Форка и багрепортов псто

Проверка работоспособности добавления рассказа.

Дискорд Человеки

Антрополог

Вы — пони, у которой проблемы с людьми? Или, возможно, человек, у которого проблемы из-за пони? Или, возможно, ваша проблема из-за пони, который знает человека, у которого есть кузен, у которого проблема с продавцом пончиков, и это косвенно касается вас? Есть у вас подобные проблемы или нет, пока в них вовлечён человек, Министерство антропологии готово помочь вам! Присоединитесь к ведущему антропологу, Лире Хартстрингс, пока она помогает людям и пони устаканить свои различия, и вбивает пользу в каждого, кто противится. Она знает о людях даже больше, чем люди знают о себе, и она не боится похвастаться этим, ибо её долг — помочь бедным людям, которые на регулярной основе падают через порталы, и построить мосты меж двух культур! Да пощадит нас Селестия.

Лира Человеки

Исторический момент

Сумеет ли почти переживший наиболее кровавый эпизод в истории Эквестрии простой единорог положить этому эпизоду конец?

Принцесса Луна ОС - пони

Немножечко астрономии

Был запущен в небо первый телескоп и с его помощью Твайлайт смогла увидеть миллиарды других звёзд...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна

Распечатывая Магию

Некоторые вещи никогда не надо было открывать.

Твайлайт Спаркл Другие пони

Провалившаяся месть Трикси или Что скрывает под хвостом Твайлайт

После того как Твайлайт победила Урсу, Трикси была вынуждена с позором покинуть Понивилль и спрятаться на окраине Вечнодикого леса, где она скрывалась от других пони вместе со своим ручным кокатрисом, ведя незаметный образ жизни и мечтая отомстить Твайлайт за нанесенное ею оскорбление. И такая возможность вскоре появилась, когда Твайлайт решила сходить в гости к Зекоре за своим любимым чаем.

Твайлайт Спаркл Спайк Трикси, Великая и Могучая Другие пони

Потрясная библиотека

Все же верят в сказки? Ну, Рэрити вот не верит, но кому какое дело до этой Рэрити-Шмэрити, ибо ЭТО история о том, как Рэйнбоу «Потрясность» Дэш первой нашла потерянную принцессу из легенды.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Скуталу Свити Белл

Еще одна попаданческая история

Типичная попаданческая история, абсолютно ничем не выделяющаяся из других таких же.

ОС - пони Человеки

Эквестрия. Лунный свет

Мир устроен очень просто. Есть лидеры, а есть последователи. Есть победители, а есть лузеры. Но иногда каждому даруется шанс на изменение своей судьбы. Шанс стать сильнее. Но какую цену ты был бы готов заплатить? Мунлайт Эгрэхэд, один из самых отсталых студентов академии магии имени Селестии, получил такой шанс. Репутация... Дружба... Жизнь... Какова плата за силу аликорна?

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Найтмэр Мун

Райский Ад

Когда-то давным-давно Твайлайт попала в Ад. Всё было не так уж и плохо. Если уж по честному, то всё было даже здорово. Там была библиотека! Большая. Типа, больше-чем-Вселенная, вот какая большая. Но потом Твайлайт выгнали из Ада, и теперь она в депрессии. Есть только одно логическое решение: Твайлайт, взяв с собой не сильно жаждущую помочь Старлайт, собирается вломиться в Ад и добраться до библиотеки. О, это будет непросто — найти одно конкретное место среди бесконечного количества измерений, как правило, достаточно сложно, но бесконечные знания, которые там находятся, слишком привлекательны, чтобы отказаться. Твайлайт найдет эту библиотеку, даже если это будет стоить ей жизни (особенно учитывая, что Ад далеко не самое худшее место). Ну что здесь могло бы пойти не так?

Твайлайт Спаркл Старлайт Глиммер

Автор рисунка: Noben

Голодная пустота

Глава 4 На исходе первого дня

Четыре с лишним часа перелета тянулись невыносимо долго. Все ощущали усталость, так как перед этим всему персоналу научной станции, начиная от обычных техников вплоть до самого доктора Стоуна, в дикой спешке пришлось загружать челнок.

Хотя он был довольно крупным и внутри могли поместиться пара стандартных транспортных контейнеров, трюм быстро оказался забит под завязку анализаторами материи, запасными сенсорами, разнообразными излучателями и прочим ценным, но хрупким оборудованием.

Там же оказался один из двух стационарных принтеров. Ученые и до того рьяно спорили, что именно стоит спасать, так как было прекрасно видно, что вместиться сможет не все. Когда же в ангаре появилась группа техников с промышленным принтером, который, если судить по виду сорванных крепежей и обрывкам проводов, был практически выдран в спешке из технического отсека, это вызвало настоящую бурю негодования, которая чуть не переросла в потасовку с применением силы между учеными и техническим персоналом. Как и прежде, доктор Стоун быстро все уладил, сообщив, что это была его идея.

Джет не знал, сказал минотавр тогда правду или же солгал, но это позволило убрать разногласия и вернуть всех к работе.

К сожалению, им и правда не удалось забрать с собой все. Даже после того, как некоторую часть более мелких приборов и упаковок полезных материалов поместили в пассажирский салон, как между сидушками, так и на них, к концу погрузки рядом с шасси челнока осталась еще примерно половина груза.

А потом им самим, и ученым, и техникам, пришлось провести весь полет стоя или лежа, порой пихаясь боками и локтями. И это время, сразу после спешки и суеты с переругиваниями, прошло в оглушительной тишине. Разговоры были редкими и краткими, полушепотом, но несмотря на это и на усталость, никто спал.

Наверно, все просто волнуются. Мне и самому не хочется спать, подумал в какой-то момент Джет. Вспомнив об изменившейся звезде и о исходящей от нее неясной угрозе, он беспокойно поерзал на спинках кресел в задней части салона, на которых ему удалось вполне комфортно устроиться. Абиссинец лежал на них животом, свесив три лапы вниз, а четвертой придерживал небольшую сумку с личными вещами, которую подложил под голову.

Все же зря они остались там. Особенно доктор, с грустью подумал Джет. Без его руководства будет… не так. Сложнее. Интересно, кто теперь будет у нас главным ученым?

Джет подозревал, что уже знает ответ, и это не вызывало особого восторга.

