В лаборатории

“Put your arms around me, fiddly digits, itchy britches, I love you all”. ("Frank")

Твайлайт Спаркл Спайк

Врата

Я бы смеялся, но это не смешно. Я бы плакал, но это не то, над чем стоит плакать. Тут не над чем плакать или смеяться, нужно просто слушать, нужно смотреть и осознавать, только тогда будет что-то понятно. Иногда я думаю: «Лучше бы я умер».

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Человеки

Перекос

Старинная книга рассыпается от времени, и чтобы её спасти, Твайлайт решает сделать копию. Ей придётся быть очень внимательной и аккуратной с оригиналом. А с этим проблем быть не должно: в конце концов текст же не будет изменяться всякий раз, как она от него отвернётся? Правда ведь?

Твайлайт Спаркл

В ожидании

Я знаю, что она уже не вернётся. Я знаю, что на вряд ли её увижу. До сих пор жду её, её возвращения... Я не могу её отпустить...

DJ PON-3 Октавия

Пиратки

Шумящие зелёными парусами галеоны вышли в море, мамин пирог ещё не готов - самое время похватать деревянные сабли и устроить весёлую схватку!

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Наши самые лучшие дни

Крошечный рассказ в очередных постапокалиптических декорациях.

Другие пони

Меняя маски

Я - Пинкамина Диана Пай, альтэр-эго вашей любимицы и хохотушки. Вполне возможно, что эти записи будут утеряны, но я считаю своим долгом рассказать, что случилось несколько месяцев назад, когда прошлое настигло меня...

Флаттершай Пинки Пай Другие пони

Ночная кобыла.

Доброго времени суток, уважаемые читатели. Эта вьетка родилась внезапно. Под влиянием одной песни, Мельница - Ночная кобыла.

Фримен в Эквестрии

Что может быть безумнее, когда ты, будучи учёным, должен сражаться с пришельцами, военными, а также пытаться выбраться из гигантского исследовательского комплекса? Как насчёт того, чтобы после всех своих приключении попасть в другой мир, стать подобным его жителям и встретиться лицом к лицу с новыми опасностями? Покой Фримену только снится.

Солнечный свет и Пушистые Облака

Слово автора оригинала: "Буря за бурей. Погодная команда была загружена ни на шутку, не говоря уже, что некоторые ее члены начали заболевать ветрянкой. Рэйнбоу осталась расчищать облака и была приятно удивлена, когда стеснительная желтая кобылка появилась, чтобы помочь ей. Клоп! Внимание: смехотворно мило."

Рэйнбоу Дэш Флаттершай

Автор рисунка: BonesWolbach
Затишье Победить Смерть

Дела семейные

Мир полнится сюрпризами

https://www.youtube.com/watch?v=2X_2IdybTV0

Драгоценный дневник, для разнообразия пишу не в надежде оставить потомкам описание происходящего, а ради обеспечения тихой бухты во время шторма. Для экстренного анализа создавшегося положения и принятия срочных мер.

Итак, пункт первый: пропал Унвер. В комнате запёкшаяся кровь и бардак, намекающий на схватку.

Второй: исчез Спайк. Вместе с тарой и шаром. Диана на месте – вырублена. Без особого пиетета или жестокости.

Наиболее вероятная связь сих таинственных нападений – небезызвестный изгнанник, сколь бы нескромно то не звучало. Другие, вроде «земные пони в Облачном квартале» также небезосновательны, однако вряд ли являются причиной.

По зрелым размышлениям принял решение: внуку придётся найтись без кровопийцевой помощи. У него достаточно сугубо личных врагов, чтобы уметь выпутываться самостоятельно. Сосредоточимся на чешуйчатом – по многим соображениям.

Печенью чую: запущенная мной сплетня имеет к происходящему прямое отношение – иных причин красть мешок и оставить в покое носительницу не вижу. Не стоило пытаться достичь доброй цели дурными средствами. Хотя конечно обычно подобные оплошности не столь спешат с возмездием.

Отсюда вытекает главный вопрос момента: каким образом удалось лишить сознания подчиненную? Проклятые твари ведь всё чуют. Не забыть спросить о том нарушителей – в будущем пригодится.

Впрочем, и без консультаций основной вариант предельно очевиден и традиционным образом объясняет сразу всё и ничего.

Магия.

Против Принца земли.

Плохо.

— Сколько прошло с обнаружения? – оторвавшись от бумаги, чуточку подрагивающим тоном спросил картограф у соратницы. – Кто-нибудь еще знает?

— Нет! – едва ли не вскрикнула аж вибрирующая от обеспокоенности пегаска. — Как нашла – так сразу к тебе рванула.

— Ясно, — прикинул жеребец в уме примерное время. – Лети к кавалеру за подмогой. Вопрос жизни и смерти. Встречаемся тут — пока поищу подсказки. На всякий случай – ну там, стража, патрули, совещания — лови значок координатора.

Крылатая поймала бляжку и молнией рванула наружу.

Принц закрыл дорогую сердцу книжечку, положил на стол буквально час назад выглядевшее чрезвычайно важным донесение по строительству и практически прильнул носом к полу в поисках способных пролить свет на происшествие улик. В каковом положении его и застал примчавшийся вскорости братец, в своем стремлении покрасоваться перед крутившейся аки юла эквестрийкой аж проявивший несвойственную ему послушность и компетентность.

Спустя немногим больше часа к ним наверх почти силком притащили Лентуса, коий немедля и похвально безропотно принялся изыскивать таинственные «энергетические аномалии» — понятнее руководитель объяснить не смог. А там влюбленный наследник престола и экстренную аудиенцию с вышестоящим организовал – прямо посреди полевой миссии внизу.

Вопреки ожиданиям, ни нервное перевозбуждение, ни события последних дней, ни проведенные в Лесу годы не смогли избавить верного сына Отчизны от робости при изложении дела самому Лорду воздуха. Тот слушал со свойственной ему отстраненностью, однако же без намека на враждебность или пренебрежение. Проявить эмоции его заставила лишь крайняя, без дураков наглая и рисковая просьба – лично последовать за ними по в ином случае вряд ли бы открывшимся поисковой партии местам:

 - Я осознаю насколько дико и несоответственно рангу звучит оный запрос на сопровождение, — не выпрямляясь из глубокого поклона, четко выговаривал каждое слово фальшивый исцел. – А также не тешу себя иллюзиями касательно занятости второй опоры Города. Тем не менее, у меня нет сомнений в способности крылатых слуг Родины продержаться без надзора начальства до его возвращения – и критической необходимости вашей помощи и авторитета для розыска.

Молчание. Придется применять тяжелую артиллерию:

— Ваше величество, — поднял бескрылый пони взор на владыку. – Речь идет о жизни и смерти ребенка. Очень дорогого мне ребенка.

Чешуйчатого, когтистого и огнедышащего – но то такое.

— Хорошо, — после недолгих раздумий, кивнул старый вояка. – Пока эта задержка не вредит Плану – перехожу в твое распоряжение. Однако замечу: моральный облик стоящего предо мной индивида оставляет желать много лучшего – особенно коли он надеется рано или поздно воссесть на трон.

Облегченно выдохнувший изгнанник не удержал кривой ухмылки:

— Смею уверить почтенного собеседника: ситуация намного интересней, нежели кажется, — нездоровое хихиканье. Перенапряжение дает свое. – Пардон. К делу. Приданный в подчинение единорог в дверях передал карту с подозрительными флуктуациями, теоретически сигнализирующими об украденном вместе с дитем артефакте. Соответственно ожиданиям не менее половины из них в Главной части – то есть там, куда нельзя просто так послать Войска Охранения Комитета. Открытие сих дверей требует…

— Мешок свой ищешь? -  без предупреждения вынырнул из темноты Унвер. Ясен хрен, немедля попав в окружение и чуть не лишившись головы. – Могу помочь!

-

Последние несколько часов снаружи творилось нечто до крайности неординарное– иного объяснения совершенно варварскому обращению с бедным дракончиком не существует.

