Дорогая Хула

Где-то вредные привычки проходят сами собой.

Принцесса Селестия ОС - пони

Всё, что мы хотели сделать…

Однажды Искатели знаков отличия уже работали в газете. В то недоброе время их оружием были сплетни, слухи и недомолвки, что позволило тиражу взлететь до небес. Но за каждым взлётом следует падение, и оно преподало им ценный урок. Они попросили прощения, и все жили долго и счастливо. Ну, недели где-то три. Искатели вновь возвращаются в газетный бизнес, и на этот раз в их статьях не будет ни капли лжи. Это небольшая история о торжестве энтузиазма над способностями.

Эплблум Скуталу Свити Белл

Возвращение домой

Пони возвращается к себе домой.

Другие пони

"В погоне за тенью."

В Эквестрии вот уже 400 лет правит злой король тиран, свергнувший принцесс, а главной силой в некогда прекрасной стране является Торговая компания продающая рабов. что ждёт в этом жестоком мире беглого раба? Сможет ли он изменить новую Эквестрию?

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Кантерлотский детектив.

В Кантерлоте стали пропадать пони, а из далеких стран прибыл известный маг и аристократ, сразу же очаровавший все светское и магическое общество. Связанно ли это? Кто по ночам дергает перья из крыльев пегасов? Почему кошки так любят собираться у Малого Кантерлотского Театра? Новоиспеченному детективу, Бел Ван Сапке, придется разгадать и не такие загадки столицы Эквестрии.

Принцесса Луна Октавия

Искры миров

Случайности вселенной никогда не возможно предугадать, много нитей переплетаются и рвутся в череде непредсказуемостей. Какой-то художник легкими мазками смешивает краски, творит ими пятна и линии, создает картину. Картину судьбы. Картину жизни. Но что стоит мазнуть фиолетовым по серому? Такое простое для художника движение. И такое тяжкое последствие для двух разных и в то же время одинаковых, текущих во мраке повседневности судеб...

Твайлайт Спаркл Человеки

Ночь стала вдвое больше

Когда моя драгоценная жена, Луна, обнаружила, что беременна - все были очень удивлены. Особенно учитывая, что муж - то бишь я - не пони, а человек. Однако ж вот... И теперь мне приходится иметь дело со всеми неприятными особенностями её состояния. С беспокойством, например. Вот я и успокаиваю.

Принцесса Луна Человеки

О настырных насекомых...

Вот уже некоторое время Анон работает уборщиком в школе Дружбы и, в целом, доволен судьбой. Тем более, что все ученики вполне дружелюбны к нему - за исключением одной кобылочки-чейнджлинга...

Другие пони Человеки

Сломленная

Твайлайт, наконец, возвратилась домой, и ее друзья, а также все жители Понивилля с нетерпением ждут встречи с ней. Но она изменилась. Все еще страдая от полученных ран, практически потерявшая возможность использовать магию и преследуемая по ночам кошмарами о Земле, Твайлайт все сильнее и сильнее отдаляется от тех, кто когда-то был ей невероятно дорог. Будет ли отчаяние единорожки и неспособность друзей понять ее стоить ей того, что она ценила сильнее всего до сделки с Дискордом?

Твайлайт Спаркл

Vale, Twilight Sparkle

Ничего уже не будет как прежде. Но, возможно, будет лучше? Мой взгляд на превращение Твайлайт.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Автор рисунка: BonesWolbach

Музыка Миров, том первый

Глава 15.5. Первая любовь (18+)

Музыка в главе:

RADIO TAPOK – Demons Are a Girl's Best Friend (Powerwolf Cover)
Гражданская Оборона – Всё идёт по плану (упоминание)
Год Змеи – Тук-тук

«Они серьёзно, что ли, рассказывали подобное друг другу?.. Хотя... Я же тоже!»