Да, ему не нравился профессор Шелзум, но для того у кота были вполне веские причины. За все то время, что Джет проработал на научной станции под непосредственным руководством профессора, он не добился заметных успехов или достижений, так как ему просто не давали возможности проявить себя. Все те проекты, что подготовил сам Джет, должны были сначала получить одобрение у профессора Шелзума, но, попав к нему в копыта, они неизменно пропадали в "долгом ящике". Самому же Джету только и оставалось, что заниматься уборкой и подготовкой материалов, помогая в проведении чужих работ.

Надменный и склочных характер самого профессора лишь делал ситуацию хуже. То, что он мог стать новым главой научной группы, заставило Джета крепко задуматься, хочет ли он и дальше быть ее частью.

Они добрались до обитаемой станции без происшествий, но вот то, что происходило дальше, вызвало у всех тревогу. Сразу после того, как их челнок приземлился в малом ангаре, по периметру возникли ограничивающие поля-баннеры, а спустя десяток секунд за ними выстроился десяток существ в броне одинаковой серо-синей расцветки и с оружием наперевес. Это вызвало перешептывания у прильнувших к илюминаторам ученых и техников. Пускать на станцию их, по всей видимости, не спешили. Сам Джет решил оставаться на месте — у него был отличный слух, так что он слышал, о чем переговариваются другие. А еще то, что все тридцать минут, что они просидели в салоне, капитан судна вел с кем-то переговоры, пока, наконец, не включилась громкая связь.

— Внимание! На станции введен особый режим. Всем прибывшим надлежит пройти досмотр и дезифекцию, — сообщил синтетический кобылий голос, по видимому, принадлежавший местной системе извещения. — Пожалуйста, приготовьте свои личные вещи. Спускайтесь по одному. Следуйте всем указаниям офицеров. При попытке уклониться от досмотра или оказать сопротивление будет открыт усмиряющий огонь.

— Во имя святого Мофа, что все это значит? Пилот, в чем дело? — тут же воскликнул профессор Шелзум, перекрыв своим голосом встревоженные разговоры в салоне.

— Это вполне стандартная процедура во время неприятных инцидентов. Они имеют полное право, — ответил им капитан корабля. — Делайте, что они говорят.

— А я уверен, что не имеют! Это наверняка против законов Федерации, и я не потерплю подобного в отношении меня, — стал топать престарелый бэтпони, сотрясая щеками. — Я не позволю обращаться со мной, как с каким-то преступником!

Начал нарастать гам, послышалось несколько возгласов поддержки от других ученых. Ох, во имя Трех, к чему все это? подумал Джет, осторожно пробираясь через припасы, наваленные на сиденья, к выходу.

— Эм… капитан? Можете открыть? Я готов, — сказал кот, нажав на кнопку терминала связи рядом с шлюзовой дверью.

— Хорошо, — было ему ответом, после чего створки разошлись в стороны.

— Лаборант, куда? Я запрещаю!

— Неа, не можете.

— Эт-то еще почему? — опешил профессор, в неверии задрав кустистые брови.

— Ну… наверно… я увольняюсь? — начав неуверенно, кот вздохнул, потом кивнул, словно утверждаясь в решении. — Да, точно! Я увольняюсь! Думаю, я…

Джет помедлил, махнул лапой на объяснения и пошел через шлюзовую, больше не обращая внимание на недовольно голосящего профессора.

Вся его уверенность тут же улетучилась, стоило ему сделать первый шаг по трапу и заметить внизу стоящих на страже существ. Джет давно уже не видел оружия — на научной станции охраны не было, ведь на нее было трудно попасть просто так, а все мелкие проблемы и разногласия, что хоть и редко, но возникали, доктор Стоун легко решал словом.

Охранники станции не выглядели как солдаты, скорее, как полицейские, которых отправили на подавление беспорядков: легкая бронезащита, прикрывающая грудь и ноги, каски с визорами и респираторами, легкие ручные или накопытные пульсоры.

Немного помедлив на спуске, Джет в беспокойстве прижал уши, а его хвост распушился, но потом он несколько раз вздохнул, успокаиваясь. Быстро сбежав по трапу, кот прошел мимо двух вооруженных охранников и встал в паре шагов от голографического баннера, что огораживал всю посадочную площадку. В нем был проход-арка, ведущий через небольшой тоннель из двух стенок из матового стекла. С той стороны стояли еще двое охранников и, как заметил Джет, они были без какого-либо оружия.

— Э-э… я Джет, Джет Эттеро. Лаборант. Что мне нужно делать? — робко произнес он, прижимая сумку к груди обеими лапами и переводя взгляд между двумя кобылами, ослицей и единорогом.

— Не волнуйся, проходи. Сумку давай нам. Встань между стенами, лапы в стороны. Повернись… чист? Отлично. Так, теперь встань тут и протяни лапу с идентификационным чипом внутрь, заодно анализы возьмем… — объясняла ему единорог, указывая на каждом этапе иллюзорной желтой стрелкой. Когда он все сделал, как его просили, а считыватель закончил сбор образцов и выдал зеленый, к нему обратилась ослица.

— Сколько вас там?

— Вроде бы шестьдесят три? О, нет, пятьдесят семь — некоторые решили остаться и продолжить вести наблюдения за… звездой, — после недолгих раздумий ответил Джет.

— Обнадеживает, — сказала ослица, досматривая сумку. Проверив ее, охранница ее застегнула, опечатала клейкой лентой, подписала, после чего отложила в сторону. Заметив удивленный взгляд абиссинца, она поспешила успокоить: — Вернут позже, целой и невредимой. Все вещи останутся внутри, если их провоз не нарушает закон.

— Хорошо… я понимаю, — расслабился Джет. Охранницы не выглядели столь же пугающе, как их коллеги. К тому же они задавали вполне обычные вопросы, и говорили при этом без спешки, спокойно и непринужденно, словно это была для них повседневная рутина.

— Вот и славно. Если все будут вести себя так же покладисто, как ты, то управимся за час.

— О, не думаю. Среди ученых есть несколько довольно склочных, так что… — пробормотал Джет, оглянувшись на челнок, и услышал тяжелый вздох. Посмотрев на охранниц, он немного поколебался, но все же спросил, похлопывая лапами: — А вы… вы не могли бы как-то… ну, подольше потянуть с досмотром одного пони? Э-э, кажется, это называется "полный осмотр"?

— Полный? — переспросила единорог и переглянулась с ослицей. — А он симпатичный?

