На всё воля Силы

Массивная туша Звезды Смерти сминала пространство, неотвратимо накатываясь на Явин. Палпатин, посмеиваясь, потёр морщинистые руки. Впрочем, Вейдер, невозмутимо стоящий возле трона императора, как никто знал, сколь обманчива показная немощь владыки ситхов. Подошедший офицер доложил:

— Повелитель, мы ложимся на боевой курс. Дистанция оптимального поражения будет достигнута через пять минут.

— Прекрасно. — Император удовлетворённо откинулся на спинку трона. — Вейдер, голубчик, разве это не чудесно? Благодаря нашему чудному новому знакомству мы смогли завершить наш проект гораздо раньше, чем мятежники сумели подготовиться, и похищенными старыми планами им теперь остаётся только, ты уж прости старика за прямоту, подтереться. И та шахта... это уже потом, когда мы её перекрыли, чтобы уберечь наше заблудившееся чудо, оказалось, что для одарённого Силой она уязвима. Удачно вышло, правда?

— Несомненно, повелитель, — прогудел Вейдер. — Однако осмелюсь напомнить про элемент непредсказуемости. Именно благодаря ему...

— Да-да, именно благодаря ему мы обнаружили существенную брешь в защите станции, ты это хотел сказать? — ласково улыбнулся Палпатин ученику.

— На всё воля Силы, повелитель, — Тёмный Лорд дипломатично предпочёл свернуть дискуссию и склонил голову.

— Приятно видеть, апрентис, что ты не утратил способности усваивать уроки на нелёгком пути жизни, — хмыкнул Палпатин и посерьёзнел. — А прочее... Ученик, сладить с этим гораздо проще, чем тебе кажется. У любого события, вещи, существа есть свои пружины, ими движущие. И не всегда Сила здесь помогает.

— И как же их тогда обнаружить? — с проснувшимся интересом спросил Вейдер.

— Опыт, голубчик. — Палпатин захихикал. — Много, много опыта. Но не волнуйся, это дело наживное... Кстати, о пружинах. Вели-ка принести с камбуза ещё тех замечательных печенек, у нас они заканчиваются, да, малютка?

Он с умилением посмотрел на большой круглый манеж в центре зала.

— Повелитель, дистанция до Явина-4 — пятнадцать диаметров планеты. Мы готовы открыть огонь.

— Великолепно! — Палпатин воодушевленно хлопнул в ладоши. — Наконец-то мы, великие герои, спасём Галактику и покончим с этими гадкими бунтарями! Итак, наше секретное-пресекретное оружие вступает в дело, да, малышка?

Палпатин потянулся Силой к ящику подле манежа и извлёк оттуда пушистое перо.

— Смотри, правда, красивое? А теперь мы с тобой немножко посмеёмся, пощекочем твой восхитительный носик, и...

ХЛОП!

— Ваше Величество! Как вы могли?!

— Э... А что именно я мог, принцесса? — Палпатин слегка смутился и выронил перо обратно в ящик. — Мы тут играем, любуемся звёздными пейзажами, дразним доброго дядюшку Вейдера, кушаем печеньки...

— Вот именно! — Каденза возмущённо топнула ногой. — Вы обещали, что вернёте Фларри Харт до шести часов, а уже начало восьмого. Ей давно пора ужинать, мыться и спать, а не есть какие-то печеньки!

— Что, уже так поздно?! — удивился и чуть растерялся Палпатин, добывая из-под своей хламиды золотой брегет. — Ах ты ж... В самом деле. Я и не заметил. Простите, принцесса, но Фларри настолько мила, что мы совершенно позабыли про время. Красавица, вся в матушку, несомненно. Да ещё разные часовые пояса в разных звёздных системах... Виноват-с, простите великодушно.

— Ну что ж, ладно, — Каденза, польщённая явным восхищением окружающих как Фларри, радостно загулившей в манеже с игрушками, так и ею самой, подошла к нему и магией вынула дочку, сажая её себе на спину. — Надеюсь, она не доставляет вам хлопот?

