Автор рисунка: Noben
Глава 1 Глава 3

Глава 2

Маленькая трагедия

ГЛАВА 2 «Маленькая трагедия»

Скинер открыл дверь, предварительно спрятав своё творение за стеллажами, обильно напичканными лабораторными записями.

— Ты знаешь зачем я пришёл – сказал грубый голос.

— Да, но я собрал лишь половину суммы – испуганно ответил жеребец.

— Кинуть меня решил, да? Никто не кидает Рэгана! – грозно сказал голос.

Раздался грохот падающих предметов. Киб отчаянно пыталась понять, что же происходит, но не получалось. Слишком мало знаний.

«Грохот, испуг папы, злой голос» — её гениальный разум всё же смог выстроить логическую цепочку из дефицита информации, указывающей на единственный вывод – опасность, о которой она мало что знает. Предположив, что её создателю угрожает опасность, она решила его защитить. Кобылка тут же выпрыгнула из своего укрытия и безэмоционально уставилась на незнакомого жеребца, коричневого окраса и в чёрной шляпе на голове.

Рэган стоял возле перевёрнутого стола. У стены зажался Скинер.

— А это ещё кто? Она кого-то мне напоминает… – удивился Рэган, разглядывая киберпони.

— Соседка попросила присмотреть, не тронь её! – крикнул создатель.

— Пожалуй, я заберу её, пока ты не вернёшь долг – усмехнулся «плохой» пони.

Только он приблизился к кобылке, как тут же получил внушительный удар электрическим током.

— Это ещё что за магия? – испуганно вскрикнул он.

— Ты плохой! Уходи! Не тронь моего создателя! Не тронь меня! – сказала пони повышенным тоном.

— Создатель? О чём ты? – удивился жеребец, отступая к выходу.

— Я его дочь! Он собрал меня! Он мой папа! – так же произнесла кобылка.

— Собрал? Папа? – нарушитель посмотрел на инструменты и специфичные запчасти, разбросанные на полу.

— Киб, нет. Не разговаривай с ним. Нельзя всем всё подряд рассказывать, помнишь, я тебе объяснял? – сказал Скинер.

Кобылка утвердительно кивнула, продолжая медленно и бесстрашно приближаться к Рэгану.

— Я больше не задержусь. Скинер, ты на всю голову больной, но ты превзошёл сам себя! Она как настоящая! Думаю, «они» будут недовольны, что ты скрыл от них такой научный прорыв – ехидно засмеялся нарушитель.

— Не говори им, прошу! – сказал Скинер.

— Ты сам виноват, что не заплатил. Я и так поставлял тебе материалы по низким ценам, даже отсрочку платежа любезно сделал. Ты так и не смог заплатить, но когда я расскажу «им» то, что ты от них в тайне сделал, как нарушил их договор, то они мне с лихвой компенсируют твой долг, а тебе… ты сам знаешь, кто «они» такие и на что способны – усмехнулся коричневый и выбежал из мастерской.

— Ну зачем ты встряла, глупышка – обнял Скинер Киб.

— Ты был в опасности. Тебе требовалась помощь. Я сделала неверный вывод? – сказала пони.

— Верный, очень даже верный – сказал он.

— Тут беспорядок, можно я приберусь? – непринуждённо спросила пони и улыбнулась.

— Конечно – сквозь слёзы улыбнулся жеребец.

Кобылка замерцала рогом и за пару секунд, в помещении воцарила чуть ли не идеальная чистота. Пони посмотрела на жеребца, надеясь увидеть его довольный, восторженный взгляд, которым он одаривал её за каждый успех, но увидела печаль и грусть.

— Я сделала что-то не так? – кобылка осмотрела помещение.

Всё лежало на своих местах, сломанных вещей не было.

— Ты прекрасно прибралась, умничка – сказал он.

— Но ты не доволен – к Скинеру подошла пони и заглянула в его глубокие глаза.

— Просто… нам нужно срочно переехать – сказал он.

— Какова причина? – мордашка Киб выразила удивление.

— Не важно – сказал создатель.

— Поняла – пони потеряла интерес к вопросу.

