Пропавшая принцесса
Акт II. Связанные судьбой. Глава 5. Призраки дворца.
Рекомендуемая музыка: https://www.youtube.com/watch?v=XGC80iRS7tw&t=963s
* — дословно "участок" на беларусском.
«И ты что, действительно ни разу не ходила туда? Это же невероятно интересно, таинственно и так интригующе, словно в детективной драме!»
Эпплджек не знала, как вежливо уйти выйти из положения, в котором она оказалась, неосмотрительно рассказав своей новой соседке, этому ходячему розовому сгустку энергии и радости, о душевных страданиях Рарити и её регулярных посещениях сгоревших руин на набережной. Хотя и понять её можно, ведь Пинки Пай, если уж захотела что-то узнать, то выпытает это из кого угодно. Поэтому, увидев, в каком подавленном состоянии на её вечеринку пришла – хотя, честнее будет сказать, была чуть ли не силой притащена Пинки – та необычайно красивая белая единорожка из квартиры через две двери от её, и как на всё её шутки и развлечения она не реагировала ничем, кроме самой фальшивой из всех улыбок, что Пинки когда-либо видела, земнопони твёрдо решила, что выяснит стоящую за этим историю. А поскольку сама единорожка быстро покинула вечеринку, сославшись на раннее начало рабочего дня, то единственной «жертвой» её тщательного допроса стала Эпплджек.
«Да, Пинки, я действительно там ни разу не бывала. Просто иногда есть ситуации, когда пони лучше побыть в одиночестве. Поверь, ты действительно не представляешь, насколько много для неё значат эти обгоревшие стены»
Ушки Пинки немного поникли, и её голос впервые за всё время знакомства с Эпплджек как будто бы стал серьезным и даже немного печальным.
«Да, твой рассказ о ней – самый грустный из всех историй, что я слышала на своих вечеринках, это словно сказка, только неправильная, злая… Нооо! – секундная пауза, и на лице Пинки появляется улыбка, а в голосе появляются нотки озорства, — Я ведь и не говорила, что нам стоит сходить туда вместе с ней!»
«А зачем мне… Стоп, нам? Ты что, всерьез хочешь, чтобы мы пошли туда с тобой вдвоем? – голос оранжевой земнопони не выражал ни капли энтузиазма, — Пинки, это просто глупо, бессмысленно и просто опасно! Ты что, проблем с городской стражей захотела?»
Пинки лишь ухмыльнулась, ни капли не смутившись ответу и явно настроенная добиться своего.
«Сколько раз там Рарити бывала, ты говоришь? И её ни разу не поймали! А может, ты боишься не стражи?» — улыбнувшись во всю мордочку и откровенно дразнящим тоном затянула Пинки.
«Я не боюсь, — сразу парировала Эпплджек и сразу добавила, — я просто не хочу провести ночь в пастарунке*. И потом, на кого ты намекаешь?»
Пинки улыбнулась ещё сильнее, видя, что её уловка срабатывает.
«Ну как кого? Кто обитает в старых сгоревших дворцах, особенно дворцах, где погибли пони, и особенно, если это были сами принцессы?» — розовогривая будущая кондитерша постаралась придать заговорщицкий тон голосу.
«И кого же? Эй!» — Эпплджек не заметила, когда Пинки успела зажечь свечу и дотянуться до выключателя, погрузив комнату в полумрак.
«Тех, кто приходит из теениии! Моя бабушка часто рассказывала мне о них, да и я сама видела однажды настоящее привидение у нас на ферме, что бы там не говорила Мод, я знаю, что видела!» — конец фразы она проговорила в своей обычной манере скороговоркой, чем сразу сбила появившуюся было мистическую атмосферу в помещении.
«Хах, а я-то думала! Привидений, Пинки, я не боюсь тем более!» — Эпплджек наигранно усмехнулась, хотя где-то в глубине души вполне допускала правоту слов новой подруги.
— «Значит, ты согласна сходить со мной во дворец завтра вечером, да? Урааа!»
— «И снова, Пинки, я такого не говорила! Мне есть, чем заняться после работы, и лазать по охраняемым руинам точно не входит в эти планы!»
— «Агааа, — тон Пинки стал уже откровенно провоцирующим, — значит, ты всё-таки боишься!»
— «Да не боюсь я! Мы, Эпплы, не робкого десятка!» — рыжая земнопони действительно считала обвинение в трусости серьезным оскорблением, учитывая богатую историю борьбы её семьи с хищниками, приходившими порой из растущей сразу за их фермой дремучей пущи.
— «Тогда пошли!» — розовогривая земнопони поняла, что уже добилась своего.