Лев и Найт Глайд сидели за столом и кушали. Фестралка в ускоренном темпе шла на поправку, так что поварской колпак на себя нацепил Лев, пусть и к некоторому неудовольствию кобылки. И не потому что он плохо готовил, ни в коем случае: самостоятельная жизнь приучила Льва делать сытные и вкусные блюда из того, что находилось под рукой – а у его дамы пока что проблем с продуктами не было. Просто Найт Глайд сама хотела приготовить любимому вкусный ужин.

Они ели жареного глухаря – первую настоящую добычу человека, неосторожно попавшуюся в силки. Лев решил порадовать любимую пищей с костра, хоть у неё и была зачарованная плита. Деликатес леса сопровождался жареными на палочках грибами, луком и помидорами.

На аккуратном столике лежал телефон Льва и играл кавер на песню группы «Powerwolf», переведённый и исполненный его соотечественником:

«Позволь же им тебе помочь
И увести подальше прочь,
Оставив свою веру в эту ночь!

Уоооооуоооооо,
Демон искушает своих прислуг;
Уоооооуоооооо,
Демон — это лучший друг...»

– Странно. Я абсолютно не понимаю того, что поёт твоя волшебная коробочка, но я прекрасно понимаю тебя, когда ты поёшь совершенно те же слова под ту же мелодию. Как это работает? – задала вполне логичный вопрос кобылка, чувствовавшая себя с каждым днём всё лучше.

– Это не волшебная коробочка, а телефон. Магии в нём ни шиша. А так, не знаю, Нáйти. Спроси у Дискорда, если тебе так интересно. Мне это не важно, я лишь очень сильно рад, что мы друг друга с тобой можем понять.

– Да ну его... Как ты сам говоришь, не буди лихо, пока оно тихо. К тому же, мы с тобой ещё какое-то время ещё не можем появляться в Понивилле из-за... как ты называл? Самоизоляции? Да, из-за неё.

– Это не только моё решение, ты же знаешь. Зекора согласилась, что подобное будет целесообразно. Учитель и сама никуда пока не собирается, чтобы никого не заразить случайно в городе. И ей нужно время, чтобы знать наверняка, что её зелья нас троих обезопасили. Хотя за продуктами я бы сходить не отказался. Я бы тебе зажарил свинину и попробовал бы сделать манговый соус. Слышал я, мышепони очень любят этот фрукт.

– Ты меня и-и-и-избалуешь совсем! – мило рассмеялась бывшая пограничница. – Да, я очень люблю как свинину, так и манго. Думаю, совмещение было бы очень вкусным... Хоть я и невозможно довольна и твоей кухней сейчас. Давно я не ела мясо с огня. Наверное, несколько месяцев. А твоя идея зажарить и овощи на открытом пламени очень даже хороша... – довольно икнула кобылка. Фестралка не объелась, просто насытилась. Сегодня ей были нужны все силы для того, что она задумала, так что переедание не входило в планы кобылки. – Спасибо тебе... мой Львёнок. Но я всё равно хотела приготовить ужин тебе сама!

Лев замер с кусочком гриба перед своим носом. Прошло уже несколько дней с момента их признания друг другу, но ему всё ещё было немного непривычно от осознания, что такая ошеломительная кобылка, как Нáйти испытывала к нему искренние и нежные чувства. Парень отложил тарелку и нежно погладил сидящую рядом кобылку по её блестящей фиолетовой гриве.

– Я безумно люблю тебя, моя фестралочка. Потому и приготовил со всей своей любовью этот ужин. И давай тогда, раз уж мы оба хотим друг друга радовать своей стряпнёй, кашеварить по очереди.

– Это отличная идея, мой спаси-и-и-итель... – нежно прильнула поняшка к ласкающей её голову руке. – И я тоже искренне люблю тебя. Наверное даже, не меньше, чем Великую... Ты наелся? Мне не хотелось бы, чтобы ты не мог пошевелиться этим вечером...

– Что-то планируешь, мышца? – добродушно хмыкнул Лев. Он даже и не догадывался о том, как кобылка сегодня хотела поднять их чувства на совершенно новый уровень.