Слова учёного были для неё некой святыней. Она всецело его слушалась и абсолютно доверяла. Даже, если бы он сказал идти и биться головой об стену, то не смотря на встроенную систему самосохранения, она бы так и сделала. Но такая «абсолютность» относится только к Скинеру, что он сам ей и сказал. Жеребец говорил, что Киб не должна так же всецело верить другим существам, они могут обманывать и манипулировать. Он добавил, что познание кому верить, а кому нет, само к ней придёт с опытом.

Учёный начал быстро собирать вещи, метясь по всему помещению и нарушая порядок, который старательно навела кобылка. В основном, он брал еду, инструменты и запчасти для Кибернетики. Киб не понимала, к чему такая спешка и наблюдала за его действиями удивлённым взглядом.

— Пошли, быстрее – сказал он, открывая дверь.

— Но ты говорил, что я ещё не готова к большому миру – произнесла киберпони.

— Порой, обстоятельства бывают сильнее нас – ответил отец.

— Поняла – ответила пони.

Пара спешно покинула мастерскую и впервые, Киб наконец смогла увидеть то, что находилось за пределами её пристанища. Она оказалась на улице с небольшими домами, стоящими друг к другу, практически вплотную. Мимо прошли несколько разноцветных пони и вежливо поздоровались с Скинером, на что тот притворно улыбнулся, скрывая тем самым истинную маску грусти и тревоги. Может, у него резко изменилось настроение и он вновь стал добрым и дружелюбным, каким привыкла она его видеть? Но нет, лишь прохожие скрылись из виду, как она снова увидела тревогу в его эмоциях. Кобылка не поняла, почему он притворяется, но раз он так делает, значит это правильно и по-другому, быть не может. Она продолжала, словно губка, впитывать любую информацию, до которой только могла дотянуться. Взглянув вверх, кобылка увидела голубое небо, картинки которого, видела лишь в справочниках. Она знала, что это такое, что такое облака, но не думала, что всё будет настолько… «красивым». Снова непонятный код…

Она посмотрела кустарник, что рос у обшарпанной стены мастерской. Его маленькие листочки шевелились от каждого дуновения ветерка. Такое зрелище её обильно заворотило. На картинках книг, листочки не шевелились, что вызвало у пони любопытное недоумение. Она легонько, переднем копытцем дотронулась до одного из них, в результате чего, листочек плавно подогнулся под напором копытца любознательной кобылки. Убрав копыто, она заметила, как листик резво подпрыгнул вверх, затухающе раскачиваясь на тоненькой веточке кустарника. Кибернетика невольно улыбнулась, но в этот раз, она не пыталась понять и проанализировать непредвиденное срабатывание лицевых рецепторов.

Учёный заметил задумчивость своей названной дочери.

— Киб, нам нужно спешить – прервал он кобылку, от чего та безэмоционально на него посмотрела.

Скинер огляделся по сторонам, то же самое сделала и Кибернетика. Учёный убедился, что посторонних рядом нет и подошёл, к близко стоящей, деревянной повозке, будучи не в лучшем состоянии и явно потрёпанной временем. Жеребец закинул в неё свои вещи, сдёрнул большой брезент и улыбнулся Киб, на что, та тоже улыбнулась.

— Полезай – указал он копытом под брезент.

— Ты меня прячешь? Зачем меня прячешь? Это игра? – улыбнулась кобылка.

Скинер частенько по вечерам играл с Киб в игры, но в основном интеллектуальные. То в угадывание слов или картинок, то в ассоциации. Иногда, даже в прятки, не несущие для Киб полезной информации, но тем не менее, ей игра нравилась своей непонятностью и отсутствием смысла.

— Да, это игра. Спрячься и не вылезай, пока я тебе не скажу – сказал он.

— Если это прятки, то разве я не должна спрятаться так, что бы ты не знал, где я? – удивилась пони.

— Ты будешь прятаться… от других пони, что на улице – сказал он.

— Впервые слышу о такой разновидности пряток. Ты хочешь внести новые правила? – спросила кобылка.

— Да, ты сможешь их принять? – спросил учёный.

Жеребец научил кобылку огромному числу правил и многие он строго запретил самовольно изменять, обосновав, что это может быть опасным для самой Киб. Она не хотела вносить изменения, но это же Скинер. Её создатель.

— Да, могу – монотонно произнесла киберпони.