Его толкали. Кидали. Трясли. Роняли. Вертели. И прочие безобразия. Не вытаскивая из мешка.

Минимум, война совмещенная с дискотекой. Спать ну совершенно невозможно.

Памятуя наставления замаскированного проводника, Спайк стоически терпел издевательства в полной мере осознавая перспективу попасть под горячее копыто или того хуже – отвлечь старших товарищей в минуту смертельной опасности. Какая выносливость не отменяла уверенно копившуюся в нем злость и раздражение.

Потому первое слово, сорвавшееся с уст в момент открытия горловины получилось отнюдь не лестным. Второе же произнестись не смогло в силу категорического отсутствия в обозримом пространстве кого-либо знакомого.

Справа и слева стоят два рогоносца в нарядной и пышной сине-золотой форме. Один смотрит с ужасом, а во взгляде второго разгорается жадность.

Прямо же над ним возвышается полный единорог в мантии со множеством карманов и редкой каштановой гривой. В глазах медленно гаснет некая лучезарная надежда, уступая место застарелой боли и отчаянью столь беспредельному, что дитя Кировагра лишь сглотнуло и отвело взгляд в сторону.

Помещение также ни на йоту не похоже на выделенную им пегасами комнату: все эти реторты, книжные шкафы, свитки, разноцветные камни, ковры и никаких окон. Скорее смахивает на подвальчик Твайлайт. Только суровее, темнее и страшнее.

Молчание затянулось.

— П-простите, а где собственно я нахожусь? – слегка заикаясь предпринял свежую попытку начать диалог житель Эквестрии. – Кто вы?

Невинные вопросы вызвали неожиданную реакцию – окончательно превратившийся в островок внеземной грусти центральный единомоментно сбросил вселенскую печаль и скривился, злобно гаркнув нечто неразборчивое. Коллега справа согласно закивал и засветил рог – однако прежде, нежели свершилось неведомое волшебство, третий представитель встречающей партии вскинул копыта и подскочил к руководителю, принявшись яростно шептать ему в ухо.

Брезгливое выражение неспешно сошло с лица главного, уступив место весьма неприятной улыбке.

-

Лорд Воздуха долго раздумывал над казалось бы нехитрыми и создающими целостную картину тезисами, предложенными освобожденным от оков и аж почти не побитым внуком Старейшины. Наконец заявив, глядя мимо посланца судьбы на вельможу:

— Твой…приятель, — ишь зыркает, — не мог лицезреть описанное «собственноручными очами». По многим причинам.

— Ой, ну вот давайте не будем цепляться к морфологии…-краткая заминка, за коей последовала отмашка. – Или там арифметике – к словам, короче. Касательно же сугубо физических препятствий, то смею уверить ваше высокомордообразие: здоровенный коричневый сверток прекрасно виден и на сине-золотом  и на красно-золотом. Тем более, когда похищение происходит в хорошо освещенном пространстве. А глядят на него не местными мутными стеклами, а качественной подзорной трубой из глубин Леса.

Скептическое хмыканье – и обращение опять к психу:

— Допустим: но стоит ли доверять дорогому гостю. Доверяешь ли ТЫ – воспитанник Города – потомку бунтовщиков? Мало ли чего он вообще здесь высматривал? Кто его в принципе пустил?

Унвер мысленно заскрежетал зубами. Где только таких деревянных откапывают? Увы, перьемозгий нам необходим, а потому улыбаемся и объясняем со всем возможным терпением и тщанием. Солдаты в смысле познания приравниваются к душевнобольным и детям. В конце-концов, умные-то под пули не полезут:

— Меня попытались убить. Я, разумеется, заподозрил рогоносцев – ибо ну, кто же еще-то? Второй наемник сбежал. Рано или поздно наймит должен доложить о провале хозяевам. Касательно же до входа…

— Перед нами официальный представитель Цитадели, имеющий соответствующие знаки отличия, — в кои-то веки вылил воду изо рта Принц. Традиционно, не к месту. -  За стены допустили бы так и так. Причин ожидать от него лжи нет – особенно учитывая ее последствия как для него лично, так и для красно-коричневых в целом. Сколь бы не хотелось найти менее конфронтационное объяснение, а данный вариант подтверждается и прочими уликами.

— Например? – надоел уже. Баран упертый. – «Аномалии»? А разве для них есть более…пристойное место, нежели исследовательский комплекс рогатых товарищей? Заявление же чужака не стоит ничего.

— К сожалению, милорд, существует еще одно, по сию пору не раскрытое доказательство,– давай быстрее. – Не по причине недоверия, а сугубо вследствие  нехватки времени на формирование необходимого контекста. Видите ли, кобылка, под чьей охраной находился ребенок, весьма необычна. Даже для своего народа. Успешно подобраться к ней со злыми намерениями – задача, требующая обладания немалой магической силой. Собственно, для того и потребовался ваш авторитет – моего для экстренного проникновения в залы родной Науки явно недостанет.

Близ вновь долго и пристально вглядывался в открытое и поразительно честное лицо изгнанника – вон оно, чё маска животворящая делает – в итоге с кивком заметив:

— Признаться честно, обозначенная нянька не вызвала во мне ровным счетом никакой заинтересованности. Обычная вроде бескрылая. Ну да, мы же для вашего брата тоже все на одно лицо. Так или иначе, поступаю в разумное принцево распоряжение.

— Мир не таков, каким кажется нам, – с облегченным вздохом отозвался вельможа. – Благодарю за доверие. Выступаем немедленно и действуем молниеносно. Лентус – с тебя направление. Не подведи.

-

Волькен обвел собеседника фирменным пронзительным взглядом, в лучшие – вернее, худшие – моменты подкашивавшим даже матерых ветеранов. Бледную гражданскую моль по ту сторону защитного экрана не проняло. От слова вообще. Эта погань и внимания не обратила.  С тем же успехом в приемном покое могла стоять дрожащая старушка.

Военачальник возвел очи горе и, за неимением возможности отоварить причину негодования, хватил копытом по столешнице. Оставив слегка утешающая вмятина.

— Слушай сюда, кретин, — насилу сдерживаясь, сравнительно ровным тоном начал он заново. – Перед тобой Верховный Главнокомандующий. Мне подчиняются десятки тысяч солдат. Все гребанные повстанцы минус долбанутые лесники. Я не намерен терпеть, когда со мной обращаются, будто со случайным плебеем, пришедшем сдать на экспертизу подозрительной формы репу, — единорог бесстрастно слушал, с каждой секундой добавляя накала бешенству посетителя. — Ваш Лорд магии собственноручно назначил аудиенцию этим долбанным утром – и уважаемый командир аж соизволил прийти. Какие «важные дела» могут иметься у этого ходячего бочонка с…

Внешние двери с грохотом распахнулись. Пегас помимо воли отреагировал соответствующе – с места воспарив под потолок и обнажив клинок – однако вместо подсознательно ожидаемых убийц в комнату влетела компания разной степени знакомства индивидов. И если замаскированный или расфуфыренный достойны максимум кивка, то вот их старший товарищ заслуживает куда большего:

— Близ! – торжествующе возопил сделавший себя сам баловню судьбы. – Сколь радостная встреча!

Оное предваряющее запоздавшую на десяток лет дуэль восклицание крик перекрыл властный вопль:

— Властью трех тронов: с дороги! – столь долго преграждавшие ему, наследнику рода Акутус, дорогу ворота в миг распахнулись, а барьер истаял.

Почти час маринования с бессмысленными оправданиями – против единственного оклика!

Сколь еще продлится сие унижение?

Ни года, ни месяца, ни дня и ни часа – это кончится здесь и сейчас.

Воин ввинтился в проем, раскидал пытавшихся преградить путь рогоносцев и помчался за кавалькадой.

Та проявляла немалую прыть – а также ни капли на заботилась ни об интерьере ни о тишине. Крики его собственного офицера и шпиона «вверх» и «налево» перемежались хрустом обрушиваемых на бегу стеллажей и звоном разбиваемых агентом цитадельцев банок. Минут семь спустя кучка рванула вверх по винтовой лестнице, вившейся вокруг большого каменного купола – центральной части резиденции их волшебности.