– Сам же знаешь, я затопила баню. А с набитым пузом наслаждаться паром было бы не очень. Возьми с собой свою коро... телефон. Я хочу послушать вашу земную музыку, а самого петь я тебя заставлять не стану. У меня есть планы на твои губы... – Найт Глайд запрыгнула ко Льву на колени и нежно поцеловала парня.

– Хорошо, моя мышка...

– Я пойду пока проверю температуру. Ты помоешь посуду и уберёшь недоеденное в охлаждающий шкаф, чтобы не испортилось?


Через некоторое время Лев зашёл в парилку, обёрнутый полотенцем и сразу подумал, что что-то было не так. В отличие от прошлых его посещений бани, как дома на Земле, так и у фестралки, которой по душе была не такая суровая жара, как у людей, но всё же, и не такой низкий градус; температура едва ли ощущалась большой. Внутри помещения было значительно теплее, чем в доме, но совершенно не доходило до границ, когда жар сразу же немилосердно ударял бы по лёгким или заставлял бы обливаться потом. Скорее, это напоминало комфортную сауну, где можно было часами сидеть и болтать, чем традиционную русскую баню со своими адскими условиями. Кобылка знала о предпочтениях своего человека, так что ошибки быть не могло: подобную температуру она сделала специально. Сама же хозяйка уютного домика посреди некогда королевского парка, за последнюю тысячу лет значительно разросшегося, лежала на животе на одной из дощатых полок и смотрела в сторону входа, явно ожидая Льва.

– Нáйти, а чего тут не натоплено? – вместо ответа кобылка серьёзным, но слегка затуманенным взглядом попросила Льва сесть на полку рядом с ней. Человек послушался свою любимую и с искренним вопросом во взгляде посмотрел на бэт-пони. Она прижалась к телу парня и тихо произнесла:

– Здесь не натоплено, потому что нам было бы некомфортно и небезопасно...

– Почему? – удивился Лев. Он всё ещё искренне не понимал, к чему клонит Найт Глайд.

– Потому что я хочу сегодняшней ночью окончательно и бесповоротно стать твоей...

Лев не успел осознать весь смысл сказанных фестралкой слов, как она зубами сдёрнула закрывавшее таз полотенце.

– Нáйти?! Что ты... – бэт-пони не дала ему опомниться и, приподнявшись и обняв Льва передними ногами за шею, запечатала губы того поцелуем. Когда кобылка оторвалась от любимого, она аккуратно сняла с его лица забытые им на носу очки, положила их на полку выше рядом с телефоном и нежно провела крылом от груди до таза человека. После чего своими янтарно-жёлтыми глазами посмотрела в карие глаза человека и шёпотом произнесла:

– Я всем сердцем люблю тебя, мой потрясающий Лев. Я не могу не любить после всего того, что произошло между нами... И я безумно хочу стать твоей кобылкой во всех смыслах... Хочу, чтобы ты меня любил так, как жеребцы любят своих кобыл. Чтобы мы слились воедино этой потрясающей ночью... Я хочу тебя.

Взгляд бэт-пони из томного и чуть осторожного стал страстным и решительным, но ждущим ответа. Лев, слегка сглотнув от понимания искренности намерений любимой и пикантности ситуации, произнёс:

– Конечно, Нáйти. Я тоже безумно люблю тебя. Я обещаю, что постараюсь сделать всё возможное, чтобы эта ночь стала для нас незабываемой... Только... Есть одно «но»... – слегка замялся человек, стесняясь сказать то, что его тревожило. Кобылка аккуратно ткнулась носом в нос парня, нежно потёрлась и спросила:

– Что тебя беспокоит, мой дорогой? Что мы разных видов и не подойдём друг другу?.. Судя по тому, что я вижу у тебя ниже живота, как он понемногу набирает силы, я думаю, всё пройдёт хорошо. Он очень похож по размеру на те, которые я уже видела... Хоть и совершенно другой, непривычной формы и цвета...

