небо дно поверженного «Гунтера» выпрыгнула Вайнона.

 — Я на разведку, — бросила псина и широким прыжком перенеслась на крышу соседнего магазина, а оттуда, оттолкнувшись от стены высотки, скрылась окончательно.

 — Военный киборг! Вы не зарегистрированы для проведения операций в этом районе! – прикрикнул шеф вооруженных молодцев. – К тому же, вы только что совершили федеральное преступление.

ЭйДжей печально взглянула на покореженный транспорт и развела копытами.

 — Тогда вам, наверн, лучше меня арестовать.

Один за другим жеребчики расхохотались. Шеф убрал пушку и достал предмет фаллической формы.

 — Статья 34-42-63, «Угроза в адрес стражи», — ухмыльнулся он. — Применение силы разрешено.

Длинные предметы, посверкивая разрядами, появились и в копытах остальных бравых гвардейцев, взамен убранным за спину пушкам.

 — Уж не знаю, что у вас на уме, парни, — Эпплджек улыбнулась уголком рта, доставая треногу, — но я кобылка традиционного воспитания.

***Дюжиной поколоченных (ага, не нашинкованных!) гвардейцев спустя***

— Джекки! Чо там у тебя?

 — Они расхреначили мою тачку. Дальше на своих четырех.

 — ...Ты правда должна делать это?

 — Слы, я сыта всем этим. Фирмы вроде нашей... эм, вашей, обходят законы, когда это выгодно. И я не могу нарушить их, когда от этого зависят жизни?

 — Джекки...

 — Лех, послушай. Эти виртуальные тренинги... они делают их машинами для убийства. Даже яблоки смогут убивать. Пойдут одно зверство за другим.

 — Гм. Как то, через которое прошла ты... — было слышно, что Алекс смешался.

 — Мы больше не позволим появиться ни одному... "Элементу Гармонии". Ты видел, что случилось с Паундом. Я делаю это, Леха. Я должна. Я не могу спасти этих жеребят от превращения в киберпони, но могу спасти от превращения в убийц.

 — Допустим, ты преуспеешь. «Конфискуешь» все живые яблоки и подопытных. Что дальше?

 — Так уж вышло, что я знаю одного замечательного хирурга.

 — Док, да. Но он не может...

 — Ты не изменишь моих планов, Алекс. Это моя битва.

 — А твой жеребец и дочь? Что насчет них?

 — Они в Троттингеме. В безопасности. Лимбер поймет, почему я должна сделать это.

 — Окей, — Алекс глубоко вздохнул, — пес тя дери. Ты в курсе, что у «ТвайПай» контракт со всеми вооруженными силами в городе? «ТвайПай» и есть закон Ванхувера.

 — Да, мы повеселились.

 — Окей, тогда... кхм. Официально «ЧСЗ Агропром» признает тебя и твои действия незаконными... и занозой в заднице. Теперь увеличь шифровку своего канала. За лаги не переживай.

 — А неофициально?

 — Сделаю все, что смогу по связи, чтобы помочь. Мне нравится то, чем занимаются те мудаки, не больше, чем тебе.

 — Thankee, fella, thankee.

 — Итак, учитывая твои новые игрушки, особых трудностей на пути возникнуть не должно. Единственной проблемой может стать, кхм, Рэйнбоу «Мустанг» Дэш. Если она здесь.

 — Теперь мой «близкий враг» не будет проблемой, — поморщилась ЭйДжей.

 — Как знаешь, но будь осторожна. Да, кстати: после того, как приютили, успокоили и откормили спасенную малышню, поговорили с этой гиппогрифочкой. Оказалось, она – плод любви какого-то грифона и известной тебе Слип Слайс. А саму ее звать Блейзи Слайс.

 — Чего-о-а?.. Но...

 — Не будем проводить разницу по расовым принадлежностям, Джеккс. Важно то, что мать, по ее словам, стала работать на «ТвайПай» из-за шантажа ее похищенной дочерью.

 — Навоз.

 — Короче, на данный момент это не имеет практического значения – лишь очередное свидетельство размаха деятельности фирмы твоих дорогих подруг. Работай.

Она отключилась и принялась пробираться по городу самыми незаметными проулками.


— Мэм, мы сегодня... мать моя кобыла, охрана!

 — Воу, воу, сахарок... — Эпплджек молнией пронеслась мимо перепуганного администратора делового центра, вылезающего из-за своей стойки в вестибюле, — я тут мимоходом, через окно у вас выйду.

Выключались здесь лифты с активацией сигнализации или нет, но заскочить в него и закрыться она успела. Правда, вверх он по нажатии кнопки так и не поехал.

 — Зеф, прием!

 — Да, Джек? – в голосе слышалось раздражение. – Что-то срочное?

 — Эм, да, я тут в лифте застряла и его нужно взломать, и, эм, за мной парни с пушками гонются, так что я подумала, тыжпрограммист, может, ты мог бы...