Единорожка одним лихим прыжком запрыгнула под брезент и притаилась. Она улыбнулась своему папе. Ей нравилась игра, ей нравилось, что он покажет ей большой мир. Кобылке больше, чем «нравилось», что он был рядом…

Жеребец накрыл брезент и подойдя к передней части повозки, закинул на свою спину поводья. Кобылка почувствовала движение телеги. Из-за резкого точка, часть брезента вздулась, оставив маленькую щёлку перед синими глазками необычного создания. Она видела, как медленно проплывали мимо жилые одноэтажные дома, как в небе пролетали пегасы. Ей хотелось выбежать и всё самостоятельно разглядеть, изучить, пощупать. Она даже просунула в щель своё копыто и её многочисленные рецепторы оповестили единорожку о новой, интересной информации. Она ощутила лёгкий тёплый ветерок, ласкающий её холодное копытце. Услышав приближающиеся голоса, она тут же отдёрнула копытце и прижала его к себе. Через большую щель, она увидела красивый дом изумрудного цвета, с вывеской «Мастерская винтажных окон», который медленно проплыл перед её взором. Голоса всё приближались и пони тут же закрыла щель, ей же не хотелось испортить игру такой нелепой ошибкой. Голоса начали удаляться. Две женские особи оживлённо обсуждали технологии пошива одежды.

«Чуть не попалась» — мысленно произнесла кобылка, думая, что все вокруг её ищут, а подобным разговорами лишь пытаются провести отвлекающий манёвр.

Знойное солнце нагоняло утомление на Скинера, но он понимал, что останавливаться нельзя. «Они» вот-вот будут в его мастерской. Возможно, «они» уже там. Прошло много часов. Много. От дня уже не осталось ни следа, что подтвердила вездесущая ночь. Маленький посёлок остался далеко позади, но учёный так и не сделал ни одной остановки. Киб проанализировала общую физиологию пони и пришла к выводу, что такой долгий переход опасен для здоровья, а её отец, отнюдь не сильнейший жеребец. Игру нужно прервать, жизнь важнее. Святость жизни – первое сложное правило, коему обучил учёный свою дочь. Только она собралась вылезти из-под брезента, как послышался гулкий топот приближающихся копыт.

— Стой Скинер, не уйдёшь! – прокричал неизвестный голос.

Пони подумала, что их догнали другие жители, играющие с ними в прятки. Она думала, что отец остановится, её найдут и игра закончится, но вместо этого, телега сильно затряслась. Внутренние сенсоры пони зафиксировали приличную скорость повозки. Кобылку сильно трясло, буквально швыряло под брезентом, но ей было не больно. Ей не свойственна боль, хотя другая на её месте, получила бы массу синяков. Повозка здорово подпрыгивала на каждой кочке, подбрасывая вверх недоумённую киберпони.

Тряска продолжалась десять минут девять секунд, что указали пони, её внутренние часы. Повозка медленно остановилась. Единорожка слышала тяжёлое дыхание своего создателя. Он приподнял брезент, от чего кобылка довольно улыбнулась. Жеребец был весь потный и пытался перевести дыхание. Но он не радовался, а снова был встревожен, что встревожило и киберпони.

— Игра закончена? – неуверенно спросила она.

— Ещё нет, оставайся здесь. Слушай внимательно, это важно. У меня больше не осталось сил… В мире много опасностей, никогда не забывай об этом. Будь рассудительна, прежде, чем принять какое-либо решение. Помни всё, чему я тебя учил. Ты особенная пони, даже не представляешь на сколько, и только… создав тебя, я понял, что жизнь прожил не зря. Я люблю тебя, Киб. Я делаю это только ради тебя. Не бойся, держись как можно крепче, ты не пострадаешь – на глазах учёного выступили слёзы.

— Почему ты плачешь? – удивилась пони.

Послышался далёкий, гулкий топот. Жеребец окинул дочь прощальным взглядом и закрыл брезент. Кибернетка ощутила нечто новое и непонятное. Ей стало грустно. Она попыталась выполнить самодиагностику на наличие неполадок, но не смогла. Снова необъяснимый код. Сбой системы?