— Ну что вы, дорогая Каденза, после той оравы моих племянников и прочей родни, что проживает нынче на Набу — тут уж поверьте, мне есть с чем сравнивать — ваша прекрасная дочка просто ангел! — беспечно всплеснул руками Палпатин с искренним восхищением. — Всё, что нам нужно было сделать, чтобы устранить мелкие неудобства для Фларри, пока она не научится управлять своими способностями — это соорудить энергоуловитель, но он, собственно, уже был встроен в станцию, так что сбрасывать лишнюю энергию труда не составляет.

— А, тогда прекрасно, — оценив шахту над манежем, ведущую к фокусирующему кристаллу суперлазера, Каденза благосклонно покивала. — Стало быть, всё, как обычно — я отправлю к вам Фларри завтра?

— Ну конечно же! — Палпатин гостеприимно раскинул руки. — Мы с лордом Вейдером будем счастливы вновь видеть и Фларри, и вас, принцесса, на чаепитии.

— О, спасибо, вы очень любезны.

— Вейдер, дружочек, вы добыли печенье?

— Да, конечно, повелитель.

— Ну так не стойте же Монолитом, передайте его Её Высочеству. Было бы нечестно лишить принцессу такого удовольствия.

— Благодарю вас. — Каденза приняла коробку и вежливо кивнула. — Не смею более вас беспокоить.

— Никакого беспокойства, право же, — взмахнул рукой император. — Счастливого пути и до скорейшей встречи, дорогая Каденза.

Принцесса телепортировалась. Улыбка на лице Палпатина увяла, сменившись лёгкой досадой, он опустился на трон и забарабанил пальцами по подлокотникам.

— Как я и говорил, повелитель, ставка на тёмную лошадку чревата неожиданностями, — флегматично напомнил Вейдер.

— Да разве это неожиданность, голубчик, — со вздохом отмахнулся Палпатин. — Так, всего лишь небольшая задержка. Вот когда Фларри внезапно свалилась после очередного насморка нам на головы, и вы гонялись за ней по всей станции — это была неожиданность, признаю, вкупе с визитом принцессы Кадензы вдогонку и самим фактом наличия на боевой станции сачков для бабочек. Кстати, я так и не доискался, зачем они здесь, и откуда взялись. И уж конечно, наибольшей неожиданностью оказалось, насколько же сильна в этой малышке Тёмная Сторона Силы, которую у них там просто некому развить и направить. Ах, это же настоящий чёрный алмаз, Вейдер, дружочек! Остаётся лишь огранить его в бриллиант, чей блеск затмит звёзды, чем мы и займёмся. Трубите-ка покамест отбой боевой тревоги, господа.

— Но повелитель... а как же мятежники? — осторожно уточнил дежурный офицер.

— А куда они до завтра денутся? — пожал плечами Палпатин, вновь пришедший в прекрасное расположение духа. — Даром, что ли, с нами половина флота носится, как Джа-Джа с крашеным яйцом? Вот пусть и постерегут, с них не убудет.

Он задумчиво пошуршал остатками фигурных печенек в вазочке на стоящем у трона столике. Вытащил одну и поморщился.

— И вот что, Вейдер...

— Да, повелитель?

— Пеки лучше печеньки ты. От вида таркиновских... вот что это за тварь, а?.. Даже мадхотарский пятнистый долговяз рядом с ней — ангел с Иего! — Император бросил печеньку в вазочку, та отскочила и скатилась на пол. Владыка ситхов проводил её недовольным взглядом, но ловить не стал, лишь поёрзал на троне, умащиваясь поудобнее. — Словом, от вида таркиновских поделий даже у моих мидихлориан тремор ложноножек и ложноручек начинается, а ты на своих детишках знатно навострился. Я понимаю, у Таркина доктрина страха, три наряда от меня на камбуз за эту самую доктрину, за раздолбанный зазря Альдераан и всё такое, но и совесть же надо иметь, в конце концов! Спросить у него, что ли, где он такие формы для теста раздобыл, и внедрить на Кесселе и в прочих каталажках? Для вящего перевоспитательного эффекта...

— Я спрашивал. — Вейдер педантично подобрал Силой упавшую печеньку и вернул в вазочку. — Таркин их купил через галанет на Дагобаре.

— И почему я не удивлён? — Палпатин удручённо покачал головой. — Что ж, после Явина придётся нанести визит и туда.

— На всё воля повелителя.