 — Окей, да, погоди, — на том конце слышалась возня, что-то упало, донеслись неразборчиво слова в вопросительном тоне какой-то кобылы, — все тебе будет. Нет, Драппи, это по работе, успокойся (неразборчиво)... ну извини... послушай, мы могли бы... тьфу, Эйджей! До связи, я вычислю адрес твое...

Покрасневшая киберпони отключилась сама. Однако шум и крики по ту сторону лифтовой двери нарастали, вместе с вящим беспокойством рыжей кобылы. В конце концов, когда там раздалось: «Взламывайте лифт, живее!», она, достав треногу, вырезала отверстие в потолке, подальше от центра, и вылезла в шахту, прикрыв дыру получившейся «крышкой». Лифт и, соответственно, его шахта были, как назло, очень просторными, поэтому вариант с упором в две стены не... стойте, точно!

Усилив подачу энергии в ноги, кобыла понеслась вверх по стене. Через пару секунд пришел в движение и трос, но она уже приближалась к крыше и вот, наконец, вынесла последнюю раздвижную дверь. В коридоре остановились, как вкопанные, несколько до того спешивших куда-то пони при галстуках и прочих атрибутах хороших сотрудников. Среди них даже была кобылка в очках и с аккуратными косичками. «Серьезно», подумала ЭйДжей, «не помню, когда в последний раз вживую видела кобылу».

Да и та в следующую секунду завизжала и понеслась прочь по коридору, ее примеру последовали и представители сильного пола офисного планктона. Возмутительница общественного покоя только покачала головой, но внимание отвлекла охрана, несущаяся по коридору уже в ее направлении, что поторопило объект их охоты переместиться в, собственно, офисный зал и свалить через окно на крышу. Там оказалось немного спокойнее. В первую секунду, опять же.

Засевшая тут группа наблюдения, не лишенная снайпера, открыла по ней огонь сразу, как только пони воспротивилась их стандартному приказу «копыта за спину, лечь на живот». Пони вообще могут занести копыта за спину? Вентиляционные надстройки помогли свалить на соседнюю крышу с целым крупом.


Эпплджек перепрыгивала уже на седьмую крышу, уже давно не будучи невредимой, как ожил ПипБак, заскрежетав металлическим голосом.

 — Это Вай. Рядом с тобой есть особо высокий дом, на его крыше – лифт в подземные ходы. Через них сможем пройти к штаб-квартире «ТвайПай», шевелись.

 — И когда собаки успели поравняться с нами по интеллекту? Впрочем, собака ли она еще? – вела монолог ЭйДжей, летя через бездну между небоскребами. Врезавшись в стену ощетинившимися пальцами копытами, она дала энергетический всплеск для разгона и понеслась вверх, слыша, как пули выбивают стекла совсем рядом. Понимание, что через миг прицел будет скорректирован и весь свинец полетит в нее, она не пропустила следующее панорамное окно, вкатившись со звоном стекла в очередной офис и разбрасывая мебель да подворачивающихся на пути неловких бумагомарателей. Огонь предусмотрительно прекратился.

Немного паникующего планктона, пара вырубленных охранников, лестница – и снова крыша.


— Так, Вай, я начинаю уверяться, что это была плохая идея. Где твоя ИИ-шная рациональность?

 — С точки зрения длины маршрута и вероятности встретить максимально возможное количество противников данный маршрут является наиболее рациональным.

 — Ладно, окей, ты мне тут комбинаторикой башку не… твою ж! – Эпплджек сделала резкий прыжок в сторону, уходя от очередного гориллообразного робота, которыми, как оказалось, полнилась заброшенная ветка метро, коей и предложила воспользоваться Вайнона во имя рациональности.

На самом деле это были те же собаки с глазами вместо ноздрей и хвосторуками, но, являясь машинными узлами, те их части, которые у реального такого существа были бы тонкими, вроде собачьих голеней, напоминали скорее бочки, хоть и не делали и без того крупных тварей непропорциональными. Сражаться с более чем одним из таких в темноте, пользуясь ночным видением и имея в распоряжении всего один глаз, было более чем отвратительным занятием, но помогала, по крайней мере, невероятно быстрая киберпсина, прыгая врагам в зрительные сенсоры и ослепляя их. Лечебные зелья, автоматически вводимые механической частью Эпплджек, постепенно залечивали пулевые ранения в ее синтетических мышцах. Наконец, впереди сквозь зарешеченный дверной проем забрезжил свет. Оставив позади недобитых ублюдков, ЭйДжей понеслась вперед и вышибла преграду. Пришлось проморгаться, чтобы рассмотреть не меньше пары дюжин ментов, взявших ее на мушки.