Вдруг раздался громкий приказ «стоп». Не от Лорда, не от Принца и не от проводника – голос подал диверсант. После чего без лишних слов прыгнул сквозь ближайшее внутреннее окно.

-

— Ага, так вот он какой, твой «ребенок», – первым нарушил гробовую тишину Близ, небрежно вырывая осколок стекла из сапога. – Уверен, что его родительница всего-навсего «необычная»? Ни с места! – гаркнул он зашевелившимся крылатым охранникам.  – До дальнейших распоряжений.

— Брат. Почему ты здесь? – Мирак отложил хирургический инструмент в сторону и кивнул на прибывшего первым земного. – Да еще и в такой компании?

— Надеюсь то сейчас выяснить,  – поворот к приземлившемуся с помощью пегаски Принцу. – Данное существо и есть причина нашего прибытия? «Твой» ребенок?

— Никогда не утверждал, будто ищем именно «моего» отпрыска. Только лишь создание, прожившее не много лет, ответственность за которое лежит на вашем покорном слуге. В обозначенных рамках -  ответ положительный, — невинная улыбка, вызывающая некое неясное опасение.

Заодно с раздражением – момент к зубоскальству, мягко говоря, не располагает. Причем не вспоминая о первоначальном сокрытии критически важных сведений.

Так или иначе, стоит выслушать вторую сторону. Защитник отчизны обернулся к соратнику и вопросительно поднял бровь.

— Перед нами дитя прямо сейчас летящего к городу звероящера. То самое, чье исчезновение обрекло Родину на унизительную, неподъемную дань. И этот…- Лорда Магии вдруг перекосило в прежде виданной наверное раза три за всю жизнь гримасе абсолютной ненависти,-…ПРЕДАТЕЛЬ всё это время скрывал от нас подобное сокровище.

Владыка Облачного района не без усилия удержался от поиска укрытия – встав затем между руководителями враждующих партий. Не время для распрей:

— Принято, — сухой деловой тон – лучший вариант. – Как же ты намерен использовать полученный подарок судьбы? С безумным риском подобраться на необходимую дистанцию и предложить буквально пламенеющему негодованием родителю в надежде резкой смены гнева на милость? – вторгшийся в чужую вотчину солдат обвел расположенные вокруг стола с закрепленным на нем существом накопители и Начертания. – Или же на уме нечто иное?

— Он – родная кровь и плоть. Источник силы и влияния. Дракон, – едва ли не прорычал маг. – Обретаемые с его помощью возможности…УПОИТЕЛЬНЫ. Замедлить. Вогнать в ступор. Заморочить. Остановить сердце. А то КОНТРОЛИРОВАТЬ…

— Позвольте уточнить! – аки ребеночек за партой, поднял ногу Принц. — Если вам нужна от него «помощь», то к чему разложен оный шикарный набор скальпелей?

Пегас мысленно чертыхнулся и жестом призвал феросова выкормыша доверить переговоры опытным товарищам:

— Кстати да – тоже любопытно.

— А кому-либо из присутствующим известен другой способ добывать помощь у огнедышащих рептилий? – злая усмешка. – Пожалуйста, не мешайте профессионалам. Отсчет начался до вашего прибытия. Ритуал необходимо завершить в течение ближайших…

Речь прервал нечленораздельный вопль, в коем бывалый вояка без труда узнал отчаянную попытку новичка изобразить боевой клич. В следующую секунду мимо пронеслась радужная молния – и с почти той же скоростью полетела обратно, спружинив от окружавшего Лорда Магии незримого барьера. На мгновение обернувшийся летун отметил оставленную сползавшим по стене телом кровь.

— Иноземцы, – колдун пренебрежительно хрюкнул, глядя на плод чужой глупости. – Ноль уважения – и помыслить то не могут, якобы местные тоже не лыком шиты и склонны приступать к опаснейшим экспериментам без стандартных защитных процедур, -  взор перешел на защитника Отчизны. — Брат, обезопась меня от дальнейших эксцессов и не дай уйти УРОДУ, – опять недостойная эмоциональность, -  он должен за всё ответить.

— Не помню дачи мной согласия на поддержку данной операции, — косясь по сторонам в процессе оценки тактической обстановки, протянул командир.

— А есть варианты?! – театральное всплескивание ногами. — Враг на подлете! Имеющий план конечно надежен, но страховка не повредит – а уж коли выйдет с контролем, — мечтательное цоканье языком. – В конце концов, ты же не всерьез надеешься на поделки этих червей?! Каким идиотом надо быть, чтобы поверить, будто сварганенные на колене железяки спасут там, где не справился весь Город во дни величия?!

Плеча коснулись. Огромного труда стоило не дать инстинктам размазать нарушителя по полу:

— Мой Лорд! – проникновенно произнес виновник всей галиматьи, пытаясь по-щенячьи поймать взгляд собеседника.  – Перед нами ребенок. Добрый, хороший, милый дракончик, сколь бы поразительно оно не звучало. Ни в чем не виноватый. Сверх того – сам  некогда вызвавшийся помочь нам в час нужды.

— МОЛЧАТЬ, падаль! – окончательно утративший привычное спокойствие и рассудительность Мирак чиркнул лезвием по столу. – Клянусь своими предками: если бы не экран – от тебя бы уже не осталось мокрого места, предатель. Неужели же твоя мерзостность настолько беспримерна, что и сейчас, в минуту на грани между гибелью и величайшим триумфом,  когда сама Родина вопиет о действии, ты смеешь ей препятствовать?! – аж побагровел от крика. – Требую тишины. Близ – позаботься. И хотя бы выруби гребаную тварь – одно его присутствие выводит из себя.

— Жизнь не стоит чести! – звонко раздался над ухом древний клич небесного народа. – Разве мы сумеем идти вперед помня, какую жертву принесли? Да и зачем нам такое бытие, ежели для его продолжения требуется убивать невинных детей?

Проклятье.

Солдат отбросил изменника и, сколь бы не взывало нутро как не раз прежде довериться готовому взять груз на себя брату и выполнить приказ наибольшего, глубоко задумался.

В конце концов, именно он – командир. Он – защитник. Он – несущий ответственность за каждого пони в сих стенах.

Без колебаний готовый принести себя и всех до единого подчиненных на алтарь Отечества.

Но ведь смерть на самом деле не худшее из зол.

О Пламя, умоляю – не дай мне пожалеть об этом:

— Мой Лорд, — до чего же стыдно за просительные нотки. — Не стоит. Справимся. Даю слово – и голову на плаху, — несравненно более подобающий удар себя копытом в грудь. — Положись…

— На хрена мне твоё слово – и голова – на пепелище? Да еще и без гигантского звероящера в узде!? – Мирак совсем уж отбросив вежество плюнул себе под ноги и издевательски прощебетал. – Вынужден настоять, — их взгляды встретились. Вселенная вдруг резко стала куда проще и понятнее. — Убить посторонних. Тишиной займусь лично, — экран обернулся непроницаемым черным куполом.

Старый воитель радостно улыбнулся выстроившейся в мозгу цепочке предстоящих событий – прекрасных своей яркостью и неизбежностью – и развернулся, на ходу вставая в боевую стойку.

Цель успела отскочить от первого взмаха и ныне с паническим видом вертела головой. У него нет шансов против пегаса. Тем паче – лучшего из них.

Повелитель крылатых приступил ко второму, гарантированно смертельному движению – когда в картину без предупреждения влетел черный жеребец с окровавленными клинками.

-

Наконец-то рабочая атмосфера.

Молчание. Комфортная полутьма. Не наблюдение одним фактом своего существования выводящей из себя ошибки природы.

Головная боль только слегка мешает. Еще бы: одновременно разговаривать и поддерживать целый заклинательный комплекс.