— Не думаю? Это профессор Шелзум, старый и вредный пони…

— О… а ты сам хотел бы провести его полный досмотр? — намекающим тоном произнесла ослица, крутя копытом в воздухе. Что-то в этом заставило Джета отшатнутья и замахать лапами.

— Ох, нет-нет.

— Вот и нам… — сказала единорог, наклонив голову в шлеме так, словно закатила глаза, потом чуть склонилась и тихо спросила: — Эй, вы ведь там звезду изучали, да? Правда, что она может бахнуть?

— Ну, да, но… Может быть? Она очень странно себя ведет, так что… не знаю. Никто не знает.

— Что ж, удачи нам всем… Хорошо. Проходи, там дальше справа по коридору комнатка, не пропустишь. Следующий! — сказала охранница, поворачиваясь к трапу. Джета поразило, насколько спокойна она при этом была. Но еще больше его удивило то, что он услышал, или, скорее, подслушал благодаря своему хорошему слуху, отойдя на несколько шагов.

— Эй… симпатяга, а? Хвостище…

— Ой, не начинай…

Кот завис на секунду, выпучив глаза в удивлении и чувствуя, как встопорщилась шерсть на загивке. Как они вообще могут… безумие, просто безумие, промелькнуло у него в голове. И все же он улыбнулся — кому угодно будет приятно услышать, что кто-то посчитал его симпатичным.

Но воодушевление быстро прошло. Оставшиеся позади знакомые и неизвестность впереди, чувства одиночества и потери чего-то важного в жизни заставили его сжаться и осторожно идти вперед, стараясь не нарушать царящую здесь тишину. Вид облупившихся стен технического коридора из серого металла с панелями блеклого зеленого цвета, которые крепились крупными болтами, змеящихся под потолком кабелей и влажно поблескивающих в тусклом свете труб — все это действовало угнетающе.

Пройдя мимо нескольких дверей, он, наконец, нашел открытую. За ней оказалось небольшое помещение все в тех же тусклых тонах, с нишей в стене, с крепкой лавкой-полкой во всю длину стены напротив, и столом, на котором была куча пустых пакетов с клапаном и маркер.

— Пожалуйста, сложите в пакет всю одежду и украшения. Устройства в отдельный пакет. Подпишите и поместите в ящик в стене, — выдал указания тот же искусственный голос, который он слышал на челноке. — Пройдите в комнату влажной дезинфекции.

Джет помедлил. Он предполагал, чего стоит ожидать, ведь ему уже приходилось проходить подобные очистки перед входом в стерильные помещения лабораторий, но в тоже время он сильно сомневался, что этот коридор ведет в лаборатории. Да и при этом кот всегда был в герметичном костюме, а не в чем мать родила. Очень странно, подумал он и поежился. И хотя Джет не боялся воды, ощущение мокрой, прилипшей к телу шерсти — это не то, что он хотел бы испытать по собственной воле.

Сдав вещи и зайдя внутрь, он оказался в комнатке три на три метра, с решетчатым полом и с форсунками распыления над головой и на стенах. Джет вздрогнул, когда створки, скрипнув за его спиной, закрыли проход, а форсунки с тихим скрежетом передвинулись чуть ниже, видимо, подстраиваясь под его размеры.

— Пожалуйста, встаньте с широко разведеными в сторону конечностями. Закройте глаза. Сделайте глубокий вдох и задержите дыхание. Три. Два. Один. Очистка.

Начавшийся как тихое шипение, на него обрушились мощные потоки жидкости сверху и сбоку, заставив пошатнуться от неожиданности. В нос проник химический запах даже не смотря на то, что он не дышал. Все пять секунд он боролся с желанием начать фыркать или открыть глаза и посмотреть, что творится вокруг него.

— Удаление дезинфектата.

Поток на секунду пропал, но потом возобновился — видимо, это пошла вода.

— Сушка.

Поток жидкости снова исчез, теперь уступив дикому шипящему вою воздуха. Ветер обрушился буквально со всех сторон, даже снизу, и казалось, что он пытается проникнуть под каждую шерстинку. А еще поток воздуха был холодным… нет, очень, просто до жути холодным из-за того, что Джет в этот момент был мокрым. Но постепенно он теплел и к концу начавшаяся было дрожь отступила.

— Дезинфекция завершена. Пожалуйста, заберите свои вещи и пройдите дальше.

Пошатываясь и тряся ушами в попытке изгнать оставшуюся внутри воду вместе с противным писком, Джет зашлепал вперед. Сделав пару шагов, он наконец заметил, что вся его шерсть после сушки распушилась, превратив в объемистое черно-белое облако. Потратив некоторое время на бесплодные попытки разгладить шерсть, Джет все же сдался и со вздохом прошел в следующее помещение. Эта комнатка оказалась практически идентичной той, где он раздевался, разве что здесь не было пустых пакетов. Подойдя к нише, он вынул одинокий пакет, в котором был лишь его информер с горошиной-наушником.

— Пожалуйста, пройдите дальше.

— А где одежда? — спросил кот в пустоту. Он покрутил головой, ища хоть какие-то ее признаки, потом пошарил лапой в нише и даже сунул внутрь голову, но так и не нашел даже малейшего намека, что там есть что-то еще. Чувствуя странную смесь из смущения и обиды, что добавились к его легкой грусти, Джет напялил информер обратно на лапу.

Внутри следующего помещения его ждал ряд терминалов с лавками, сдвинутые в одну кучу личные ящики, а также двое охранников, пегас и крупный минотавр. Они неподвижно стояли в противоположных углах и молчали. Хотя оба охранника были все в тех же респираторах, а их глаза скрывали визоры, Джету показалось, что минотавр, тяжело дыша и держа пульсор на согнутом локте, неотрывно исподлобья следит за ним. От этого у Джета пробежали мурашки под шерстью.

— Пожалуйста, сядьте за один из терминалов и подключите свое устройство, — попросил синтетический голос. Когда Джет спросил про свои вещи, ни голос, ни охранники ему не ответили.

Джет, присев за один из терминалов, подсоединил шнур от него к информеру на лапе. Пробежав глазами по появившимся строчкам, кот с удивлением обнаружил, что это настоящее досье о нем и его прошлом. Нервно покосившись на охранников — они все также стояли в противоположных углах, практически не двигаясь — кот погрузился во внимательное чтение. Странно было читать подробности о себе, порой даже такие, о которых не подозревал. Что еще хуже, это досье отлично показывало, как мало он добился в этой жизни.