 — Надеюсь, хоть сейчас ты, зараза, одумаешься, — заговорил кто-то из них, — Будь ты жеребцом или перебей ты отряд Рейси, мы б тя не задумываясь грохнули. Но, хоть Эквестрия и становится кучей дерьма, чтоб меня Дискорд отымел, если я застрелю на месте натворившую бедлам кобылу, пусть и бедлам в таких масштабах. А теперь – марш в бабон!

ЭйДжей, принявшая какой-то отреченный вид, бросила взгляд на пригласительно распахнутые двери фургона для перевозки задержанных, куда ей махнул офицер.

 — Ну же, детка, почему ты так не хочешь работать по-хорошему? Меж прочим, Рейси совсем не собирался бить тя, это они так, попугать любят. Скрутили бы и все дела. А мы и того не делаем.

Все кольты смотрели на нее так умоляюще, что киберпони даже расчувствовалась. Но виду не подала.

 — Вай…

Из черноты подземки тут же пулей вылетела псина, врезавшись говорившему офицеру в дыхалку. Не успели его коллеги до конца охренеть, переключая все внимание на нежданную угрозу, которая уже успела проскользнуть между множества ног и удрать, как Эпплджек, удовлетворенно хмыкнув, сиганула через толпу в другом направлении и за полторы секунды умчалась в проулок.

На несколько секунд повисла тишина, нарушаемая лишь попытками повалившегося в позе эмбриона офицера вдохнуть и воющей где-то вдалеке сиреной.

 — Парни, если гвардия в наше время настолько бесполезна – я увольняюсь.


Эпплджек наконец достигла финишной прямой. Аллея между многочисленными магазинчиками, судя по карте, должна была привести ее к небольшой дворовой площади с фонтаном, за которой через дом была двухполосная дорога перед центром «шторма из дерьма» — штабом «ТвайПай». И уверенная рысь киберпони так и не прервалась бы до самой цели, если бы не многочисленные рекламные бигборды, большие и не очень, реклама на каждом из которых вдруг сменилась одинаковым изображением…

Рэйнбоу «Мустанг» Дэш.

 — Серьезно, девочка с фермы, не слишком ли это? – иронично улыбнулась голограмма недопегаски, — Любая сознательная гражданка Эквестрии остановилась бы после Балтимейра.

Киберпони и вправду остановилась, глядя исподлобья на радужногривую.

 — Слышала, ты из одного директора лаборатории двоих сделала. Старые привычки не умирают, а, Джекки? – она ухмыльнулась. – И вот ты здесь, борешься за жеребят. Из тебя бы вышел хороший генерал их яблочноголовой армии. Пха-ха-ха-ха-ха-ха, но внатуре, чего ты рассчитываешь добиться тут?

Эпплджек медленно брела дальше, и на каждом появляющемся из-за поворота бигборде появлялась голубая засранка.

 — Убежишь в закат с кучкой глазастых фруктов, а потом? Получишь медаль? Подумай об этом, ЭйДжей. Неважно, сколько балтимейрских детей мы превратим в радугу. Эквестрия шагает вперед. Всем насрать. И «Кантерлотской правде», и... и среднестатистической миссис Клауд. Слишком заняты беспокойством о дружбе... магии... сексе... монстрах... Вандерболтах... погоде... можно не продолжать?

Киберпони вышла на площадь с фонтаном, на вершине которого четырехметровая 3D-голограмма бутылки «Сансет Сарсапариллы» сменилась ненамного меньшей стоящей на дыбах Дэш.

 — Но ты ведь пони на службе, да? Собираешься все исправить, ты и твой маленький ме... извини, забыла, что у тебя аллергия на нормальное оружие. Все решается насилием, не так ли?

Эпплджек вытащила упомянутый инструмент из-за спины и, развернув, указала им на голо-Дэш.

 — Моя тренога – средство достижения цели: защищать тех, на кого вы охотитесь.

 — Да ла-адна? Позволь спросить: все те ребята, которых ты замочила... может, они не были жеребятами, но они были пони. Пони, ЭйДжей, если ты забыла значение этого слова. Не как мы с тобой. Думала о них, когда крошила на сенбургер?

Рыжая потупила взгляд.

 — Они взрослые. Они... сделали свой выбор.

 — Конечно, они взрослые. Конечно, они подписались на это, — Дэш вдруг пропала и появилась на стене дома, уже в плоском виде, но еще большая по размеру, и принялась прогуливаться по нему, как когда-то Дискорд по витражу в замке.

 — Прямо над полоской в их контракте с фирмой. Обычно они непричастны к разжиганию конфликтов. Многие из них, по сути, уже не раз теряли конечности. Много раз они были без работы и голодали на улицах. Так что да, они подписались быть оружием в руках сильных и сражаться Селестия-знает-за-что. Как еще ты прокормишь свою семью, когда твою страну раздирают политические распри? С активированными подавителями боли, с введенной сывороткой бесстрашия, отосланы прямо в блендер. Твой блендер. Но они ведь сделали свой выбор, правда? – Дэш наклонилась к камере, от чего ее мордаха с выражением участия, сменившегося холодом, заняла целый дом.