Плюс, чего греха таить, несколько стыдно перед Близом. С другой стороны, перьемозгий сам виноват – мыслимо ли, чтобы владыка пегасов столь позорным образом  колебался? Да еще и с Отечеством на чаше весов?

Впрочем, не стоит совсем уж…нивелировать его ценность. Вояка просто размяк – с годами или, более вероятно, из-за никак нежелающей кончаться мороки с этим безобразным, бессмысленным и чересчур затянувшимся бунтом. Влияния некой белоснежной твари также исключать не стоит.

Зубы сами собой заскрежетали.

Обретение потребного внутреннего покоя потребовало нескольких минут.

Совсем скоро перед ними склонится Дракон, дабы затем обрушить пламенеющую ярость сперва на «революционеров», а после и на подлинных виновников происходящего. Город восстанет из пепла краше и сильнее, нежели когда-либо – под законной, божественной властью.

Лорд Магии спасет Родину. Вознесет ее на прежде неслыханные вершины.

Своей ногой – а также знаниями избранного народа.

Медлить более нельзя: чешуйчатое отродье шевелиться. Приходит в себя. Ничего: оковы крепки, чары могучи, а тварюшка слаба. Годы унижения и мучительной дани подходят к завершению.

Сконцентрируйся. 

Один.

Сплав краснеет.

Два.

Начертания светятся.

Три.

Накопители включаются.

Четы…

Отсчет прервался ужасом гулом в задней части головы – будто кто-то могучий ударил в нее аки в гонг.

Маг пошатнулся, чудом не выпустив удерживаемых незримых нитей.

Барьер. Гарантированный. Проверенный сотнями опаснейших экспериментов и многими десятилетиями использования.

Практически несокрушимый.

Покрывшийся трещинами.

Вторым наскоком – пробитый.

Волшебник почувствовал себя внутри звонящего колокола.

Черты ритуала выпали из ослабевшего разума и растворились.

На передний же план помутненного сознания встал проскочивший через огромную дыру жеребец.

ОН.

Разумеется.

Никто кроме, него.

УБИЙЦА.

С черным кристаллом и ножом.

Поплывшее сознание вмиг окрепло и стало кнутом, обившимся вокруг жалкого, лишенного толики магии тела.

Подняв над полом.

— Ничтожество! – прохрипел единорог, сдавливая беззащитную жертву. – На что надеялся, червь?

— Что кое-кому станет стыдно и данный индивид извинится, вестимо, – тщетная попытка скрыть ужас под наглой ухмылочкой. – Убивать детей – как-то «нехорошо».

— Оооо, сам некогда пребывал в сем прискорбном заблуждении — спасибо присутствующим, вышел из оной позорной тьмы суеверий на свет, — широчайшая улыбка, сопровожденная мимолетным вывихом для собеседника. — Нравиться? Капельку большее усилие – сломал бы. Ты же ни-че-го не можешь сделать, выродок. Ибо ничто. Грязь под копытами высшей расы…

— И почему ты так меня не любишь? – до сих пор пытаясь звучать небрежно, процедил монстр.

— Почему? – единорог отступил на шаг назад. Сорвавшись затем на крик. — ПОЧЕМУ?!

Повинуясь порыву разъяренного повелителя, плеть взметнулась и отправила тушку вверх, протащила по своду и впечатала в пол позади мага. Услаждающий слух стон. Звон инструментов с опрокинутого стола. Глубокий отнюдь не понический рычащий вдох.

-

Рейнбоу с трудом подняла веки и вгляделась в безвидную муть.

Закрыла глаза и вслушалась в заполнившую уши какофонию.

Принюхалась и почувствовала только кровь.

Всё тело болит неимоверно.

Тем не менее, она жива.

Вроде бы цела.

В чем дело?

Глаза вновь открылись, на сей раз явив разгромленное в хлам помещение неясного назначения.

Унвер кидает из угла стул.

Тот пегас. Лорд. Лежит с ножом в спине. Какой-то другой склонился над ним.

Недавние воспоминания с щелчком вошли в паз.

СПАЙК!

Кобылка дернулась, сжала зубы и приподнялась.

На предположительном месте дракончика возвышается мрачный черный купол, вокруг которого раскидано мебель и горожане.

Мага нигде нет – как и Принца.

Силы оставили ее и лучшая летунья Эквестрии опять прислонилась к стене.

Не без ужаса почувствовала текущую по ней теплую жидкость.

Приказала себе не размышлять об этом, сосредоточившись на главном.

Встать. Дойти. Спасти друга.

Друзей.

Даш повернулась на бок, а после распласталась на полу.

Поползла вперед, отчаянно отгораживаясь от любых не способствующих движению вперед мыслей.

И вдруг…

…барьер разрушился.

В крошки, в ничто, за считанные секунды.

Явив ИХ.

СЛАВА ПРИНЦЕССАМ!

Он жив.

Оба живы.

Во всяком случае, шевелятся.

Точнее, чешуйчатый едва шебуршиться, а замаскированный сидит вовсю метелит уже поваленного и почему-то дымящегося рогатого злодея.

Пегаска облегченно выдохнула и позволила себе обмякнуть.

По пути в новый обморок отметив странный булькающе-всхлипывающий вопль.

-

— Эй! Ээээй! Очнись! – вместе со словами в трясущийся и повернутый на девяносто градусов мир пришла тряска. – Ты вообще в себе?

Принц сфокусировался и обнаружил перед собой Унвера.

Не раненого, не окровавленного, не опаленного и в целом хоть сейчас готового к светскому рауту.

Короче, полная противоположность собственному состоянию.

— Одежку – и ту почти не подрал, зараза безрогая, — вслух завершил мысль потихоньку возвращающийся в реальность жеребец.

— Не всем же сломя голову бросаться в пекло, — с видимым облегчением выдохнул ситуационный союзник. – Больше скажу: единственный снаряда в ход не пустил, в остальном обойдясь местной меблировкой. Люблю, когда меня никто не замечает, — щегол одернул таки пострадавший если не в драке, то в процессе входа через окно плащ и хмыкнул. – Кстати, на будущее: никогда больше так не смейся: мурашки по коже бегут – у меня-то! Да и в целом лицезрение трясущегося и издающего нечленораздельные звуки соратнике морали отнюдь не способствует.

Воображение мгновенно живописало обозначенную картину – погрузив неслучившегося картографа в новый виток хохота.

— Какого рожна тут творится?! – традиционно бестактно занял сцену вынырнувший из боковой мути Волькен. Имеющий несравненно более подходящий происходящему вид. – Кто посмел вмешиваться? Почему Лорд на полу? Что за тварь на стуле? С хрена ли задохлик ржет?

Потерянный вид обычно воплощающего в себе уверенность полководца лишь раззадорил бьющий наружу смех, каковой факт естественно усугубил положение. Верховный разразился могучим потоком отвратительной брани. Цитаделец же благоразумно оставил не готовых к беседам товарищей и отчалил к подзабытой за беготней эквестрийке.

Та, к вящему облегчению сына Города, подала признаки жизни и аж отказалась от предложенного со слащавейшим оскалом осмотра. Затем осведомилась о здоровье Спайка и, получив утешительное «насколько могу судить, в порядке», попросила помочь встать.

Поднятие произведено успешно.

Замечательно.

Займемся прочими.

Бывший изгнанник широко по-доброму улыбнулся Верховному.

Тот поперхнулся, одарил несговорчивого соотечественника тяжелым взором и, осознав бесперспективность конфликта, гаркнул прибывшему непонятно к кому пегасьему подкреплению помочь истекающему кровью Близу.

— Поразительно, — прокомментировал земной, от шока не успевая в должной мере осмыслить проговариваемое губами. – Неужели же не воспользуешься моментом и не убьешь его?