– Да нет... – смутился парень, впрочем, начиная всё больше возбуждаться от внимания ошеломительной кобылки к своему члену. Лев вздохнул, посмотрел в ждущие глаза любимой и тихо произнёс, готовый к её приговору и осуждению: – Я... я не знаю, как это правильно делать... У меня... до этого никогда не было секса...

У Найт Глайд чуть замерло сердце: она не могла поверить, что такой красивый, добрый и умный жеребец, готовый пожертвовать собой ради той, кто ему бы был дорог – и не знал никого до этого момента по-настоящему близко. Она тихо прошептала:

– Значит... я буду твоей первой?..

– Да... Прости меня за это...

Внимательно посмотрев в любимые карие глаза и поняв, что Лев не обманывает свою пассию, кобылка ответила:

– Тебе не за что извиняться... Ничего страшного, мой львёнок. Я обещаю, что научу тебя любви... – фестралка аккуратно слезла с человека и стала покрывать поцелуями его мужское достоинство, тем самым, распаляя человека ещё больше. Прежде, чем приступить к самому интересному, кобылка вновь встретилась взглядом с чуть прищурившимся, но наблюдавшим с нескрываемыми нежностью страстью и любовью за её действиями, человеком и произнесла: – А ещё, я должна признаться, мой любимый. У меня сердце замирает в груди от искренней радости, что я у тебя буду первой. Это значит, что ты никогда не забудешь эту ночь... Как и не забуду её я, ведь это будет мой первый раз с человеком и первый раз с по-настоящему любимым, а не во время горячности охоты...

Произнеся это, Найт Глайд приоткрыла свой ротик и осторожно обвила заострённым язычком головку Льва. Ночная охотница стала нежно массировать верхушку члена парня, заодно изучая его необычные, но такие возбуждающие и дорогие её сердцу вкус и запах мужчины. Её мужчины. Привыкнув к ощущениям и обильно смазав слюной головку члена, бэт-пони стала понемногу продвигаться ниже, заглатывая человеческий ствол в свой всеядный ротик, попутно стараясь обвить его тело своим язычком.

Наконец, полностью привыкнув к необычной форме члена своего любимого, Найт Глайд начала понемногу двигать головой вверх и вниз, специально издавая своим ртом пошлые причмокивающие звуки, тем самым дополнительно возбуждая любовника. Лев, даже получая свой самый первый в жизни минет, понимал, что движения рта и языка его соблазнительницы были довольно искусны. Но и также прекрасно понимал, что старалась она в эту секунду исключительно для него – и что больше сейчас, кроме них двоих не было никого на всём белом свете: ни Земли, ни Эквуса. Был лишь человек, который в эту секунду был неопытен, но возбуждён, искренне любил свою кобылку и понемногу приближался к своему первому оргазму от неё; и была лишь фестралка, которая со всей своей искренностью, нежностью и страстью, хотела сделать именно ему, своему любимому парню, по-настоящему приятно.

Фестралка понемногу ускорялась, заодно нанизываясь ртом на член любимого всё глубже. Найт Глайд была максимально, при этом, осторожна, чтобы, не приведи Великая, не поранить его своими острыми клычками, которые так любил изучать своим языком Лев во время их поцелуев. Кобылка достигла почти максимальной скорости, на которую она была способна, когда Лев сквозь стон прокричал:

– Нáйти! Я сейчас кончу!..

Бэт-пони не стала отказывать любимому в удовольствии. Она и сама ощущала по лёгкому дрожанию члена у себя во рту, что любимый максимально близок к своему пику – и, когда поняла, что он уже вот-вот перестанет сдерживаться, сделала особенно мощный рывок головой вниз. Струя горячей человеческой спермы мощным гейзером изверглась прямо в горло с нетерпением ждавшей этого кобылки, начавшей заглатывать семя своего любимого. Когда её поток иссяк, Найт Глайд сделала ещё несколько движений язычком вокруг члена своего любимого и слизнула выделившиеся остатки. Тяжело дыша, она легла на бедро откинувшегося на спину парня и произнесла:

– Какой... У тебя необычный и сильный...но умопомрачительно приятный вкус... И запах... А ещё ты держался значительно дольше... тех, с кем я была раньше... всех их...