 — Открой глаза и видь, ЭйДжей.

 — Я видела достаточно.

 — Тогда слушай. Эти эмоции в бою, которые подавляет техника... прислушайся к ним.

 — О чем ты...

 — Ш-ш-ш-ш! – Дэш вновь прильнула ближе и поднесла копыто к уху, вертя мордой, как бы пытаясь поймать тихий звук. Затем убрала копыто и удовлетворенно усмехнулась.

Эпплджек резко обернулась на топот. Сзади остановили галоп двое гвардейцев.

 — Это она!

 — Кончим ее наконец!

Они медленно подходили.

 — Мы управимся?

 — В чем проблема?

 — То, что она сделала с ребятами в Балтимейре... Селестия... не дай мне умереть!

 — Не сцы. Погнали! – и двое рванулись к ней, замахиваясь электродубинками.

ЭйДжей парировала пару ударов, блокировала еще один, но гвардеец продолжал давить.

 — Это несправедливо! У меня семья! – ныл другой, вяло помогая товарищу и не спуская с нее глаз.

 — Умри! – первый попытался вмазать ЭйДжей, но она отбила удар и оттолкнула пришедшего на помощь второго. — Я видел смерть жены и сына. Эти воспоминания – все, что у меня осталось.

Они вновь сделали синхронный рывок, и киберпони заблокировала оба. Искры летели во все стороны, пока она держала давление жеребцовых ног.

 — Сраная мина оторвала мне ноги! А их бесплатно ставят только военным!

 — Заткнитесь! – крикнула кобыла, отталкивая обоих, но один тут же вмазал снова, и ей пришлось держать блок.

Второй воспользовался ее замешательством, и удар в живот заставил ее согнуться. Еще один прилетел по челюсти.

Картинно прокрутившись в воздухе, пони покатилась по брусчатке. Увы, скелет ее давно был металлизирован, поэтому кроме легкого головокружения атака ничего не принесла.

 — Я почти накопил денег, чтоб отправить маму в спокойный Хуффингтон. Эквестрия катится в навозную яму, — потирая челюсть и потряхивая головой, ЭйДжей вновь поднялась. — И эта наглая сука все испортит? Ну же, закончим с ней!

 — Ты прав. Что угодно, но не этот кошмар. Вперед!

 — Хватит!!! – завопила Эпплджек на несущихся гвардейцев.

Она сделала подкат и, скользя на металлическом боку, снесла треногой одному пару конечностей с частью торса, затем, вскакивая, оперлась и перепрыгнула через его спину, параллельно стукая покалеченному по башке и, отбив стальной ногой атаку второго, пробила его торс своим орудием. Затем, наблюдая агонию на морде жеребца, позволила треноге раскрыться, разделяя того на части.

Сзади через шум в ушах доносились стоны первого. Ну какого хрена не вышло сразу двоих?

 — А-а-а, твою ма-ать… Селестия, убей ме... — мольба была исполнена тотчас же упавшим на его череп металлическим копытом.

Киберпони упала на бок, тяжело дыша.

 — Эпплджек? Ты ранена? – участливо спросила как всегда безэмоциональным голосом подошедшая Вайнона.

 — Я думала... у них был выбор... — прохрипела кобыла, — справедливый выбор. Не как у тебя.

 — Пони другие.

 — По сравнению с ИИ? Вы ж все одинаковые, а? Ты и твои братья. Управляете пони ради их же блага, — она медленно поднялась.

 — Похоже, мое утверждение расстроило тебя. Приношу извинения.

 — Не... прост... я знаю, шо ты права.

 — Как искусственный интеллект, мы адаптируемся в процессе обучения. Так же как любой разум, органический или искусственный. Изменение жизни пони не входит в мои директивы.

 — Какое облегчение, — из-за убитого голоса ЭйДжей сарказм в нем распознать было затруднительно.

 — Приступаю к разведке. Осмотрюсь впереди. За мной.

Киберпсина ускакала через арку сквозь дом. ЭйДжей медленно поплелась следом. Небеса разверзлись, и грянул ливень.


Через улицу возвышалась громада небоскреба «ТвайПай». На площади перед входом было не пусто, и экипированные под завязку охранники фирмы угрожающе приближались. Иногда даже предпринимали попытки ударить высокочастотными мачете, и кобыла в низко надвинутой шляпе вяло отмахивалась, не позволяя им совсем уж наглеть.

 — Все-таки пони не делятся только на плохих и хороших, да? – крикнула Дэш, выходя из главных дверей. – Это внатуре повод припереться сюда, или ты просто занимаешься самовнушением? Да ну тебя!