— Итак, оно всё-таки говорит. Какая жалость, — он резким движением сбросил с клинка пару задержавшихся на нем капель. — Можешь считать стоящего перед тобой бойца бессердечным, жадным до власти маньяком, готовым без малейших угрызений совести отправить на убой тысячи ради сиюминутной выгоды. Видит твой Единый – он такой и есть, — революционер вынул из кармана платок и принялся обтирать окровавленного лезвие. -  Но никому не советую ставить под сомнение солдатскую честь. Это, – кивок на уносимого подчиненными Лорда, – величайший ратник Отчизны. Воин от юности своей – с тех же пор враг, превыше всех иных. Ныне дравшийся будто во сне. Ни тактики, ни искры, ни обязательных речей об общем деле, — суровый лик вновь превратился в яростную гримасу. – Плюс, какая-то падаль осмелилась….

Далее нецензурщина, содержащая тем не менее сведения о попавшем во время поединка в спину соперника ноже и глубине возмущения Волькена данным обстоятельством и вселенной в целом.  Завершившаяся непередаваемо чувственным:

— Я должен был стать Принцем!  Будь проклят бескрылый без спроса вылезший вперед идиот! Загубивший…

Удар в пол. Полетели искры.

-…чего вообще болтаю, – недовольный взгляд на появившийся от эксперссивного жеста зазубрины на мечах. – Что тут происходит? Почему Мирак в отключке  — да еще и подгоревший?

— Дорогой гость изволил…выразится, – инженер мотнул головой на хлопающего глазами дракончика. – В остальном же ничего особенного.

Дитя Города сосредоточился, закусил губу и развел ногами в стороны:

— Просто…дела семейные.

Вопреки предосторожностям, смех прежней обильной рекой снова вырвался на свободу.

Верховный недовольно зыркнул, однако от дальнейших вопросов воздержался – вероятно, будучи смущенным чуть не выданной ранее сердечной тайной. А там и вовсе почел за лучшее покинуть залу, громко требуя во-первых: врача для Близа, а во-вторых: кого-нибудь для переговоров.

Оставленный же позади возвращенец подавил хохот – с куда меньшим, нежели прежде, усилием, бо вывих, ушибы и ожоги начали заявлять о себе -  и призвал подошедших спутников освободить Спайка. После чего не дожидаясь помощи и окончания действия андреналина вправил себе кость.

— Капитан, ранее украденные мешок и артефакт обнаружены,  – встал перед ними по струнке спустившийся также через окно на лестнице Лентус. – Разрешите обратить ваше внимание: обитатели комплекса интенсивно и настойчиво интересуются происходящим – каковы приказы?

— Объяви, якобы нам с Лордом воздуха удалось спасти его магического коллегу от тяжелейшей стратегической оплошности. Увы, в процессе развития кризиса повелитель пегасов получил тяжелые, а почтенный владыка единорогов вообще впал в тяжкое умопомешательство, вынудившее ради общего благо временно изолировать дорогого волшебника от общества – для оказания помощи и выяснения обстоятельств, – изгнанник в который раз не сдержался и заржал.

Офицер, не дождавшись дальнейших указаний, отсалютовал и отправился исполнять.

Руководитель же, кулем свалившись на камни, продолжал гоготал аки лошадь – пока наконец соратникам не надело:

— Не соизволишь ли объяснить, где в сей… — прижимающая к себе освобожденного дракончика пегаска вздрогнула, — …ужасающей ситуации ты нашел повод для смеха?

— Он…он…- тычок в пребывающую по ту сторону сознания жертву, -…в конце уже…сказал…- Принц собрался с силами и произнес полностью. – «Я твой отец».

Пауза.

Собеседники переглянулись.

— Гнилая отмазка, – первым прореагировал Унвер, ухватывая фальшивого исцела за подмышки. – Вообще не оригинальная.

-

-…тут черный маг отрубает белому копыто и ничтоже сумняшеся заявляет: «Я твой отец». А тот в ответ как заорет «неееееееет». Ну и вот, – Принц опять заржал.

Аудитория не оценила, по долгом размышлении объявив о том устами Спайка:

— Ничего не понял.

— Каюсь, повествование и правда получилось несколько сумбурным, — изгнанник закашлялся — от постоянного смеха горло пересохло. – Разрешаю винить в том Диану – дырявая леди всеми силами портила мне просмотр, вплоть до ухода с Шаром в персональную опочивальню на самом  интересном месте, — он опрокинул в глотку кружку теплого молока. – Впрочем, и без ее склонности к вредительству в сюжете имелась куча дыр и недосказанностей. Ну и солдат тугодышащего жаль: отличные ребята убиваемые буквально всеми кому не лень без всякого зазрения совести. Бедолаги и защититься-то не могли…

— Хватит! – вскинул ноги в просительном жесте Унвер. – Серьезно, заткни уже фонтан мудрости, а то ведь утопнуть в сей мути было бы зело обидно. Лучше объясни: каким макаром завалил самого Лорда магии? В открытом-то бою?!

Внук Старейшины едва ли не завибрировал. Видать действительно животрепещущий вопрос.

— За то надо благодарить две вещи, — горделивая демонстрация пузырька с чем-то серым и пушистым. — Смесь «бирерова чиха» и паутины, загодя припрятанную именно на случай полноценной конфронтации с колдунским племенем. И сидящее меж нами маленькое чудо, — благодарный кивок зардевшемуся дракончику, — своевременно выразившее свое пламенное негодование плохим поведением хозяев. Внезапное воспламенение мантии само по себе отвлекает от битья понями об пол телекинезом, естественные образом заставляя задуматься на вечные темы, а уж когда об толоконный лоб разбивается подобный подарочек, — горожанин нехорошо захихикал. – «Высшая раса», ха! Без магии они – пустое место.

— А-га, — протянула замотанная с ног до головы с бинты Рейнбоу спустя пару минут молчания. – А нельзя ли поподробнее? Как связаны разбивание о лоб и отсутствие магии? Или тогда флакончик побольше использовался?

— Одно из веществ не пропускает магию, другое – вытягивает силы, – пояснил Унвер, с алчностью глядя на флакончик. – Естественно, оба весьма дороги – всегда старался обойтись…- цитаделец поперхнулся и немедленно продолжил, откидываясь на спинку стула. — Не суть. Иными словами, тебе повезло. Сложилось. Так понимаю, барьер пробил тоже некой припрятанной финтифлюшкой?

— Истинно. Моя хомячья натура заставляет тащить все полезное в логово, а наиболл ценное – хранить при себе, – Принц вновь зарылся в бесчисленные карманы.

Увы или к счастью, следующее сокровище не успело увидеть свет – помешал прибывший будто из ниоткуда запыхавшийся гонец:

— Ваше высочество! – спешное приветствие. — Комитет срочно требует вас для обсуждения создавшегося положения!

Принц мигнул и незамедлительно отправил пегаса добыть транспорт, сам же принявшись запихиваться недоеденной за беседой пищей.

— Быстро обо всем прознали, – цокнул языком цитаделец. – Только какое дело твоему комитету до рогатых дел?

— Абсолютно никакого, – с набитым ртом отозвался тот. – Там другое. Прямо перед началом…кутерьмы пришло сообщение с дальней заставы. Дракон в пределах видимости.

Игривое настроение вмиг схлопнулось, сменившись тягостным молчанием.

— Когда же? – ребенок и не пытается скрыть дрожь.

— По нашим расчетам – завтра днем, – изгнанник вдруг подавился, прокашлялся и возложил длань на чело. – До чего неловко вышло: два Лорда выведено из строя. На пороге. Фер.

— Подозреваю, знай Мирак об этом, поостерегся…- начала Рейнбоу, неосознанно разматывая свежие бинты вокруг копыт.

— Знал, естественно, — резко бросил щегол. –  О чем и вещал, аки с амвона.

— Тогда почему же…- и снова перебили.

— Вероятно именно поэтому: темные делишки лучше всего проводить в суматохе, – Унвер повернулся к земному пони. – Куда кстати дели-то ихнее высокомордообразие?

— Во Дворец под домашний арест, выдав снотворное и болеутоляющие,- уроженец Города вытер губы и подбородок салфеткой. – Подобного рода обрыв стольких магических заготовок неблаготворно отражается на здоровье.