– О боже мой... – пробормотал Лев, понемногу приходя в себя после бурного оргазма, – Нáйти, моя мышка... я думал... ха... Я думал, у меня крышу сорвёт, вот честно... Я сам своими руками... никогда так ярко не финишировал... Ух... Аж в глазах потемнело...

– Всё хорошо, моя любовь?.. – чуть беспокойно подняла на своего любимого взгляд кобылка. Однако счастливейшая улыбка на лице Льва сразу же уняла у неё всяческое беспокойство. – То ли ещё будет, мой Лёвушка... – интригующе проворковала она.

– Да я... только за, моя милая фестралочка... Давай только чуть-чуть передохнём и попьём воды...


После небольшого перерыва, Лев твёрдо решил отплатить кобылке за неимоверный минет. Может, он и не был опытен, но его вели искренность любви к Найт Глайд и собственный энтузиазм. Пока фестралка ходила за водой для них обоих, человек не без интереса наслаждался открывшимся ему ракурсом. Его любимая мало того, что сдвинула свой прекрасный фиолетовый хвост и убрала скрывающую магию, так ещё и схватилась крыльями в районе меток судьбы за свои упругие тёмно-серые ягодицы, раздвигая их вместе с потрясающей розовой пещеркой. Льву стоило огромного усилия воли не рвануться к ней, схватив за круп, и не погрузиться своим языком в сочащееся лоно Найт Глайд. Когда кобылка вернулась, человек попросил лечь её на живот на полку выше, попкой к нему. Она согласилась, но прошептала:

– Я с нетерпением ждала этого уже несколько дней... Мне интересно почувствовать твой язык внутри себя. Только, Львёнок, будь нежен со мной, я очень... А-а-ах! – как раз в этот момент человек, не дослушав кобылку, погрузил свой толстый язык в её пещерку, – чувстви-и-и-и-ительная, милость Великой!.. Договорить не дал... Не останавливайся...

Лев послушно угукнул и стал изучать внутренний мир Нáйти. Та почти сразу же подалась телом в его сторону, позволяя землянину легче достичь той особенной зоны внутри, которая обещала самое сильное удовольствие.

– Чуть ниже... О-о-ох, и-и-и-именно тут... О, Любовь Ночи, ты сводишь меня с ума... А-ах...

Найт Глайд в какой-то момент времени перестала комментировать происходящее и лишь постанывала от удовольствия. Звуки громких вздохов и стонов мышепони эхом отражались от стенок парилки, что ещё больше распаляло познавшего вкус любви Льва, от чего он буквально пытался пронзить кобылье естество своим мягким языком. Кончик же носа Льва щекотал чистенький зад кобылки, тем самым дополнительно стимулируя даму. Парень понимал, что очень устал с непривычки, его мышечный – и в данный момент по нескольким причинам – орган уже начинало сводить, но всё равно продолжал вылизывать киску Нáйти, уже давно приподняв её и обхватив круп своими сильными мужскими руками для удобства.

– Ль... Львёнок мой... Я уже почти достигла... Своего пи-и-и-И-И-И-И-И-И-ИКА! О СВЯТАЯ ТЕМНОТА ВЕЛИКОЙ!.. – прокричала фестралка достигая своего первого с человеком оргазма. Кобылье естество слегка оросило лицо человека своими соками, от неожиданности закашлявшегося и отстранившегося. Удовлетворённая кобылица рухнула на живот и тяжело задышала.

Когда Найт Глайд пришла в себя, она обнаружила себя лежащей на коленях уже оправившегося от неожиданного душа Льва, нежно гладившего её роскошную шёрстку на спине. Сам того не ведая, он периодически задевал чувствительную область между кожистыми крыльями фестралки, понемногу вновь разжигая в бэт-пони желание и страсть. Но Найт Глайд сама пока ещё не была готова продолжать, поэтому подняла голову и ласково чмокнула своего человека в щёчку.