Видя, что шишка из фирмы болтает с нарушителем, охранники вежливо прекратили свои нелепые потуги обезвредить ее, но все же стояли на изготовку. Эпплджек даже не смотрела в сторону бывшей подруги, бредя к небоскребу. Однако внимание ее привлек голос с террасы шестью этажами выше.

 — Ты так целеустремленна в своей борьбе, мадам Честность.

Убирая липнущую на глаз прядь мокрой гривы, она задрала голову, увидав сидящую, свесив ножки, на выступе...

Рэрити.

Она узнала ее даже с расстояния в семь этажей, в ливень под затянутыми тучами небесами, даже закованную с копыт до головы в изящную броню, черную с лиловыми швами и белыми штифтами, сегменты которой оставляли открытой лишь мордашку. Узнала по голосу. Знаменитых гривы и хвоста не было, лишь короткий фиолетовый гребень торчал из щели в железе на макушке.

 — Никто меня не называет так больше, — равнодушно бросила Эпплджек, потому что встреча с очередной старой подругой была ей, в общем-то, до одного известного места. Не то время, не то место, не то настроение для встреч.

Единорожка ухмыльнулась. Встав, она воздела копыта к небесам и сиганула вниз. В полете ее тело разделилось по всем швам на куски (каждая конечность, к примеру, на пять, тело на три, и лишь голова была целой), удерживаемые рядом сиянием ее белесой телекинетической ауры, так что она как бы удлинилась, летя с седьмого этажа. Плитка треснула, когда копыта, будто парящие консервные банки, врезались в площадь. Потряся для эффекта парящими друг подле друга частями, она вновь собралась целиком.

Вот это уже заставило Эпплджек приоткрыть рот. Правда, глаза ее остались неизменно полуприкрытыми в отрешении, поэтому выглядела она немножко глупо. Даже Дэш, с приподнятой бровью созерцавшая артистизм знакомой, промычала что-то, сложив ноги на груди. Рэрити лишь надменно хмыкнула, недовольная произведенным эффектом, и оглянулась на бывшую пегаску. Та только вздохнула и развела копытами.

 — Какими ветрами, Зефирка? – бросила ЭйДжей.

 — Какая фамильярность, — притворно возмутилась Рэрити, начиная медленно обходить вокруг киберпони, покачивая бедрами, — меня тоже так никто больше не зовет. Прошу, Рэр ле мон Сун, дорогая.

 — Лимон-что?

 — Ах, — королева драмы махнула копытом, — ты совсем расклеилась, подруга. Где твоя кобылистость? Следишь ли ты за собой? Право, кто так жутко латал тебя? – ЭйДжей позволила ей подойти сзади и провести копытом по своему железному боку. Копыто, правда, было тут же брезгливо отдернуто.

 — Времена такие, — огрызнулась кобыла в шляпе, не поворачивая головы. – У меня тоже есть вопрос, мадам Лимон.

 — Ле мон Сун, пожалуйста.

 — Плевать. Что с твоей гривой?

 — А? Ах-ха-ха-ха-ха, — звонкий смех из-за спины заставил веко Эйджей дернуться, — да ее просто нет, дорогая.

 — Да ты что.

 — Просто в какой-то момент сменила имидж, — обойдя, наконец, вокруг сидящей с понуренной головой Джекки, Рэр, все расхаживая на задних, завела ногу за ногу, заложила одно копыто за спину и принялась рассматривать второе, будто даже на стальных накопытниках делала хуфикюр. – Мода в прошлом. В конце-концов, кьютимарка – не совсем клеймо, верно? Как оказалось, моя означает нечто куда более растяжимое, нежели одну лишь филигранную работу. Изысканность, — она вытянула рассматриваемую ногу в сторону, и образовавшиеся между ее частями промежутки удлинили ее до двух метров.

 — Да что с вами такое, — пробормотала ЭйДжей, — конечно, перемены иногда к лучшему, но... елки...

 — Что не так, дорогая? – единорожка участливо подбежала, собрав ногу обратно, и аккуратно приподняла копытом подбородок киберпони. – Что тебя гложет? Право же, не стоит держать в себе. Раздели с подругами, будь Щедрой!

 — Древесный волк тебе подруга, — отпихнув копыто, Эпплджек встала на задние, продолжая бурить взглядом пол. – Что же с нами стало... мы вроде все те же, но... будто угасла какая-то искорка, внутри каждой из нас.

 — Ну, последние войны заметно пошатнули нас всех, — Рэрити, будто и не обидевшись, говорила все с тем же искренним участием, — однако мы бы не были собой, если... в конце концов, ЭйДжей, ты тоже нашла себя и в другом. Ты провела двадцать лет, возясь в яблочном саду, но, как видишь, твой талант нашел применение и в отрасли земельного права. Прогресс, однако. Я не права?