— «Да не пойду я никуда, какая глупость!»
«До сих пор не могу поверить, что я позволила тебе уговорить меня на это!»
Эпплджек с Пинки стояли напротив мрачной, местами погнутой, но в целом сохранившей свои красоту и, что важно, прочность решетки изящного дворцового забора в стиле рококо. Пробовать его перелезть, цепляясь копытами за мокрые прутья, когда в любой момент из-за угла мог появиться очередной патруль, было самой глупой идеей, как представлялось работнице консервной фабрики, и это давало ей надежду, что сейчас они развернутся и просто пойдут домой, но непредсказуемый характер её новой подруги вновь явил себя во всей красе – она с сосредоточенным видом медленно шла вдоль забора, будто бы… принюхиваясь? Или, скорее прислушиваясь?
«Пинки, я правда не думаю, что тут есть бре…»
«Ура, есть! Он здесь!» — Эпплджек не успела договорить, как Пинки вдруг радостно запрыгала, остановившись возле одной из секций забора. В ответ на изумленно-вопрошающий взгляд подруги она лишь легонько толкнула копытами решетку, и она легко приподнялась, оказавшись закрепленной лишь сверху. Тем не менее, Эпплджек понимала, что Пинки никак не могла заметить этого, находясь по эту сторону.
— «Ты что, уже бывала здесь раньше?»
— «Конечно же нет, я же тебе рассказывала, как я провела всё детство…»
— «Нет, нет, Пинки, поверь, я прекрасно помню твою историю, пересказ будет излишним, — Эпплджек вовремя парировала угрозу получасового эмоционального рассказа, который она слышала уже раза три за этих два дня, — Я просто не понимаю, как ты узнала, что проход именно тут? На вид эта решетка ничем не отличается от соседних!»
— «О, я и сама не знала! Я просто чувствую такие вещи!» — уже с той стороны забора ответило розовое безумие, как мысленно начала называть подругу Эпплджек, которой не оставалось теперь ничего, кроме как последовать за Пинки к мрачному, обгоревшему и – теперь она уже призналась в этом самой себе – пугавшему её дворцу.
— «Какое странное место! Раньше здесь, должно быть, было столько веселья и смеха, а теперь лишь тишина и …»
— «Шшшш! Пинки! Стражники могут быть прямо за стеной!» — Эпплджек на всякий случай напомнила подруге, хотя на самом деле, в этот раз в подобных замечаниях не было никакой необходимости, поскольку впервые за все время их недолгого знакомства розовогривая земнопони говорила тихим и невеселым голосом. И было, из-за чего.
Выгоревший бальный зал в сумеречном свете, пробивавшимся через забитые досками окна, производил гнетущее впечатление. Каждая сохранившаяся деталь словно бы рассказывала историю, взывая к жизни образы празднества давно минувших дней. Эпплджек, разумеется, никогда не бывала на балах, но достаточно читала о них, а также слышала, и прежде всего, конечно же, от белой и вечно печальной единорожки из соседней квартиры. Насколько же сильной должна быть её душевная боль, что заставляет её приходить сюда снова и снова! Находиться здесь было просто невыносимо тоскливо.
— «Ладно, Пинки, здесь нам делать нечего. Пошли, снаружи сейчас совсем стемнеет, а спичек я не брала... Эм, Пинки?» — Эпплджек с тревогой наблюдала за подругой, замершей как вкопанная посреди зала и напряженно смотревшей на стену с фресками.
— «Там кто-то есть» — наконец сказала Пинки голосом, от которого у рыжей земнопони сразу встала дыбом шерстка.
— «Сейчас не лучшее время для шуток, мне кажется!» — попытавшись сохранять самообладание ответила Эпплджек, хотя сама понимала, что Пинки не шутит, и более того, действительно напугана.
Если Пинки и хотела что-то ответить подруге, то сделать этого не успела, поскольку в следующее мгновение они обе заметили, как буквально из стены зала, аккурат под местом, где некогда висел герб, появился черный призрачный силуэт.
«Бежим!» — Эпплджек первой сумела преодолеть оцепенение, вызванное явившемся кошмаром, и, схватив копытом подругу, бросилась в сторону импровизированного выхода, однако черный силуэт к её неописуемому ужасу внезапно раскрыл крылья и за мгновение пролетел через половину зала, приземлившись прямо перед двумя обезумевшими от страха земнопони.
«Куда собрались, гражданки?» — прежде чем Эпплджек успела хоть как-то среагировать, заявил командным тоном пегасий силуэт, оказавшийся не таким уж и призрачным.