— И все? – не поверила эквестрийка. – Он же собирался принести Спайка в жертву! Да и тебя лично, между прочим, убить хотел!

— Речь об одном из трех законных правителей данного места. Неофициально – верховном. Что вы думаете с ним позволительно делать? – проводник вздохнул. – Да и  к тому же в принципе не вижу причин на большее. Помните официальную версию? Она не только политически отвечает требованиям момента, но и в полной мере отображает персональное мнение: ваш покорный слуга действительно считает недавнего оппонента помешавшимся. Во всяком случае, предпочитает считать. Не по причине симпатии или, того хлеще, дружбы – в общем-то благодаря ему говорящий сие и отчалил в изгнание – однако на кону участь Лорда…

Безуспешная попытка передать не до конца осознанную мысль жестикуляцией.

-…не могу описать. Произошедшее настолько НЕПРАВИЛЬНО….не суть. Сосредоточимся на огнедышащих звероящерах, – жеребец провел копытом по лицу. — Мисс Рейнбоу Даш, пожалуйста, отведите Спайка к Диане и все вместе отправляйтесь в убежище. Хеилст наверняка лично…

— А ну-ка стоп! – удар по столу. – Я не намерена сидеть без дела,  пока другие сражаются! Готова поспорить: добровольцев для наводки и отвлечения внимания отнюдь не очередь …

— Во-первых, очередь. Довольно внушительная. Спят и видят, как бы погибнуть за Родину, — горделивое цыканье зубом. – Во-вторых же, уверяю: у меня нет ни в компетентности, ни в настрое дорогой гостьи. Однако доверить присмотр за присутствующим здесь сокровищем кому-либо иному не представляется возможным – тем паче, в свете недавних событий. Кстати, — поворот к дракончику, — вам придется снова залезть в мешок. Опасность, увы, никуда не делась. Не стоит лишний раз афишировать присутствие в Городе. Унвер – тебе наверняка стоит зайти за указаниями к Старейшине. На том разойдемся. Карета подана…

— Подожди! – вцепился ему в куртку малыш. – Могу попросить тебя кое о чем? – дождавшись кивка, дрожащим голосом продолжил. – Конечно, п-понимаю, насколько  боитесь мою…врага. Она н-не права. Т-так нельзя и-и…

Изгнанник слушал становящуюся с каждой секундой менее удобоваримой речь несколько минут, после чего поднял копыто и произнес, глядя в глаза:

— Обещаю свершить всё возможное для сохранения её жизни. Например, сбить над внешней стеной, до жертв и повреждений, каковое обстоятельство вполне может привести к всенародной амнистии – хотя бы из желания не огорчать лишний раз чешуйчатый народ, — кривая усмешка. – Ну и вообще понадеемся лучше, будто обозначенная дама охолонулась и летит договариваться. Надежда есть всегда.

-

— Лорд во Дворце, в персональных палатах. Охрана исключительно положенная по протоколу и не получавшая никаких указаний сверх медикаментозных. Уже введенное снотворное завершит действие не раньше утра, — посланник положил список препаратов на стол и отсалютовал.

— В общем, пронесло, — отер пот со лба бывший заместитель по обеспечению благонравия, а ныне министр соответствующего ведомства. – Предатель либо полный идиот либо окончательно свих…без разницы. Ответственность не снимает: целая Главная часть, сверху донизу набитая единорогами – без малейшего сопротивления позволившими какому-то выродку сперва арестовать, а после и утащить хрен знает куда владыку!

— Во-первых, об аресте речь не шла, — вновь забубнил оправдания глава внутренней безопасности. – Объявили о помешательстве, за коим последовало в полной мере соответствующее рангу…

— Нет смысла искать виноватых, — встал между коллегами заведующий образованием и наукой. – Чудище приближается. Необходимо срочное, безотлагательное принятие решения: станем ли мы следовать намеченному плану или же предпочтем…

— О каких «или» вы говорите? – с негодованием поинтересовался обильно потеющий от стресса блюститель народных дум. — Алгоритм дан — и будет выполнен. Таков наш долг перед Отчизной.

— Нисколько не сомневаюсь в нашем долге, — потихоньку закипая, перебил руководитель всех учителей. — Однако же не могу не озвучить витающее в воздухе: какой-то…

Он поджал губы, вовремя спохватившись и не допустив использования…не рекомендуемых к печати обозначений, к его немалому сожалению на волне восстания и предшествовавших событий ставших в магических кругах обыденностью:

– Наименее одаренный гражданин ИЗБИЛ почтенного Мирака до потери сознания – в открытом, насколько оно возможно ныне судить, бою! Данное событие не могло не подкосить веру в начальственную компетентность. Со всеми вытекающими.

— Не всяким «менее одаренным гражданином», — пробурчал официальный виновник происшедшего. – Лучшим из «наименее одаренных граждан» — после их Высочества, конечно же.

Присутствующие дружно возвели очи горе.

— Замечание принято к сведению и опущено за ненадобностью. Господа, сосредоточимся, — бунтарь извлек из недр костюма положенную ему по статусу золоченую указку и подошел к растянувшейся во всю стене карте. Больше для обеспечения себе привычной обстановки, нежели по надобности. – Бессмысленно утверждать, якобы за прошедшие часы ничего не изменилось – иначе бы мы не сидели здесь  вместо выполнения прямых обязанностей. Положение ухудшилось. Сильно.  Двое из трех величайших мужей Города без сознания. Третий недоступен. Мы лишились беспрекословного подчинения пегасов и ключевого специалиста для ритуала, так и не обретя последнего имеющего полноту власти…

— Поняли вашу позицию, — прошелестел почти всегда молчавший глава особых исследований. – Внесите, пожалуйста, предложения.

Идущий против волны прикрыл на мгновение веки, собираясь, и озвучил:

— Отказаться от принятого решения. По крайней мере, повременить, пока хоть один Лорд не оценит ситуацию и не примет ответственность. Иначе просто не успеем собрать…

— ИЗМЕНА! – протрубил безопасник. – Ответственность уже принята. Приказ подписан и роздан. Да, перед нами встали новые сложности. Да,  всех спасти не сумеем. Жертвы неизбежны – большие, нежели изначально предполагалось. Тем не менее, наша обязанность остается прежней – повиноваться владыке.

— Вынужден согласится, — кивнул повелитель ходячих трупов и операторов. – Задержка не даст ничего, кроме успокоения чьей-то совести – в обмен на лишние гибели. Отказ же означает пологание на сии смешные железяки.

— Каковая надежда не только малоосмысленна с точки зрения момента, но и откровенно преступна в рамках стратегической политики сдерживания. Не для того предки столько веков внушали массам почтение к наибольшим, чтобы мы позволили ИМ спасти НАС, — благонравец аж вздрогнул от открывшейся дисциплины. – Сегодня маги добровольно используются в качестве блока питания – а завтра одаренными детишками станут топить сельскохозяйственные орудия.

— Так-то уж сильно не передергивайте, — поморщился заведующий наукой. – Принципиальной разницы между клееметами и десятилетиями работающими агрегатами нет, а потому и столь далекоидущим выводам взяться неоткуда.

— Тут вы ошибаетесь, почтенный обан. Разница принципиальна: все эти двигатели и дрели волшебники ПОЗВОЛЯЛИ делать – причем так, чтобы без нашего участия они так и оставались бы в лучшем случае маломощным хламом. Виднеющиеся же из окна громады по УВЕДОМЛЕНИЮ и благодаря красно-коричневым бандитам нуждаются в представителях высшей расы исключительно в силу недостатка времени. Самое же жуткое: собранное ИХ ногами совершит то, на что оказалась не способна никакая магия, — ревнитель традиций ухмыльнулся. – ЕСЛИ имеющий место совет допустит. К счастью, он не допустит – вопрос лишь в единогласии.

Руководитель учителей пару минут постоял в молчании, а после с проклятьем капитулировал.