 — Нет, не права, Рэри, — пони, наконец, подняла на подругу взгляд мрачной решимости, — Эквестрия, да все мы изменились в последние годы. Не знаю, почему. Не знаю, верна ли та байка о том, что те, кому суждено было воплотить Гармонию, почему-то не собрались вместе. Но что-то потеряли мы все. И это что-то – глубже, важнее гривы, или крыльев, или ног.

Несколько секунд единорожка смотрела на нее растерянно, в то время как Дэш тихо посмеялась, отвернувшись. Но быстро нашлась.

 — Но мы по-прежнему носители своих лучших черт, дорогая. Своих добродетелей. Знаешь, почему я разделена на части? Знаешь? – ее копыто вновь отделилось от ноги, — Потому что готова в любой момент отдать что-то тому, кто в этом нуждается. Даже часть себя. Возьми.

Она подняла телекинезом одно копыто Джеккс и вложила в него свое. Та поморщилась в отвращении, но все же удержалась от того, чтоб швырнуть кусок стали в лицо бывшей подруги. Та улыбнулась с беспокойством.

 — И не клевещи на себя, говоря, что ты не Честность более. Уверена: ложь, сорвавшаяся с твоего языка в день, когда вернулся Дискорд, была первой и последней. Да и не ты тогда говорила. Лишь твоя темная часть, вылезшая наружу.

 — Темная часть... — эхом повторила Эпплджек, — вот оно что.

 — Дорогуша?

 — Теперь я вижу, что говорит за тебя, Рэр, — выронив стальное копыто, поплывшее назад к обладательнице, она медленно опустила взгляд, но подняла треногу, указывая им на единорожку, приоткрывшую рот с тихим ахом от такого, — Вижу, почему не видишь ты. Настоящая Рэр не смогла бы терпеть того, что происходит. Явно затевающегося бунта против Принцессы. Похищений и опытов над жеребятами. Убийств на почве дележки битов между двумя фирмами или какого-то бреда вроде «страна слишком гармонична». Эквестрии, где по улице небезопасно ходить без охраны или оружия.

 — Прости, дорогая, но вопиющей клеветы я вынести не смогу, — Рэрити, в свою очередь, оскорбленно взмахнула копытом в сторону киберпони, — когда тебе надо обвинить друзей, ты припоминаешь им все происходившие в последнее время в стране ужасы. Но когда тебе удобно, когда твои действия оправдывает великая, но одной тебе лишь ведомая цель, тебе очень легко игнорировать смерть, которую сама же сеешь. Посмотреть только, как вдохновенно ты прорубаешь себе путь...

 — Я ненавижу то, что мне приходится делать, — прошипела рыжая кобыла, — но взрослые кольты, сами выбравшие, за кого и как сражаться, встают на защиту тех, кто пытает жеребят. Вырезает им глаза, или превращает в радугу – не знаю, уже запуталась во всем этом навозе. Но это ты – ты и твои дружки – те, кто использует этих жеребцов. Ты пользуешься их слабостью, необходимостью в деньгах, чтобы кормить семью... и конечно, они, твою мать, страдают, когда ты используешь их, как ЖИВОЙ ЩИТ!!!

"...щит, щит, щит, щит…" — отразилось от стен небоскребов.

Рэрити хмыкнула, возвращая себе напускную надменность и будто бы признавая: один-один.

 — Вот как… — она начинает новый круг неспешной ходьбы вокруг ЭйДжей. — Знаешь, Дэши говорила мне, что ты считаешь свой... свое оружие инструментом. Орудием справедливости, спасающим жизни, защищающим слабых. Я не буду повторять то, что сказала тебе Рэйнбоу, у тебя было время подумать над своими действиями, но скажи же мне: кто защитит слабых от того, кто защищает слабых? «Инструмент справедливости» — вот она, настоящая идея! Изысканная, я бы сказала! Это избавило тебя от бремени убийств. Позволило сосредоточиться на том, ради чего все это. И так будет продолжаться до тех пор, пока иллюзия не будет развеяна. Но не беспокойся за поступки: это просто природа берет свое, — она заговорила притворно-успокаивающим голосом. — У тебя нет выбора. Не за что отвечать.

Рог Рэрити вновь загорелся, и из-за пояса выплыли две пары больших тканевых ножниц, закрутившихся в воздухе, как лопасти вентилятора.

 — Теперь ты можешь присоединиться к нашим дорогим подругам на Небесных Лугах с чистой совестью.

 — Ты права, — неожиданная реплика Эпплджек, будто последнее слово приговоренной к казни, заставило единорожку вскинуть голову, — насчет меня, в смысле. Я знала, что что-то было не так. После войны с чейнджлингами. Я думала, что могу вернуться с поля боя и продолжить мирную жизнь. Но вот я здесь, окружена смертью и упражняюсь в философии с террористами. И знаешь что? Иди нахер, Рэрити!

Даже Дэш с интересом повернулась к полужелезной кобыле. Оскорбленная в лучших чувствах единорожка только и могла, что театрально прикрыть рот копытцем.

