Обычная жизнь (переписанная версия)
Первые шаги
Начало длинного пути.
Миллиарды лет непрерывного создания. Бесчисленные мириады миров, триллионы цивилизаций — столь разных внешне и в то же время столь одинаковых по своей сути. У каждой из них был свой путь. Зачастую короткий и разрушительный, заканчивавшийся полным уничтожением всего живого. Временами стагнация и застой брали верх — тогда цивилизация продолжала задыхаться в своих же отходах на протяжении тысячелетий, не развиваясь и не деградируя.
Но иногда случалось иное. Иногда цивилизация проходила все испытания, все этапы взросления и становилась по-настоящему зрелой.
Искоренение всех негативных явлений, экспансия в другие звездные системы, непрерывное гармоничное и динамическое развитие. Иногда такая цивилизация охватывала собой целую Галактику.
Поначалу мне было интересно наблюдать за их развитием. Трудно было угадать, какой путь выберет та или иная цивилизация и как она его пройдет. Тем занимательнее было следить за ними.
Хотя для существа, обладающего абсолютным всемогуществом, не составило бы ни малейшего труда узнать все, что только возможно и даже невозможно — мне не импонировало использовать данную привилегию. Терялся интерес.
Но ничто не вечно, кроме меня. Спустя определенное время вся моя деятельность превратилась в скучную и беспросветную рутину. Создание планет, звезд, условий развития, иногда Галактик — это утомляло меня и вызывало тоску. Не радовало больше и наблюдение за развитием цивилизаций. Мне это казалось пресным и бессмысленным.
Следующие несколько миллиардов лет надо мной безраздельно царствовали летаргия и апатия. Создание и преобразование материи снизилось до минимума, как и моя умственная деятельность. Ничто больше не могло привлечь моего внимания.
В какой-то момент одна интересная идея пришла в мой разум. Оглянуться назад. Посмотреть — было ли в моей невероятно долгой жизни что-то запоминающееся, что-то примечательное. Такое, чем можно было бы если и не гордиться, то хотя бы вспоминать с интересом.
Ответ шокировал меня. Не было ничего. Ни одного события, ни одного деяния, ничего такого, что могло бы быть индикатором не зря прожитой жизни.
Мой возраст был почти равен четырнадцати миллиардам лет. Многие смертные даже не могли вообразить таких колоссальных значений. Продолжительность их жизней была несоизмеримо ниже. Они могли болеть. Они были вынуждены проводить почти треть своей и без того короткой жизни во сне, слепые, глухие, неспособные двигаться и ощущать, абсолютно беспомощные и беззащитные.
Но информация, подкинутая мне моим рациональным мышлением, оказалась ничем иным, как горькой правдой: их жизни были гораздо более насыщенными, чем моя. Даже один смертный за все время своего существования переживал больше, чем я за миллиарды лет.
Пришла пора это исправить. Пришла пора использовать всемогущество так, как мне этого хочется. Если даже простой смертный может изменить свою жизнь — почему не смогу я?
Мой выбор пал на жизнь в смертном теле без моей силы. Это решение могло показаться чересчур эксцентричным, но тогда мне было все равно. Мне не чужды эмоции и, хотя я, из-за особенностей строения энергетического клубка, являющего собой мое тело, ощущаю их менее ярко, чем смертные, зависть мне бы не удалось спутать ни с чем.
Определившись со способом придать жизни смысл, выбор места, где это было реализовано, прошел очень быстро.
Мой перенос произошел мгновенно. Никто и ничто не заметило его.
Огромный лес, зеленые холмы, город вдали, находившийся на скале. Созерцание этой картины отняло у меня около десяти минут. Только через это время мне удалось оторвать взгляд от поразительного зрелища.
Судя по всему, иногда даже грандиозность и масштабность космических пейзажев меркнет перед простым, но в то же время прекрасным видом обычной местности в обитаемом мире.
Этот тип миров был особенным. Таких во всей Галактике было всего шестьдесят. Данные миры обладали большей гибкостью экосистемы, а также были пронизаны магией и связаны со звездой, вокруг которой они обращались, а также ближайшими небесными телами небольшого размера; этот конкретный мир был связан еще и с естественным спутником.
Таким образом, здесь обитают маги и летающие существа. Первые управляют космическими объектами, вторые — погодой. Миры этого типа имеют очевидные преимущества по сравнению с обычными мирами. Главное из них давало контроль над погодой, — каким бы бездарным не был здешний правитель, голод был абсолютно исключен.
Призма возникла по моему приказу. Мне нужна была информация об этом мире. Совсем немного: пусть это несколько и снизит интерес, идти вслепую было бы просто глупо.
Книга с необходимыми сведениями уже висела передо мной в воздухе.
«Название и общие данные в виде списка».
1) Название мира: нет названия.
2) Население: 237 134 421 разумных существ на момент призыва книги.
3) Текущее местоположение: Эквестрия (страна).
«Довольно. Общие данные о стране».
1) Название: Эквестрия (страна).
2) Население: 41 341 013.
3) Вид правления: абсолютная монархия. Правители — Селестия и Луна (сестры). Пол: женский. Первая контролирует звезду, вторая — естественный спутник. Коэффициент магической силы (КМС): 45 и 43 соответственно. Возраст: 1410 и 1341 лет соответственно.