Телега снова пришла в движение, но уже в обратном направлении. Повозка совершила поворот и покатилась по наклонной, стремительно набирая скорость. Пони вовремя успела зацепиться копытцем за трос брезента, привязанный к бортику повозки, в противном случае, давно бы вылетела из телеги. Трясло куда сильнее, чем раньше. Иногда, повозка застывала в воздухе, будто подлетала с некого трамплина, но затем происходил сильный удар, словно она приземлялась обратно, продолжая бешенный спуск неизвестно куда. Вся деревянная конструкция транспорта громко скрипела, сигнализируя, что вот-вот развалится на части. Неожиданно, брезент был пробит острым камнем, сильно влетевшим в бортик совсем рядом с пони. Она с любопытством сначала посмотрела на него, затем на образовавшееся отверстие. В дырку брезента она увидела темноту и пыль. Увеличив чувствительность зрительных рецепторов, она увидела пологий спуск вниз, оканчивающийся обрывом. Пони продолжала смотреть в дыру, просто не зная, что делать. Спустя несколько секунд, телега слетела с обрыва и по дуге, полетела в низ. От сильного ветра, брезент совсем сдуло, представив взору пони, быстро приближающуюся поверхность земли. Кобылка с любопытством смотрела на неё и ждала, что же будет дальше, но вдруг сработала система самосохранения, предупреждающая о неприятных последствиях столкновения с землёй. Пони тут же сгруппировалась, прижав копыта к своему металлическому тельцу, и продолжила смотреть вниз.

Грохот, клубы пыли, летящие щепки телеги, темнота.

=================

Кибернетика открыла глаза. Она ощутила, что лежит на правом боку. Диагностика не обнаружила нарушений в системе и в механизмах кобылки. Учёный собрал её на совесть, словно предусмотрел, что она может попасть в неприятности. Встав на четыре копыта, одно тревожное сообщение всё же дало о себе знать:

«нарушение кожного покрова»

Кибернетика осмотрела правый бок, откуда шёл тревожный, неприятный сигнал и увидела длинный порез, за которым виднелся матовый, металлический бок её конструкции. Скинер ей говорил, что искусственная кожа способна к самовосстановлению под воздействием возмущений магнитного поля. Она решила попытать счастье. Пони электрически замерцала рогом, из которого вышел тоненький лучик, прямиком на рану кобылки. Ранка тут же начала стягиваться и спустя пару мгновений, от неё не осталось ни следа.

Кобылка улыбнулась, довольная своей работой. Но затем, оглядевшись по сторонам, её охватила непонятная грусть.

— Папа! – крикнула она, но ответа не последовало.

— Папочка! – ещё раз прокричала кобылка, но лишь громкое щебетание насекомых разбавляло ночную тишину.

Пони осмотрела небольшой участок, по которому были разбросаны обломки телеги и поклажи. Признаков Скинера не было обнаружено. Пони задрала голову вверх и посмотрела на высокий, крутой склон, откуда она и прилетела.

«Он остался там? Почему он это сделал? Он бросил меня?» — возникла куча вопросов в тревожном нейроразуме кобылки.

Она тщательно анализировала произошедшее, его последние слова. Он явно подготавливал её к расставанию с собой. Это не несчастный случай. Он бросил её, в этом пони уже не сомневалась. Новое ощущение нахлынуло на бедняжку, и если бы она могла, то сейчас бы заплакала… Единорожка не могла понять, как может тот, кому она всецело доверяла, обмануть и бросить её.

Кобылка подошла к отвесной стене скалы и попытался карабкаться, но неуклюже свалилась на спину. Преграда была явно ей не по силам. Пони была в замешательстве, этому Скинер её не учил. Тогда, она развернулась и пошла в чащу леса, в надежде получить информацию для своих дальнейших действий.

Кобылка шла несколько часов. Она любопытно разглядывала, пробегающих мимо, зверюшек и пролетающих, ночных птиц. Она услышала шорох за спиной и обернувшись, увидела большое, лохматое существо, о котором ничего совсем не знала. Оно грозно смотрело на любознательную пони, медленно шевеля своими массивными челюстями, обильно усыпанными острейшими зубами. Оно громко прорычало, но кобылка продолжала невозмутимо наблюдать за его действиями. Затем, монстр, шмыгая носом, обнюхал маленькую пони и недовольно фыркнув, утопал куда-то в темноту. Кобылка потеряла интерес к объекту и потопала себе дальше до тех пор, пока не вышла на перекрёсток двух дорог, с одной единственной, потрёпанной табличкой, с надписью «Понивиль».