 — Я знаю, чо делаю, и знаю, чо буду делать с ублюдками вроде вас! «Эквестрия стала слишком гармоничной», ха? Так отведайте-ка дружбомагии, сукины дети!

Рэрити махнула головой подобравшимся охранникам, и те бросились на кобылу в шляпе. Синхронно замахнувшиеся мачете под разными углами, они никак не ожидали того, что Эпплджек наклонилась и, поворачивая торс по всей окружности, будто разминая мышцы пресса и спины, описала треногой круг, чиркнув по каждому из них. Издав агонизирующий вопль, те половинки жеребцов, что с головами, отделились от вторых и грохнулись на залитую дождем плитку, задние ноги с крупами последовали за ними с небольшим опозданием.

 — Кто следующий? – она направила треногу на Рэрити, которая подняла пару ножниц в легком защитном жесте, перевела на Дэш. Та, взявшись за рукоять спрятанного в ножны меча, охотно сделала пару шагов вперед.

 — Ха, ну давай потанцуем!

 — Нет, Мустанг, — протянутая нога единорожки преградила ей путь, — доложи шефу. Она моя.

 — Хех, — Рейнбоу щелкнула слегка обнаженным мечом, возвращая тот в ножны, — ты босс.

 — Я недооценила тебя, дорогая, — пропела Рэрити, становясь в какую-то смесь танцевальной и боевой поз, пока Дэш топала обратно в штаб, — знаешь, я всегда восхищалась твоей благородной решительностью. Жаль, что теперь мы не сможем задушевно об этом поговорить.

 — Хватит с меня болтовни, — ЭйДжей приняла стандартную стойку эквестрийской фехтовальной школы, — это прозвище, которое ты так любишь… «мадам Честность»… ты же знаешь, как я его получила? Впрочем... почему бы мне не дать наглядный пример? Ты умрешь здесь, Рэр. Теперь гляди, как я сдержу обещание.

Несвойственная настоящей леди хищная улыбка исказила на мгновение мордашку Рэрити.

И грянула битва.


Эпплджек осознала, что находится в глубокой заднице сразу же, как отразила десять и пропустила пять ударов явно зачарованных ножниц, легко взрезающих сталь. И это за три секунды. Отсутствие необходимости махать ногами и даже приближаться к противнику давало Рэрити двадцать очков вперед, и киберпони надо было срочно реализовать какое-нибудь из своих преимуществ. «Секунду, а они у меня есть?».

Да, были и в больших количествах перед противниками на несколько порядков попроще. Однако мастера своего дела встречались. «Да и это тело... что за надругательство над физиологией и анатомией?» — рассуждала рыжая, исполняя замысловатые па для уклонения от ножниц, носящихся туда-сюда подобно теннисным мячикам на корте. С течением боя становилось ясно, что Рэр может играться ими, как хочет, постоянно меняя стиль атак, и способ ее управления ими, а также то, что орудий два, действительно создавало море места для фантазии и маневров. Ножницы, попадая по живой плоти, оставляли раны, серьезные с точки зрения бытовых, но пустяковые для закаленной войной ЭйДжей, успевавшие поистекать немного синтетической кровушкой перед тем, как затянуться под действием впрыснутого зелья.

Даже под градом атак кобыла в шляпе постоянно прорывалась к единорожке, и несмотря на то, что ее части тела тут же разлетались в стороны, чтобы пропустить в пустоту между собой все атаки – тут ЭйДжей поблагодарила Селестию и Дока за свое странное оружие – тренога имела не одну, а три гребаных ноги, поэтому всякий взмах ею выбивал пару кусков бывшей подруги из телекинетического поля, оставляя в них вмятины и заставляя Королеву Драмы то шипеть, то вскрикивать от боли.

Спустя пять мучительно долгих минут диких плясок подруги остановились. ЭйДжей поняла, что мелкие повреждения мало чем хуже крупных, так как многочисленные, пусть и несерьезные, раны и болезненность любого движения мало способствуют эффективному функционированию. Тело немело, зрение слегка плыло из-за кровопотери, а почти вся живая поверхность превратилась в сплошной рубец. Рэрити же просто выглядела потрепанной – так как фрагменты тела были легкими, киберпони не могла атаковать с максимально возможным коэффициентом полезного действия, как это было бы, если б бронированная падла стояла на месте и не делилась на части, принимая всю кинетическую энергию ударов.

 — Плохо выглядишь, дорогуша. Как насчет посетить со мной спа?

 — Buck you, Rares.

 — Quelle impoli! Je vous ai enseigné les mœurs?

 — Заткнись.