– Я тебя не напугала? Я почувствовала, что ты отстранился и закашлялся, когда я кончила... Наверное, надо было предупредить, что кобылки очень обильно выделяют свои соки во время оргазма, я на секундочку забыла, что ты этого не знал и не мог знать...

– Всё в порядке, моя милая. Я просто не ожидал. Твой вкус... тоже очень приятный и любимый. – фестралка чуть прижала ушки от смущения, осознав, что он говорит о её соках. Лев вновь нежно провёл рукой по спине кобылки и задержался на её крупике, как-то задумчиво поглаживая левую кьюти-марку кобылки, которую она чуть стеснялась. – Я рад, что ты в порядке, Нáйти, я немного заволновался, когда ты упала. Но, держась за твой крупец, я тут вспомнил, что хотел узнать. Скажи... Я уже давно заметил, но всё как-то боялся у тебя спросить, вдруг это очень личное. Но теперь между нами, как мне кажется, рухнули последние стены смущения, так что ничего меня не сдерживает, моя любовь. Откуда у тебя этот шрамик, что случилось? – парень легонько хлопнул по левой ягодице.

Рука человека осторожно провела по розоватой неровной полоске, которая за пять лет так и не заросла шерстью. Неаккуратная линия частично совмещалась с полумесяцем и словно разламывала пополам медный ключ на метке судьбы у мышки.

Найт Глайд тоскливо вздохнула и ответила:

– Гидра случилась. Это история не самая приятная. Я тогда ещё ничего не смыслила в местных волшебных тварях и лишь была одержима жаждой мести за родителей... Пусть, это заодно и история, как я познакомилась с Зекорой, сумев спасти её от четырёхглавого чудища – хоть что-то хорошее в этом – но я не хотела бы сейчас портить этот вечер мрачными воспоминаниями... К тому же, этот шрам уродует меня... Мне теперь приходится уделять особое внимание шёрстке и гриве с хвостом, чтобы его хоть как-то не было заметно... Естественно, о каких-то встречах с жеребцами и кобылками не могло уже быть и речи... Стой! Ч-что ты делаешь?!

Вместо ответа на увещевания кобылки на тему собственной красоты Лев, положив её рядом с собой и устроившись рядом, стал покрывать поцелуями шрамик на крупе у кобылки, не оставляя без внимания каждый его миллиметр. Руки человека же нежно гладили ягодицы бэт-пони, пальцами вырисовывая рисунок на кьюти-марках.

– П... Перестань... Он же уродливый... – краснеющая Найт Глайд со стыда хотела провалиться сквозь землю и прикрыла голову крыльями. Лев отвлёкся от своего занятия и твёрдо заявил:

– Нет, Нáйти. Я так не считаю. Твой шрамик очень милый и показывает, что ты не простая кобылка, а очень опытная и храбрая. Это прекрасная часть тебя. Мне очень нравится эта милая деталь, честно.

– Т-ты... Ты, правда, считаешь его красивым?!

– Клянусь своей любовью к тебе, моя мышка. К тому же, помнишь, я играл тебе на гитаре Летова? И как тебе понравилась та песня. Ты ведь служила пограничницей – и я нахожу просто интересным совпадением судьбы, что твой ключик тоже переломлен пополам. Но это лишь придаёт тебе уникальность и красоту умеющей постоять за себя и за близких кобылки. Которая готова даже погибнуть ради дорогих пони... И людей.

Лев вернулся к нежным поцелуям милого изъяна. Найт Глайд всхлипнула и произнесла:

– О, мой Лёвушка... Почему я не знала тебя раньше?! Я же ведь совершенно искренне считала себя некрасивой из-за этого... следа, боясь лишний раз показаться в Понивилле, стараясь прикрываться хвостом... И тут в моей жизни появляешься ты, считающий его прекрасным! Ты... ты не представляешь, каким бальзамом на мою душу я считаю твои искренние слова!