4) Виды: четыре основных типа существ:
а) Единороги (9 546 200) — могут использовать магию 1−4 уровня.
б) Пегасы (15 430 961) — могут летать и использовать облака как твердые предметы. Управляют погодой. Средняя скорость: 70−90 км в час.
в) Земные пони (16 332 704) — обладают большой выносливостью и силой, а также магической связью с природой.
Полностью отвечают за создание пищи.
г) Аликорны (4) — комбинируют в себе все вышеперечисленные способности, могут использовать магию 5−6 уровня.
Потенциально бессмертны.
Другие существа: 31 145.
«Общие черты».
Все пони имеют отметки, которые называются «кьютимарки». Этот знак означает род деятельности, в которой существо может достичь максимального успеха. Появляются магически, возраст появления — 5−10 лет.
«Карта.»
Географическая информация была изучена мной со всей должной тщательностью. Мой выбор пал на Понивилль, как на город для начала новой жизни. Он находился ближе всего и был небольшим по размерам, что полностью меня устраивало.
Книга с картой полетели обратно в Призму. Мне нужно было создать смертное тело для временного размещения своей сущности.
«Обычное тело представителя любой из трех основных рас. Телосложение и физические характеристики стандартные. Возраст должен на год превышать порог наступления дееспособности в Эквестрии.»
Как только тело было создано, мое сознание было перемещено туда. Мое же старое тело сразу телепортировалось в необитаемую часть вселенной. Если меня постигнет смерть, мой разум вернется туда.
Первые минуты в органическом теле оказались настоящим адом. Невероятно мучительные ощущения от недостатка кислорода едва не убили меня. Но все-таки инстинкты выживания, заложенные на генном уровне, взяли верх, и уже через короткое время мне можно было похвастаться правильным, хотя и очень тяжелым дыханием.
Осознание того, что мне потребуется слишком много времени, чтобы привыкнуть находиться в органическом теле, подтолкнуло меня создать справочник по анатомии с критически важной информации. Тот жуткий опыт с неспособностью дышать мгновенно расставил все по своим местам: дабы не допустить повторения чего-то подобного, лучше пожертвовать интересом слепого исследования..
После 15 минут чтения мне было известен необходимый минимум данных о физиологии.. Наконец — то можно было начать свою обычную жизнь без всемогущества..
Призма исчезла по моему приказу, всесилие было заблокировано.
Время идти.
Это был небольшой город — судя по географической справке, его население составляло около четырех тысяч жителей. Ухоженный и чистый, лишенный суеты и громких звуков, мне он сразу пришелся по вкусу.
Создания, населявшие его, передвигались на четырех конечностях, имели непропорционально больше, по отношению к туловищу, головы и огромные глаза, а также очень яркий окрас волосяного покрова. Они выглядели довольными или, по крайней мере, находились в хорошем настроении.
Но мой интерес, пробудившийся после бесчисленных лет сна, был тут же отброшен на второй план, когда мое тело подало сигнал о том, что что-то не в порядке.
Голод. Конечно же.
Тело из Призмы, было чистым — без каких-либо посторонних веществ. Это значило, что чувство голода проявит себя менее чем через час. У меня это вылетело из головы. Нужно было найти еду и быстро — чувство голода оказалось очень неприятным. Теперь я могу понять, почему существа в умирающих мирах боролись за пищу до последнего.
Как же выглядит еда, подходящая для этих форм жизни? В руководстве по физиологии ничего не было сказано об этом, а использование всемогущества было бы слишком глупым ходом — отныне все проблемы должны решаться без него.
Принятие правил игры отразилось на мне благотворно — почти мгновенно мне пришла мысль спросить кого-нибудь.
–Мне нужны питательные вещества для удовлетворения физиологической потребности. Сообщите мне место их нахождения.
Здешний язык, звучание которого можно было услышать на улицах города, был мне известен. Как и любой другой язык, когда-либо придуманный смертными.
Меж тем трёхцветная единорожка с золотистыми глазами, к которой было направлено мое обращение, удивленно уставилась на меня.
–Простите?
–Вопрос некорректный. Измените формулировку.
Она почему-то огляделась по сторонам, потом снова посмотрела на меня.
–Я… я не понимаю…
–Неверное утверждение. Язык, на котором происходит наш диалог, известен вам достаточно хорошо, чтобы вы меня понимали.
Чувство голода стало сильнее. Неприятное ощущение обострило мое нетерпение до доселе неизведанных величин.
–Дайте мне пищу. Сейчас.
Она испуганно попятилась.
–Мне нужна пища. Срочно.
Казалось, мое тело действовало отдельно от разума. Не успев ничего понять, единорожка оказалась в мощном захвате передних копыт. Мне пришлось напрячь всю свою волю, чтобы не вонзить зубы в нее.
Она испуганно завизжала. Кто-то пытался отцепить меня от нее.
–Пища! Дайте мне пищу! – слова, как какое-то заклинание, продолжали вырываться из меня.
Ощущение голода становилось невыносимым.
–Эта кобыла обезумела! Вызовите стражу! – прокричал смертный.
«Мне просто нужна пища. Просто нужна…»
Оглушение было почти милостью. По крайней мере оно временно прекратило мои мучения.