Эпплджек рванула в сторону противницы, выбивая крошку из плит площади, но та вдруг утонула в облаке дыма, прилично расползшегося и окутавшего рыжую, визор которой немедленно подобрал подходящий спектр. Зрение немного прояснилось, и уже в следующий миг киберпони стала отбиваться от града ножничных атак с разных сторон и под неожиданными углами. Можно было бы вырваться из облака, но тактику обороны от них в обычных обстоятельствах уже пробовали, а потому она решила сосредоточиться на отражении атак, пользуясь мыслью Рэр о том, что ослеплена и представив, что находится на виртуальной тренировке.

Через минуту дым рассеялся, и Эпплджек покоробил вид бегущей к ней вместе с крупом пары задних ног единорожки. Отразив пару пинков, она нашарила взглядом остальную Рэр и, достав из седельной сумки электромагнитную и антимагическую (чтоб наверняка) гранаты и, активировав их, швырнула малышек под ноги противнице. Оказалось, что та, тратя, вероятно, уйму концентрации на контроль всех своих кусков, да еще и атак ножницами, не имела особых резервов для быстрой левитации, а потому вялая попытка уйти вбок не спасла ее от двух вспышек. Полный печали стон сообщил ЭйДжей, что атака удалась, и она сорвалась с места, настигая разобранную по дребезжащим и содрогающимся кускам Рэр и вылавливая ее голову, посылая попутно ненужные части в свободный полет верной треногой, будто играя ими в гольф.

Ухмыльнувшись отчаянью в глазах королевы драмы, что возмущенно кричала там что-то, неспособное донестись до киберпони, глаз которой подернулся красной пеленой, она схватила башку за фиолетовый гребень, торчащей из шлема, как у бойцов старой Гвардии, и смачно шмякнула ее лицом об асфальт. И снова. И снова, так как лицо единорожки так или иначе сразу успело закрыться сегментами брони.

Не забывала при этом Эпплджек и предусмотрительно увеличивать расстояние между собой и остальными частями, заодно присматривая за дрожащими неподалеку ножницами – битье головешки бывшей подруги об пол отвлекает куда меньше внимания, чем кажется. Удовлетворившись тем, что эффект, вероятно, достигнут, кобыла спрятала треногу за спину и, ухватив башку поудобнее уже двумя копытами (руками, если считать механические пальцы), принялась методично колотить ее об пол уже закованным в броню рогом. Увы, металл мялся неохотно, а потому она положила голову наземь, вновь достала треногу и содрогнулась от ножниц, неожиданно впившихся по самые кольца в незащищенный бок, что сбило весь настрой.

Искусственные органы не любят неаккуратного обращения не меньше натуральных, а потому ЭйДжей очень скоро начала выкашливать белую кровь вместе со смазочным веществом.

 — Настал час расплаты, scélérat maudit, — прокряхтела единорожья башка, с лица которой вновь уехали пластины, открывая глаза, излучающие ненависть, штрих-код на лбу и донельзя довольную ухмылку, — слишком долго ты портила эту элегантную броню, моего личного дизайна, между прочим!

Поток слов не лился без дела и сопровождался непрерывным возвратно-поступательным движением ножниц в плоти кобылки, повалившейся набок. Эту процедуру Рэрити повторяла до тех пор, пока та не перестала конвульсивно шевелиться. После этого единорожка, с трудом собравшись воедино, проковыляла к бездыханной подруге и повалилась рядом, тяжело дыша.

 — Уф... прости, дорогуша, но... уф-ф... ты играешь не за ту команду. Тебе следовало следить за трендами в последнее время, — она устало засмеялась и хотела доверительно приобнять тело киберпони за шею, но отвлеклась на быстрое, едва уловимое движение впереди.

В следующую секунду комок металла с просветами коричневой шерсти врезался ей в лицо, вминая то в шлем. Держащаяся на одной магии голова от такого обращения улетела далеко прочь от тела, которое, потеряв легкое сияние, также развалилось на множество покатившихся по площади частей.

Вернувшись к хозяйке, Вайнона припала к ее лицу, неспособная скулить. Но сегменты ее стальной морды разошлись в стороны, являя свежему воздуху настоящие нос и язык, принявшийся елозить по исцарапанной мордахе Эпплджек. Кобыла, содрогнувшись всем телом и судорожно втянув воздух, от чего робо-собачка подскочила, но не прекратила занятия, вначале что-то бессознательно пробормотала, а затем вскинула голову.

 — А... ах... о... В-вай, ты... о-ох-х-х... — она вновь положила голову под легким, но настойчивым давлением лапы киберпсины, — п-пасиба те, дружище, а... Рэр...

Исчезнув на миг из поля зрения, Вай появилась перед глазами пони вновь, держа в пасти металлическое копыто и виляя хвостом.

 — А... молодцом, Вай. Хех... дай только... отлежусь... слегка...

Интерфейс визора оповестил ою исчерпании запасов лечебного зелья, в то время как последние пару минут все системы были направлены на сохранение функционирования организма, хотя большинство временно приостановились для вызова временной комы. Все так же лил дождь, размывая кровь по площади.