После того, как Джет подтвердил, что все так, перед ним появилась новый текст. Точнее, целая стена текста, которая, судя по всему, была договором. Он попытался внимательно читать ее, но быстро устал, хотя ползунок прокрутки прошел едва ли десятую часть. Единственное, что абиссинец понял из того, что прочел — это то, что он обязуется не нарушать целый свод правил и законов, действующих на стации. Не видя иного выбора, он решил согласиться. Ткнув лапой в кнопку "согласен", Джет дождался, когда возникший на экране ползунок прогресса дойдет до конца и исчезнет, после чего отсоединил шнур.

— Я закончил, что теперь? — спросил он, повернувшись к пегасу-охраннику, но тут же подпрыгнул, когда в наушнике после сигнала прозвучал знакомый синтетический голос.

— Теперь вы подключены к общей системе безопасности станции. Вы можете обращаться ко мне Ирис. Теперь вы не должны обращаться к сотрудникам службы безопасности напрямую. Теперь вы должны направлять любые вопросы и предложения через систему безопасности. Теперь вы должны всегда носить это устройство при себе. Пожалуйста, следуйте указаниям. Через проход налево.

Удивленно моргнув несколько раз, Джет последовал указаниям.

— Прямо, тридцать семь метров.

— Э-э… хорошо? Так что теперь? Куда я иду?

— Теперь вы должны попасть в комнату распределения. Вам выдадут вещи первой необходимости и выделят место для сна.

— То есть… мне нельзя выбрать самому? — внезапно пришла ему мысль в голову, которую он тут же озвучил.

— Теперь вы должны попасть в комнату распределения. Вам выдадут вещи первой необходимости и выделят место для сна. Пожалуйста, следуйте указаниям.

Ох, это похоже на тотальный контроль, пришла ему тут же в голову мысль, заставившая поежиться. Подняв лапу с информермером к морде, он чуть покрутил его перед глазами и опустил уши — хотя он точно принадлежал Джету, о чем говорили характерные сколы и царапины на корпусе, все же теперь информер стал казаться… чужим. Нет, вполне понятно, они не хотят, чтобы кто-то куда-то залез не туда и что-нибудь испортил, но… постоянное отслеживание? Это жутко… возможно, профессор был в чем-то прав.

— Направо, через дверь.

Джет обхватил лапами свои плечи и чуть сгорбился. Нет, все же это не правильно. Они ведь не имеют права лишать других выбора?

— Хэй! Проходи, не стесняйся, — крикнул ему стоящий за одним из столов оранжевоперый грифон в комбинезоне электрика с накинутым сверху фартуком и повязанной на голову банданой. За тремя другими столами стояли пес и два пони, в примерно такой же униформе, но на их лицах читались усталость и безразличие. На первом столе, как увидел Джет, были уложены плотными рядами небольшие разноцветные свертки в целлофане. Обведя их лапой в перчатке, грифон улыбнулся и с преувеличенной восторженностью воскликнул. — Везет тебе! Ты, как первый, имеешь ат-тличный выбор!

— А что это? — спросил кот, принюхиваясь и шевеля вибрисами. В помещении витал стойкий запах нагретой пластмассы, а еще озона, чистящих средств и какой-то другой химии. Он прошелся взглядом по остальным столам — каждый был полностью забит какими-нибудь свертками и упаковками.

— Это? Полотенца. Этот ряд под твой размер. Там дальше щетки для зубов или клювов, для тела, моющие средства, бумага…

Джет присел. Досмотр, чистка, сверка личности, договор, от которого наверно не откажешься, браслет с программой отслеживания, выдача вещей… почему это все выглядит так, словно я попал в тюрьму? Осмотревшись внимательнее, он заметил охранников, стоящих в каждом углу, и каждый держал оружие наготове.

— Ну, давай быстрее. Если не хочешь, то можешь и не брать. И хоть ты и первый, но не единственный, скоро должны подтянуться следующие.

— А… а мои вещи? — встрепенувшись, вдруг вспомнил абиссинец про оставшуюся сумку в ангаре и все то, что в ней было. Зачем выдают новое, если у меня все это уже есть, личное? И как же мое обещание доктору Стоуну? Я не смогу его исполнить, если больше не увижу свою сумку!

— Да вернут их, вернут, — сказал грифон, закатывая глаза. — Просто сначала они пройдут обработку. Во имя Трех, ты сейчас выглядишь так, словно тебя лишают последнего перышка.

— Но примерно так все это и выглядит, — протараторил Джет, бегая взглядом из угла в угол. Меня лишили всего, что у меня было, подумал он, снова обхватывая себя за плечи и прижимая уши.

— Возможно, со стороны может и выглядит слишком круто, но это ради общей безопасности. Никто не хочет внезапной вспышки заразы или распространения паразитов… — начал спокойно объяснять грифон, потом замолчал, обхватив клюв лапой и внимательно глядя на Джета. Придя к какому-то выводу, он вздохнул. — Слушай, просто поверь, ничего страшного не будет. Не волнуйся и делай, что скажут, лады? Эй, Клиф? Присмотри тут, а?

— Это с какого хрена? — рыкнул недовольно сонный пес, стоящий за следующим столом.

— С такого! Просто присмотри, мне надо перекинуться парой слов с парнями из СБ.

Когда грифон ушел в угол к одному из охранников, Джет уныло посмотрел на пса, потом на стол. Взяв первый попавшийся под лапу сверток, он потащился дальше. Посетив каждый стол, в следующее помещение он зашел уже с полными лапами. Что именно он брал, кот даже не обратил внимание. Ему было все равно. Я лишился всего, вновь подумал он. Я не добился ничего в жизни, а теперь еще меня лишили того, что у меня было. И я подвел доктора Стоуна…

— Проходи, садись. Ты у нас… Джет Эттеро, верно? — услышал абиссинец сухой старческий голос. Он шел, опустив голову и прижав уши, так что даже не заметил, как оказался возле письменного стола с небольшим переносным терминалом и стулом перед ним. — Итак, что мы имеем… эй, ты меня слушаешь? Ох, во имя Трех…

Джет больше не хотел никуда идти. Вещи, что он принес с собой, попадали на пол. Он сжался на стуле, обвил себя хвостом и, уткнувшись в лапы, тихо заплакал.