– Я думаю, абсолютно никто бы не сказал, что он тебя уродует. Он тебя украшает. Прошу тебя, когда мы слезем с карантина и отправимся в город, не прячь своё левое полупопие и бёдрышко, которые я даже люблю больше, чем правые. Ты увидишь, в твою сторону никто ничего плохого не скажет, большинство даже не заметят. А кто заметят, просто посчитают, что ты выполняла свой долг на благо Эквестрии, возможно даже, помогая лично принцессе Луне.

– Я... Я обещаю попробовать не стесняться его. Теперь я буду смотреть на этот шрам по-другому. Спасибо тебе, мой Львёнок... Но... Почему ты сказал, что любишь... мою левую часть больше?.. – слегка удивилась обрадованная ласковыми словами и искренностью кобылка. Парень хихикнул:

– Так всё правильно: меня же зовут Лев. А ляжка как раз левая.

– Гр-р-р! Я тебя сейчас укушу или даже убью!..

Фестралка резко запрыгнула на своего человека и сделала вид, что хищными клыками тянется к его шее. Она зашипела, склоняясь бритвенно-острыми зубками в опасной близости над пульсирующей сонной артерией справа... Но вдруг подалась выше и легонько куснула человека за ухо, начав его аккуратно и нежно пожёвывать. Землянин потрепал эквидку по холке и прошептал своей любимой на пушистое ушко:

– Ты знаешь, я на долю секунды был уверен, что мне конец. И что ты, и правда, прокусишь мне шею.

– Мхм, и лишить себя удовольствия прокатиться на твоём необычном розовом члене, вкус которого мне так понравился?.. Да ни-и-и-и за что! – кобылка стала медленно тереться петелькой о с готовностью начавший вновь приподниматься ствол парня. – К тому же... Должна же я тебя отблагодарить за то, что ты позволил мне взглянуть на себя по-новому...

Фестралка продолжала елозить своей нижней половиной по тазу человека. Как бы случайно она регулярно касалась и вымечком, и жаждавшими куда большего губками петельки головки члена, сильнее возбуждая его, но всё ещё дразня, не позволяя ему пока что проникнуть непосредственно в страстные недра. Сама же кобылка испытывала при этом приятное ощущение щекотки своего вымечка необычными для пони лобковыми волосами человека. Неожиданно для неё, Лев пропел под мелодию, которая играла до этого во время ужина:

Воу-оу-оу-воу-воу.
Нáйти искушает собою Льва...

Кобылка мило хихикнула и допела своим потрясающе красивым голоском, также на ходу меняя текст песни:

Воу-оу-оу-воу-воу.
Любит мышепонь тебя!

Найт Глайд заключила губы Льва поцелуем, в очередной раз чуть увлекаясь изучением его зубов. Когда она смогла оторваться от любимого, заметив, что тому уже немного не хватает воздуха, кобылка усмехнулась и произнесла:

– Хе... А ведь мы совсем с тобой забыли о твоём телефоне... Я думала, если честно, совращать тебя под что-то подходящее и ритмичное с твоей родной планеты...

– Есть у меня одна идея, – хитро улыбнулся человек. – Подай мне, пожалуйста, тогда его. – Лев взял из копыт своей любимой трубку, чуть потыкал в неё пальцем и, включив нужную песню, положил средство связи обратно. Оттуда раздалась довольно бодрая композиция, естественно, с непонятными Найт Глайд словами:

«Тук-тук! Сердце стучится,
Царапаясь зверем,
Ремни рвет
И бродит
Дикой-дикой волчицей...»

– Я потом обязательно тебе её спою. Поставил на повтор, скажи, если надоест.

– Хороший темп... И так как это твой первый раз, позволь мне взять инициативу в свои копыта, мой дорогой... Просто расслабься... А чуть попозже, как поднатореешь, и я буду снизу...