— Вот и славненько, — довольно стукнул копытами друг о друга глава внутренней безопасности. – План идет своим чередом. Кстати, коли уж так волнуешься о потерях…

-

— Итак, поскольку дела улажены, не соизволит ли уважаемый собеседник отведать чая? –безмерно изящный и тем люто раздражающий поклон. – Не сомневайтесь: уж министр-то по внешним сношениям точно не напоит какой-нибудь низкокачественной «сойдет на военное время» дрянью.

Волькен возвел очи горе: любят же рогоносцы громкие слова! Только отвернешься – вмиг «Министерств» да «Служб», дабы впоследствии с надутым видом изображать невесть кого!

Впрочем, зовись хоть груздем – обещания главное выполняй. В полном объеме, в срок и без глупостей. Тем паче после НАСТОЛЬКО удачных переговоров: без своего Лорда под боком они мигом превратились в ласковых беспозвоночных овечек. При новом режиме магов, вероятно, стоит оставить в тишине и покое их лабораторий – при условии хорошего поведения, естественно.

Убаюканный мечтами о предстоящем роскошном величии, Верховный с благосклонностью взглянул на вносимый в комнату поднос с двумя дымящимися бокалами:

— Почему бы и нет. Главное не забывай, КОМУ предлагаешь.

— Уверяю вас, почтеннейший гость, напиток — высший сорт. Лорды – и то такой пьют в исключительных случаях, — волшебник широко улыбнулся. — Позвольте представить: «особый черный».

-

— Увы, ваше высочество, альтернативного чтения событий не предвидится,  – неуклонно гнул свою линию единорог. – Одних только показаний охраны более чем достаточно для очевидного вывода: имела место попытка переворота. На копытах же, увы, на порядок более весомое свидетельство – Близ, отравленный вонзившимся ему в спину кинжалом. Прилетевшим от них, — драматичное указание на кварталы вне Главной части.

— Брат мой возлюбленный, ну сам же отлично представляешь, о ЧЕМ просишь и на ЧТО толкаешь, – с нескрываемой мукой в голосе возразил Хеилст, надеясь горячностью перебить отсутствие аргументов. – Да: за стеной бунтовщики, даже убийцы – а заодно десятки тысяч наших сограждан. Пусть ошибившихся, позволивших запудрить себе мозги и поднявших вилы на собственных руководителей – но ведь не переставших БЫТЬ горожанами. Теми самыми, кого мы клялись защищать ценой всего! В конце концов, договор, – он вытянул из-под кирасы персональную копию, — подписанный нами…

— И нарушенный ими, – твердо перебил Рефел. – Настал момент пожать плоды предательства.

— Несомненно: лидерам. Не народу, — едва ли не выплюнул пегас сквозь сжатые зубы. – Или для тебя одно и то же?

— Они сами выбрали себе вождей, — размеренно, в привычной, невероятно бесящей снисходительной манере отозвался маг. – Следовательно, поддерживают принятые верхушкой решения и готовы разделить с ними судьбу. Так сказать, понести бремена друг друга, — негромкий смешок, — В целом, не вижу почвы для спора: мной передан приказ единственной законной власти. Выполняй свой долг, Принц.

Считанных миллиметров не достало копыту до челюсти.

Исполняющий обязанности высшего командира сдержался. Как сдерживался лет наверное с шестнадцати. В любом случае потом признает правоту названного родственника.

Прежде признавал – с чего ныне выйдет иначе?

Остается только проглотить негодование, отсалютовать не шелохнувшемуся жеребцу и отправиться исполнять.

А ведь не верил, будто когда-либо такому научится.

-

Несмотря на всю потрясающую, невообразимую в Эквестрии организованность и дисциплинированность местных крылатых огромная масса эвакуирующихся то здесь, то там сваливалась в беспорядочное бурление. Воздух пропитан тяжелым ароматом страха, с каждым крохотным конфликтом и заехавшим в спешке не туда локтем грозя пролиться обильным дождем паники.

Сосредоточенное пробивание в противоположном от правильного направлении спокойствия и упорядоченности определенно не добавляет.

К сожалению, иного варианта у Рейнбоу нет.

Хорошо хоть большую часть вещей перевезли загодя. Любому понятно: Облако – наименее защищенный от Дракона район Города. Каковой факт не помешал  великому множеству обитателей проявить преступную безалаберность и тянуть с переездом до последнего дня, дабы в жалких часах от События буквально забить собой пространство над Главной частью.

К счастью, упрямства дочери страны Двух не занимать – а потому двор предоставленного им на время скромного дома вскоре озарился воплем:

— Диана! ДИ-А-НА!

Никто не отозвался. Никого и не наблюдалось.

И без того взвинченная давящей и заразительной атмосферой летунья не глядя по сторонам рванула внутрь. В дальней комнате горит свет.

Слава Селестии.

— Проснись, тварь дырявая! – крикнула она, чуть ли не выламывая дверь. – Бежать надо! Неме…

Осеклась.

В помещении стоит незнакомый и нервничающий ничуть не меньше ее пегас с фонарем. Испуганное выражение почти сразу сменилось на облегчение пополам с отчаянной надеждой:

— Вы мисс Даш?

— Да! Где …- бешеная жестикуляция, — жившая здесь кобылка? Неприметная такая?

— Не знаю о ком вы, тем не менее смею уверить: все обитатели данной улицы давно эвакуированы, — он спохватился и отсалютовал. — Лично Принц воздуха послал меня удостовериться, чтобы вы также проследовали в убежище. Пожалуйста, пройдемте – пока не стало слишком поздно!

— Дракон ВНЕЗАПНО не подберется, — бросила Рейнбоу, оглядываясь. – Помоги лучше найти…

— Дракон – пожалуй, вот только существуют и иные…поводы для беспокойства. Поэтому вынужден настоять, — лишь чуточку дрожащий захват на локте. – Поверьте: здесь никого нет – мы проверили каждый дом и закоулок.

-

-…подытоживая: триумф буквально на пороге. Ваш покорный слуга практически не сомневается в нашей способности не только совместными усилиями одолеть огнедышащую ящерицу, но и прославиться тем в веках, — ему всё же стоит сменить стиль. Вдохвляющие речи, предназначенные зажигать сердца отчаявшихся и укреплять испуганных, требуют краткости и хлесткости. В идеале – рифмы. При любом раскладе, вариант «будто доклад перед акционерами зачитываешь» в подобных случаях не работает. — Таким образом последние точки расставлены, узкие места расширены и каждый нашел себе место. Всем спокойной ночи.

Широкий зевок. Опять же категорически не подходящий образу дающего последние напутствия бесстрашного лидера.

Ладно, какой уж есть:

-Разрешите обратиться?!

Принц чуть не упал с подмостков. В голове незамедлительно образовалась свежая галочка: в будущем либо заранее объявлять о своем прибытии, либо подходить заметнее.

— А, уважаемый Лентус, — выражение частичного скрытого лица свидетельствует о подавленном раздражении. — Предполагаю, задание выполнено…тобишь, разрешаю.

— Так точно, — стойка по струнке. — Лорд доставлен, охрана выставлена, приказы переданы. Дальнейшие указания?

— Свободны, лейтенант, — покоробивший нутро некоторой небрежностью салют. — Благодарю за службу.

-Позвольте задать вопрос, — собеседник вопросительно поднял бровь. – Что это было?

Формулировка, конечно, убогая – вот только альтернатива с перечислением известным обоим фактов на порядок хуже. К счастью, реципиент в том и не нуждается.

— Да кто его знает, – отмашка. – Сам голову сломал. Сведений море – однако сложить удобоваримо не выходит. Точнее, можно, вот только уж больно неприглядно получается. Предпочту счесть имеющуюся картину недостаточной для полноценных выводов, пока ограничившись объявлением сей вылазки не более чем спасением ребенка от гибели. Рекомендую поступить аналогично – завтра большой день. Вы, кстати, где застолбились?

— Сили-6, — машинальный взмах копытом в ее сторону. — Второй снаботряд.