— Одиннадцать на грани истерики, три случая драки, два ареста. Обвинения в превышении полномочий и нарушении прав. И это самые первые, прибывшие во вполне нормальных условиях, — подвел краткий итог Уик после прочтения отчета о том, как прошел прием первого транспорта, после чего тяжело вздохнул, прикрыв глаза и приложив копыто ко лбу. — Я понимаю, сейчас все на взводе, но чтоб так… Всепрощающие сестры, даруйте нам сил…

— Капитан Макли, можно замечание? — подала голос Лилит, полуобернувшись на своем месте. Когда единорог разрешающе махнул копытом, она продолжила: — Я тут следила по камерам за самым первым гражданским, ну, тем черно-белым абиссинцем…

— Ты что? — нахмурился заместитель.

— …и заметила, что чем дальше он продвигался, тем хуже выглядел, — затараторила она, стараясь закончить мысль как можно скорее. — Мне кажется, все дело в том, как мы все это обставили. Может быть, нам стоит изменить подход? Сделать все это чуточку, ну, более приятным?

— Во-первых, младший лейтенант Шале, какого… Дискорда вы занимаетесь слежкой за гражданскими вместо того, чтобы заниматься своими непосредственными обязанностями? — стараясь не повышать голос, спросил Уик. Хотя Розмарин некоторое время назад объявила, что большая часть служащих может отправиться на отдых, некоторые из них решили никуда не уходить и, так сказать, "спать на посту" на случай непредвиденных и срочных обстоятельств.

Сейчас в центре безопасности бодрствовала примерно четверть от обычной численности офицерского состава, оставаясь в относительно бодром состоянии благодаря принесенной кем-то кофеварке и стимуляторам. Примерно столько же спало, завалившись небольшими группками возле стен. Было ли это из-за чувства ответственности или же слишком большой усталости вкупе с ленью добираться до своих коек, Уик не знал, но предпочитал считать, что все же главная причина в первом. Единорог, вздохнув, покосился на всхрапнувшую во сне псину, что пускала слюни, умостив голову на плечо старшего по званию офицера-зебры и обняв его лапами словно плюшевую игрушку.

— И во-вторых, что вы предлагаете? Развесить приветственные транспаранты с цветными шариками и включить веселенькие песенки?

— Ну-у… не знаю, идея с музыкой мне нравится, — задумчиво протянула Лилит, отпивая из чашки кофе, но, заметив недовольный взгляд, тут же продолжила: — Вообще-то я бы попробовала поспрашивать гражданских, что именно им не понравилось, и попробовать это исправить.

— И в результате узнаем, что им не понравилось все… — снова потирая лоб, пробормотал Уик. Кажется, у меня начинается мигрень…

— Либо так, либо вообще ничего не делать, надеясь, что само обойдется, — пожала плечами Лилит. — Можно взять того же кота — несмотря на последовавший срыв, он показался мне вполне спокойным и уравновешенным. Я… ох… Да, два два шесть, говори…

— Ладно, я подкину эту идею Роз… шефу, — сказал Уик, хмурясь. Или лучше самому этим заняться? Нет, мне нельзя покидать пост. Но потом может оказаться поздно и мы ничего не успеем подготовить… А может передать это дело кому-нибудь еще? Только кому? Сейчас каждый бодрствующий на вес золото и так просто никого не выделишь. Да и не каждый подойдет на эту задачу… Вызвать его сюда? Нельзя, никак нельзя. Проклятье, как все не просто!

— …ух… хорошо, я посмотрю, что можно сделать, — сказала Лилит, поморщившись, и снова повернулась к Уику. — Там два два шесть жалуется, что главный ученый из прибывшей группы продолжает его доставать.

— Так пусть скажет, чтобы направляли все запросы через Ирис.

— Она так и говорила, но ученый отказывается, продолжая шуметь и выдвигать требования, — развела копытами пегаска. — Честно говоря, мне жаль Дарси — этот ночной настолько громкий, что даже мне было слышно его нытье, пока я разговаривала с ней.

— Ладно, тут точно без шефа не обойтись, — вздохнул единорог, переключая связь на вызов. Надеюсь, она сейчас в хорошем настроении… ох, о чем я? Она, наверно, сейчас в ярости, после всего произошедшего, закатил он глаза. — Шеф? Не хотел бы вас отвлекать, но тут есть пара безотлагательных дел…


Перед тем, как отправиться к госпоже Лиф, Розмарин решила все же потратить лишние пятнадцать минут и позаботиться о своем внешнем виде. По быстрому очистившись от пыли, приведя гриву в порядок и облачившись в повседневную униформу, она прибыла в кабинет старой грифонши, где с удивлением обнаружила, что та не сидела сложа лапы.

К моменту приземления челнока часть технического персонала уже подготовила "тропу прибытия", так что Розмарин оставалось лишь выделить охрану. И хотя часть охранников спали, прямо так, стоя в выделенных им углах, они все же одним только своим видом отбивали желание устраивать сцены. Ну а когда все же потребовалось их вмешательство, они быстро смогли сориентироваться и заняться слишком склочными личностями.

Через полчаса глава СБ вышла из кабинета с целой охапкой задач и распоряжений. Конечно, они все находились на планшете в электронном виде, но, если бы это распечатали на бумаге, стопка бы вышла впечатляющих объемов.

И, как на заказ, первый же вызов от Уика дал отличный повод разобраться со всеми вопросами, что касались прибывшего персонала со станции Урза-Альфа. Остановившись перед дверью переговорной, Розмарин вновь проверила, как выглядит, напустила на себя суровый вид и зашла внутрь.

Не успела даже закрыться дверь за ее хвостом, как растрепанный ночной пегас, что сейчас временно исполнял обязанности главы прибывшей группы ученых, вспорхнул и бросился к ней навстречу, сыпя требованиями и угрожая последствиями. Розмарин было приятно наблюдать, как этот напыщенный пережиток прошлого века теряет уверенность, пока она просто стоит в полном молчании, нависая над ним. Кобыла внимательно наблюдала за тем, как его глаза становились все больше и беспокойнее, голос — тише, а хвост и уши, стоявшие торчком вначале, опускались все ниже и ниже.

— Я глава сил безопасности станции, капитан второго ранга Розмарин Ойл. Вы хотели обсудить условия пребывания на станции, я правильно понимаю? — спросила кобыла, загоняя раздражение как можно глубже, когда посчитала, что старый жеребец перед ней достаточно выдохся.