Кобылка, наконец, позволила уже давно стоявшему колом члену своего любимого проникнуть внутрь себя. С лёгким стоном и мягким шелестом, фестралка раскрыла свои красивые кожистые крылья за спиной, настоящей фурией любви возвышаясь над своим любовником. Привыкнув к необычной, но очень приятной форме пениса Льва, Найт Глайд начала понемногу опускаться и подниматься на своём любимом.

– О, Великая!.. Ты очень... мх! Ты как будто создан для меня, любимый... Я чувствую ВСЕГО тебя внутри...

– О боже, Нáйти... Ты такая приятная!

Кобылка самодовольно хихикнула и продолжила нанизываться на член, понемногу ускоряясь. Пошлое хлюпанье, раздававшееся в месте соприкосновения двух любящих друг другу существ из разных миров, становилось всё громче. Кобылка так долго ждала этого момента, как в принципе, так и конкретно со Львом, что совершенно не хотела сдерживаться в своей понемногу становившейся бешеной скачке, уже не задумываясь над тем, что может ему как-то навредить или создать плохое первое впечатление о близости, не останавливая себя.

Вокруг кобылки в эту секунду не было ни долга, ни подруг, ни переживаний на тему чернокнижников или собственной красоты, ни даже Великой. Сейчас перед Найт Глайд был только Лев: её любимый человек, тот, кто был спасён ею и спас её, с которым она хотела бы провести остаток всей своей жизни – и это было совершенно не из-за действия зелья, объединяющего две души. И в чуть прищуренных карих глазах любимого фестралка видела искреннее ответное желание также быть с нею до конца своих дней, всей душою любя её. Неплохо, впрочем, сдобренное плохо скрываемой похотью. Взгляд Льва говорил ей о том, что он безумно сильно любит – и не менее сильно желает именно её; для него тоже сейчас не существовало ни Земли и переживаний на тему оставшихся там родных, ни поиска друга, ни своих комплексов на тему собственного первого раза. Перед ним была только его самая дорогая кобылка на свете, любяще и чуть хищно смотрящая своими прекрасными янтарными глазами с вертикальными зрачками на дорогого ей человека. Температура внутри едва ли горячей парилки ощущалась всё выше для обоих – исключительно из-за объединявшей два сердца и тела в эти секунды любви и страсти. Скачка кобылы на члене человека достигла пика своей интенсивности. Быстрее она уже физически просто не могла. Оба приближались к своим оргазмам.

– Нáйти! Я физически не смогу долго сдерживаться!

– И не нужно! Я тоже близко! Выпусти в меня своё сёмя, мой прекрасный Лев! Сделай меня своей!

Человек, что есть сил, схватился чуть ниже рёбер фестралки и резко опустил её на себя, доводя себя до оргазма. Брызнувшая внутрь жаждавшего лона кобылицы горячая жидкость довела до пика уже саму фестралку, крылья которой резко схлопнулись. Лев и Найт Глайд одновременно закричали:

– А-А-А-А-А-А-а-а-а-а-а-х!

Кобылка упала на грудь своего любимого – и они оба тяжело задышали, приходя в себя.

– Ха-а-ах... Это было... великолепно... я хочу всегда теперь тебя, мой... дорогой... Фу-у-ух... Доброта Великой... Как тебе твой первый раз?..

Лев нежно обнял Найт Глайд, поцеловал её макушку и прошептал:

– Если это секс, то я теперь явно от него зависим... Спасибо тебе, моя любимая...

– Дай мне... небольшой перерыв... и я согласна продолжить... А потом уже нормально затопим баню и попаримся...

– И помоемся. А после ещё раз помоемся, – хихикнул Лев.

Кобылка сначала не поняла, о чём он, а потом густо покраснела и захихикала:

– Ты знаешь же, что у тебя очень пошлый разум?.. Примерно как у меня.

Словно издеваясь над ними, мобильный телефон Льва продолжал играть песню:

«Трах-тибидох! За выдохом вдох,
Ты теперь смело двигаешь телом.
Крибля-крабля! В ножны входит сабля,
Крэкс-пэкс-фэкс, рок-н-ролл и секс!»