— Да, кхм… да, однако…

— Давайте для начала присядем. Надеюсь, у вас есть запись всего того, что вы хотели сообщить? Это бы упростило нашу совместную работу.

— Да, планшет на столе, там все, — отведя, наконец, глаза, ответил ей ночной пегас. Не произнеся больше ни слова, он вернулся на свое место за небольшим столом и передвинул планшет на ее сторону.

Пока Розмарин читала, престарелый ученый постоянно ерзал, кашлял, постукивал копытом по столу и неотрывно пялился на нее, видимо, пытаясь напомнить о своем присутствии. Земная делала вид, что не замечает, не спеша изучая целый список требований и претензий. А хорошо постарался. Смог начесать целых девятнадцать пунктов, и даже красиво разложил все, с понятными формулировками. Но хрена с два ты что получишь, думала она, чуть хмурясь.

— Это все? — спросила Розмарин минут через пять, приподняв планшет.

— Да. Это все, чего мы хотим. Не думаю, что это будет так уж и сложно обеспечить, — спокойно ответил ученый, вернув себе толику уверенности.

— Вы меня не так поняли, профессор Шелзум. К тому, насколько легко и целесообразно обеспечить дальнейшее пребывание на станции вашей группы, мы вернемся чуть позже. Сначала я хотела бы обсудить то, что вы забыли упомянуть, — она немного помахала планшетом в воздухе и опустила на стол. — Меня интересует, чем вы можете расплатиться за это.

— Рас… расплатиться? — переспросил жеребец. Его брови сначала взлетели вверх, потом упали обратно. — Не понимаю, о какой…

— Да, именно. Расплатиться. Иными словами, какая от вас будет польза для станции? Или вы думали, что вы имеете право требовать? Что вам должны преподнести все за просто так? — уперевшись в края стола и приподнимаясь, начала рычать Розмарин. — Это частная станция и принадлежит госпоже Лиф. Она прекрасно понимает сложившуюся ситуацию и потому, в соответствии с законами Федерации, распорядилась принимать все прибывающие корабли, а также обеспечить всех беженцев минимумом необходимого. Вы, как и вся ваша группа, сейчас находитесь на станции на правах беженцев, и, насколько мне известно, вас уже обеспечили всем необходимым. Но если вы хотите большего, то придется за это заплатить. Так что я спрошу еще раз: что вы можете предложить взамен?

— Но… как же… мы — научная группа! Вы просто обязаны, как и прежде, предоставлять нам снабжение!

— Вынуждена поправить: вам обязана Федерация, — присаживаясь, начала спокойно объяснять Розмарин. Сложив копыта на планшете, она снисходительно посмотрела на фестрала. — Если вы пропустили мои слова мимо ушей, то я напомню снова: эта станция является частной собственностью и полностью, от и до, принадлежит госпоже Лиф. Все припасы, материалы и оборудование, что получала ваша группа, либо закупались на станции на средства со счетов правительства, либо проходили через нее трансфером. Теперь, учитывая изоляцию системы, вы и ваша группа сами по себе.

Пока старый ученый сидел с пораженным видом, открывая и закрывая рот, земная положила рядом с его планшетом свой, открыла на время доступ и плавными движениями копыта по экрану переправила файлы.

— Здесь предложение госпожи Лиф. Я настоятельно рекомендую ознакомится с ним всей вашей группе. Ограничений по времени нет, но в интересах всех начать действовать как можно скорее, — все так же спокойно сообщила она, передвинув планшет обратно хозяину. Когда пегас потянулся к устройству, кобыла чуть отодвинула его обратно к себе, склонившись вперед. Когда их взгляды встретились, Розмарин продолжила с нейтральным выражением лица, похлопывая по планшету: — И даже если вы лично решите не принимать предложение, вам настоятельно рекомендуется не пытаться препятствовать выбору ваших сотрудников.

— Вы угрожаете мне? — спросил Шелзум, хмурясь.

— Нет, это можно было бы расценивать как оказание давления. Я просто даю вам рекомендацию, как одно ответственное лицо другому. Все же мы оба в первую очередь должны думать о благополучии своих подчиненных, — не изменившись в лице, ответила кобыла и убрала копыто с планшета. Когда фестрал засунул устройство под крыло и собрался уже на выход, Розмарин криво улыбнулась. — И еще, я хотела бы дать один совет, дружеский: не стоит мотать нервы окружающим. Все на взводе, могут и сорваться, а основная часть медперсонала еще не вернулась.

Фестрал стрельнул в ее сторону недовольным взглядом и молча вышел. Когда дверь закрылась, земная перестала улыбаться и тихо прорычала несколько проклятий. Она засобиралась было тоже уходить, но застыла в проходе, чуть не столкнувшись с котом.

Абиссинец в халате ученого застыл перед ней, прижимая к груди небольшую сумку. Он провожал взглядом быстро удаляющегося фестрала, прижав уши. Когда же он уже собрался заходить, то обнаружил, что проход перекрыт.

Взгляд кота начал подниматься вверх, сначала скользнув по ее галстуку, потом по шее, пока голова не задралась вверх, позволив посмотреть прямо ему в желтые глаза. Кот их выпучил, прижал уши сильнее и даже немного присел, отчего стал выглядеть еще меньше.

— Джет, верно?

— Д-да… — робко вякнул абиссинец. — Мне сказали, что меня ждут. Ирис направила прямо сюда. Я… я ведь не ошибся?

— Все верно, — вздохнула Розмарин, прикрыв глаза — замашки того старикана подействовали настолько раздражающе, что она даже забыла об еще одной встрече. Отступив внутрь, она указала копытом на стол с двумя стульями. — Проходите, садитесь.

Все так же робея, кот на полусогнутых лапах прошел до стола и забрался на сидушку. Обернув себя хвостом, он устроил сумку на коленях и заозирался, шевеля ушами. Какой он… мелкий, подумала Розмарин и, не удержавшись, весело фыркнула, отчего кот вздрогнул и покосился в ее сторону одним глазом.

— Меня зовут Розмарин Ойл. Я — капитан второго ранга, глава службы безопасности, — сообщила она, возвращаясь на место за столом. Судя по реакции — он встрепенулся, навострив уши и приподняв лапу — он хотел что-то сказать, но кобыла его опередила. — Джет Эттеро, я знаю. Надеюсь, у вас нет никаких претензий к пребыванию на станции?

Кот стушевался и, помедлив, помотал головой.

— Нет, нет, все впорядке. Я… меня все устраивает.

— Странно. Судя по отчетам, все не совсем так, — сказала Розмарин максимально нейтрально, сложив копыта на столе. Пока она устраивалась на сидушке, стул несколько раз жалобно скрипнул, заставив кота прижать суши. — Возможно, вы хотите рассказать, что именно вызвало тот нервный срыв?

Абиссинец после этого только сильнее сжался, опустив уши и пряча глаза. Ох, зря я не слушала лейтенанта Матэо… мне нужно было больше практиковаться в общении с простыми гражданскими, подумала кобыла, чуть нахмурившись. Как назло, именно в этот момент кот осмелился бросить в ее сторону взгляд и, увидев ее недовольное лицо, стушевался еще сильнее. Тишина затягивалась. Так, ладно, если все дальше так продолжится, я ничего не добьюсь. Но что мне делать? Стоило отправить к нему Лилит, она бы точно нашла общий язык. О, нет, Лилит я точно не смогу выдернуть с поста прямо сейчас, но… спросить у нее, как действовать?

Розмарин еле удержалась от новой гримасы — настолько ей не понравилась эта мысль.

— Кхм… простите, мне нужно отойти на минуту, — сказала она, решительно поднимаясь с места. Кот вздрогнул, но потом кивнул.

— К-конечно… хорошо.

Выйдя за дверь, кобыла в раздражении вздохнула, потопталась на месте и все же вызвала подчиненную.

— Лилит, мне нужна… помощь, — выдавила земная, хмуро оглядывая коридор. Он был пуст и все двери были закрыты.

— О, ладно… — протянула пегаска, сделав паузу, а потом с нескрываемым интересом спросила: — А с чем, шеф?

— Этот кот меня определенно боится и не идет на контакт. Я… мне очень давно не приходилось разговаривать с гражданскими. Если я начну действовать как привыкла, то скорей всего сделаю все еще хуже.

— Понимаю… но это не проблема, шеф! Просто… ох, нет, совет "быть собой" тут точно не подойдет, — сказала Лилит очевидное, вызвав вспышку раздражения у Розмарин. — Ну, в целом… я думаю… э-э… может быть, вам стоит показать, что вас не стоит бояться?

— Как?

— Поговорить по душам? Открыться и рассказать, как есть? Я не знаю лучшего метода для начала общения, чем рассказать о себе и потом перевести обсуждение на собеседника, — ответила пегаска, на что земная тихо застонала. — Шеф, это только кажется сложным, но на самом деле все просто, стоит только начать! Вы же как-то общались с другими пони во время отпуска, верно?

— Я тебя поняла, — сказала Розмарин и отключила связь, прислонившись лбом к стене. Очень просто… мне обычно для этого приходится напиться до такого состояния, что я потом нидискорда не помню. Но не могу же я сейчас так поступить.

Розмарин дотянулась копытом до галстука и чуть ослабила узел. Хрен с ним… придется действовать прямо так. Прокашлявшись, она зашла обратно в комнату, отправившись к своему стулу. Как она заметила, кот, предоставленный на время сам себе, смог немного расслабиться и теперь сидел, с интересом разглядывая на стенах проекции пейзажей с различных планет.

— Ладно, давай на чистоту. Я не слишком умею разговаривать с гражданскими… с такими, как ты, — сказала кобыла, откинувшись на спинку и покрутив копытом в воздухе. — Обычно мне приходится либо командовать, либо вести переговоры, либо пытаться донести до идиотов то, насколько они идиоты. К тому же я устала. Последние сутки были довольно нервными. Так что давай просто… поговорим? Как обычные пони… или коты… в общем, можешь обращаться ко мне Розмарин.

Закончив, она протянула копыто через стол. Кот неуверенно посмотрел на нее, потом на копыто и, немного поерзав, протянул лапу.

— Я… э-э, Джет, зовите меня так.

Розмарин постаралась улыбнуться как можно мягче и, похоже, ей вполне это удалось — абиссинец не шуганулся, а напротив, снова немного расслабился.

— Итак, Джет. Ты хорошо устроился? Есть претензии?

— Нет, все впорядке, — поерзав, ответил Джет, отводя взгляд. Кобыла заметила, как затрепетал кончик хвоста. — Меня все устраивает.

Зачем ты врешь, Джет? Мне не нужна ложь, она ничем не поможет, хотела сказать Розмарин, но сдержалась. Вместо этого она решила попробовать еще раз.

— Ладно. Я хотела спросить тебя о том что произошло после вашего прибытия на станцию, — начала объяснять кобыла, но кот тут же прижал уши и отвел взгляд. Ох, да что не так?! Пытаясь сообразить, как бы не спугнуть Джета, она немного помолчала, но, так ничего и не придумав, решила просто рассказать все, как есть: — Я хотела бы узнать, почему ты так… расстроился к концу. Ты ведь спустился первым по трапу и был при этом более-менее спокоен. Это подтвердили и серж… то есть, Латте с Мериндой. Ты ведь помнишь единорога с ослицей на досмотре?

Он кивнул.

— Пожалуй, ты единственный, на чей счет вообще ни у кого не было замечаний. Поэтому я и хотела узнать твое мнение о том, как выглядит весь процесс приема на станции.

— Все в порядке, у меня нет претензий к…

Нет, так мы не сдвинемся с мертвой точки. Придется все же давить.

— Джет, прекрати, — сухо приказала Розмарин. — Запомни, за честность тебя не накажут, а ложь просто никому не нужна. Я ведь спрашиваю не из праздного любопытства. Если ты вдруг не знаешь, станция практически полностью была эвакуирована, так как мы попросту не знали о гипертени. Ваш транспорт сколько был в полете? Шесть часов?

— Четыре с половиной, — тихо поправил ее Джет, смотря на свои лапы.

— И после этого пятая часть были в весьма плохом психическом состоянии, а трое вообще устроили драку. Пройдут дни, если не недели, пока вернутся другие транспорты, внутри которых сотни живых существ вынуждены выживать в весьма стесненных условиях. Они надеялись выбраться из системы, избежав опасности, но вместо этого вынуждены вернуться. Представь, каково им. Поэтому я хочу, чтобы те, кто окажутся на станции, как можно легче перенесли прием. Понимаешь, Джет? Мы не имеем права отменить досмотр и дезинфекцию, но с твоей помощью мы можем его улучшить, сделать так, чтобы пассажирам было легче их перенести.

— Шеф, не давите на него, — внезапно услышала Розмарин в ухе голос Лилит. — Не стоит вываливать на него груз ответственности. Он скорей всего чувствует себя потерянным и одиноким, ему нужна поддержка, а не напоминания о том, что все плохо. Постарайтесь до него донести, что…

Пока пегаска говорила, Розмарин отвернулась к стене и стала рассматривать одну из картин-проекций, стараясь скрыть клокотавшую внутри злость от внезапного вмешательства и, что еще хуже, осознания, что все это время за ней следили без разрешения.

— Простите. Я понимаю, что мое поведение может раздражать, Розмарин, просто… просто меня не покидает сейчас чувство, что я не только ничего не добился в своей жизни, но и потерял все то немногое, что было, — тихо пробормотал абиссинец, теребя лямку сумки в лапах, и посмотрел на кобылу каким-то странным взглядом, словно умолял о чем-то. — Я хочу быть полезным, но не уверен, что смогу.

Цель. Ему нужна цель в жизни, чтобы обрести опору под ногами, осознала земная, вспомнив себя в первые годы после того, как потеряла все, сбежав из дома. Она поняла, чего хочет от жизни, после того, как в очередной раз столкнулась с уличной святошей, что разглагольствовала о благе и равенстве для всех перед толпой, но без зазрений совести гнала прочь с насмешками тех сирот, что все же отваживались обратиться к ней за помощью.

— Скажи, Джет, чего бы ты хотел добиться? — спросила земная тихо, смотря в сторону — в мыслях она вновь переживала свое прошлое.

— О… я хотел… я всегда мечтал быть настоящим ученым, — столь же тихо ответил кот. — Вы же знаете, как к нам относятся остальные? Прохвосты и вечные бродяги, мы, абиссинцы, вынуждены вечно скитаться по чужим государствам. А я, глядя на то, как горбатятся мои родственники, хотел доказать, что мы не только чернорабочие или преступники. Что мы тоже можем быть мыслителями и творить.

— Хорошая мечта.

Они несколько минут молчали, каждый думая о чем-то своем.

— Знаешь, Джет, я не стану обещать, что могу осуществить твою мечту, но ты сам можешь приблизить этот момент, если поможешь станции выжить. Помоги нам, и, может быть, я помогу тебе, — сказала Розмарин, освобождаясь от накатившей меланхолии. — И для начала я хотела бы, чтобы ты рассказал, как выглядит весь процесс прибытия со стороны, а так же как его можно улучшить.

Заметив, что кот опять прижал уши и отводит взгляд, кобыла внутренне зарычала от раздражения.

— Это правда нам нужно, Джет, и я бы не хотела для этого привлекать профессора Шелзума… — сказала она и тут же заметила, как абиссинец встрепенулся, а потом сжал лямку сумки в лапах. О, кажется, я нащупала что-то стоящее, в удовлетворении подумала Розмарин, и в ее памяти тут же всплыл момент в дверях. Похоже, первое впечатление от старика соответствует действительности, и он мало кому нравится. Плохо, что он считается врио начальника у ученых, но, уверена, он быстро лишится этого места, если того пожелает госпожа Лиф. И будет полезно установить хорошие отношения с Джетом. — Ладно, не обязательно рассказывать все прямо сейчас мне. Можешь отнестись к этому, как к лабораторной работе. Вы ведь тоже делаете отчеты, где описываете, что вы делали и как все происходило с последующими выводами?

Кот на это покивал.

— Отлично. Сделай отчет об этом. А я пока внимательно изучу твое дело и подумаю, куда тебя можно пристроить.

Джет глубоко задумался: замер, перебирая лапами лямку сумки и шевеля ушами, словно прислушивался к мыслям. Розмарин довольно улыбнулась, посчитав это успехом, но потом напряглась, услышав в ухе голос Лилит.

— Шеф, я бы посоветовала еще подключить сюда…

— Хм.

— …одного из техников, Клода Валитэ, он был довольно внимателен и…

— Младший лейтенант Шале, минутку. Я свяжусь с вами после того, как закончу, — тихо рыча произнесла Розмарин, после чего хмуро посмотрела на кота. — Прошу прощения, подчиненные требуют моего внимания. Есть ли вопросы или замечания ко мне, Джет?

— А… да, есть одно, — встрепенувшись, ответил абиссинец, открывая сумку. Розмарин невольно напряглась, наблюдая за его возней, но потом захлопала глазами, увидев, что он вытащил из сумки. — Доктор Стоун попросил передать вам это, а еще эти слова…

Джет нажал кнопку на информере:

— "Капитан, у меня сложились хорошие впечатления о вас. Будет жалко тратить этот божественный нектар на такого неудачника, как я, поэтому прошу принять этот презент. Распорядитесь им на свое усмотрение. А еще, прошу, позаботьтесь о моей группе."

Кобыла несколько секунд обалдело рассматривала бутылку дорогого бренди в лапах кота, пока из его информера звучала запись голоса минотавра, потом перевела взгляд на самого Джета и помотала головой.

— Я не могу ее принять. Это можно рассматривать, как дачу взятки.

— Я… я не думаю, что доктор Стоун был бы способен на такое, — грустно сказал абиссинец, поставив бутылку на стол между ними. Шмыгнув носом, он сложил лапы на сумке, посмотрел в сторону и пробормотал: — Мне кажется, это было его последнее желание…

Поколебавшись немного, Розмарин дотянулась до бутылки, подняла ее к глазам и, посидев немного, кивнула.

— Последнее желание — закон. Я приму ее, но это никак не отразится на отношении к тебе, Джет, или к другим ученым.

— Хорошо… тогда я пойду?

— Свободен, Джет. Не забудь об отчете, — ответила ему кобыла, после чего снова уставилась на бутыль. Охренеть, оно же стоит как две мои зарплаты, невольно подумала она, когда откуда-то из памяти вдруг всплыл ценник. Не волнуйся, Марбл Стоун, я позабочусь о всех. И помяну тебя, как и подобает.

— Эм… шеф, так что на счет… — подала голос пегаска после того, как за Джетом закрылась дверь.

Лилит, — пророкотала Розмарин, давая понять, что подчиненная зря напомнила о своем существовании. — После смены жду с личным докладом.