— Прелестно: буду в курсе, по которой из погибших бригад плакать сильнее остальных, – сонный смешок. – Причем тот случай, когда в шутке есть доля шутки. На всякий случай признаюсь: я искренне рад знакомству с вами. Во всяком случае,  более близком, нежели в годы принцевского обучения. Всё?

Вспомнил-таки. Приятно

— Да, капитан, – подчиненный вернул улыбку. – Смею уверить: ваши чувства небезответны.

— Благословения вам Пламени, – он сотворил знамение и рассмеялся.

Отчалив затем в кровать. Давно пора.

Увы, сотням других тружеников общественного спасения, покой даже не снится. Машинистам, грузчикам, монтерам, наладчикам и многим иным земным пони предстоит вероятно самая горячая в жизни ночь – магам же предстоит обеспечить менее одаренных товарищей всем необходимым. От энергии для сварки до света. А то ведь иначе эффективность снизиться, оборудование попортится, травмы дождем прольются. Плюс координировать…

— Эй ты! – выдернул офицера из любезных разуму планов беспардонной оклик. — С дуба рухнул?! Приказа не слышал?! 

Из темноты на свет фонаря выступил другой единорог:

— Или вообще здесь остаться хочешь? – в голосе явная ирония. – Двигая давай – и спасибо скажи, что решил лишний раз проверить…

— Какое у вас ко мне дело? – холодно поинтересовался Лентус, встав таким образом, чтобы неизвестный гарантированно увидел форму и знаки отличия.

Тот оценил – аж с руганью подавшись назад:

— Так ты из этих! – плевок на мостовую. — Ничего. Простите. Обознался.

Издевательский полупоклон с последующим исчезновением из поля зрения.

Лейтенант подумал и выкинул инцидент из головы, вернувшись к умеренно-спешному движению по на правлению к ближайшей станции. С одновременной разработкой плана ближайших действий, разумеется.

 К сожалению – а также немалому раздражению – вскоре из мрака донеслось новое не рекомендуемое к печати слово, вслед за коим в зримое мироздание вернулся неназвавшийся:

— Стой! Послушай, пусть ты…не суть, главное – один из нас! Брат по крови! Плевать на политику – пошли с нами.

— Куда? Зачем? – эмоции скрыть более не старается. – Толком говори!

— В Главную часть! – нарушитель плавного движения мыслей вцепился ему в локоть. — Чтобы жить!

— Вы пьяны или не в себе, — припечатал, выдергивая конечность, спешащий к великим делам. – В данный момент мне ничего не угрожает. Завтра же в опасности обнаружит себя каждый, безотносительно положения и происхождения. Вот только говорящий сие, в отличие от многих, намерен не сидеть в тылу, а обслуживать противодраконьи установки. Чего всем и желаю.

— Верить, якобы железяки остановят Зверя –и при том не в себе я? – мрачный хохоток, за которым последовал плещущий презрением взгляд. – Совсем ополоумели, предатели, якшаясь со всякой грязью. Бежать надо, пока не поздно. Последний раз спрашиваю: со мной?

— Если бы не задача сохранения рабочих отношений между фракциями, то немедля арестовал бы вас за сеяние паники и призывы к дезертирству, – Лентус зажег свет, дабы запомнить собеседника. – Выношу единственное предупреждение и требую прекращения подобной деятельности.

— Бах! – театральное взбрасывание ног в воздух и вторичное исчезновение. — Ну и гори, дурень…

-

Едва ли не падающий от усталости Принц распахнул ветхую дверь.

Поспешно придержав ее во избежание порчи, а то и полной утраты.

Дом, милый дом. Вернее, полуподвал. Без разница – главное кровать есть. Трехместная, как ни странно.

А еще в наличии уютный полумрак и громкое храпообразное мурчание. Благодать.

Земной пони по возможности неслышно проследовал к цели и с достойной бывалого лесника осторожностью лег на «свой» край постели. Без прелюдий вроде снятия покрывала или раздевания: ночи пока теплые, куртку же снимать сил нет – тем паче ради мелочи вроде сна. Если он вообще изволит явиться, для разнообразия не подставив вместо себя очередную пачку отвратительных кошмаров.

Мечтать никто не запретит.

С другой стороны, завтра великий день. Чай хоть сегодня вселенная позволит ему отдохнуть.

Тело с готовностью расслабилось. Коли совсем уж откровенно, обмякло. Сколько не притупляй ощущения, мышцы не обманешь. Разум, прогнав пару раз генеральную стратегию и море незначимых деталей, рискнул уцепиться за основное событие дня – будучи немедленно призван придерживаться официальной версии. После чего наконец успокоился.

Подсознание же боялось. Тихонько выло из-под метафорического шкафа и категоричным тоном требовало гарантий. Однако таблетки принимать нельзя – не после употребленного в момент кризиса стимулятора, сколь бы «слабым» тот не считался.

Остается только молиться.

Сколь же ущербна вера, в которой молиться «остается».

Где Пламя мало того, что выручалочка, так еще и работающая исключительно по остаточному принципу. Для момента после провала собственных сил и медикаментов.

Новообращенный тихо-тихо соединил копыта перед маской и зашептал:

— Владыка, любовью Твоей великой и непонятной, молю: прости. За узурпацию Твоего места, за презрение к Твоим обещаниям, за пренебрежение Твоими указаниями. Позволь принять Твою истину, вершить Твои планы и вести доверившихся Твоими путями. К моему благу, их благу, Высшему благу. Ведь нет к нему иной дороги. Даруй видение, тобой ли поставлен и к чему призван.

Говорящий  с темнотой нервно облизал губы, сомневаясь в своем праве тревожить Абсолют подобными мелочами.

— Ты видишь терзающие меня в ночи ужасы и сжимающее мне сердце подозрение. Прошу, коли есть на то воля Твоя святая, пронеси чашу сию мимо. Потому как я жажду жить, — горький вздох. — Чем снова предаю Тебя, наглядно демонстрируя отсутствие подлинного доверия в обетования. Сверх всего прежнего, умоляю: укрепи веру мою, ибо сам на то не способен. Осени уверенностью в произносимых этим ртом приказов. Помоги БЫТЬ тем, кем должен, кем видят и на кого надеются, — в уголках глаз выступили слезы. – И не дай обреченным завтра на гибель умереть жертвами моей глупости, но мучениками Светлого Будущего. Лучше же всего – освободи от этой неподъемной кровавой короны никогда не жаждавшего ее маленького инженера. Да проявится слава Создателя в жизни создания. Пусть станет так.

Неслучившийся картограф расцепил конечности.

Внутри чувствуется тяжкая неудовлетворенность. Настолько БОЛЬШЕ хочется сказать. А то и высказать.

Пора спать.

Со стыдом и надеждой.

Звуки довольного бытием Мрлыка сработали идеальным успокоительным, а освещенные ночником часы призвали поспешить…

…дабы спустя ДЕСЯТЬ минут сообщить о полном провале предпринятой попытки.

Всего-навсего.

Проклятый коридор здесь. Поджидает жертву на пороге.

Нет покоя грешникам.

Принц огорченно отвернулся от часов.

Узрев глаза.

Немая пауза.

— Боишься темноты? – первой нарушила молчание Диана, кивая на источник тусклого света. 

Если присмотреться, то можно увидеть ее хламиду и части доспеха, аккуратно сложенные на столике с той стороны.

Совсем расслабился. Или, более вероятно, отупел от заигрываний с химией.

Главное не паниковать. Ситуация привычна. Плюс, уважительная причина отсрочить новую пытку-попытку отхода в царство грёз.

— Разве только внутренней, — радость скрывающему румянец мраку вспыхнула и погасла при воспоминании об эмоциональной чувствительности дырявой твари. – Не поделитесь, какого рожна делаете в моей постели?

— Не жлобься – на то и трехместная, – ночная гостья погладила ни капли не обеспокоенного соседством кота. – Представь: просыпаюсь с головной болью в непонятной сделанной из облаков комнате. Свертка нет. Безрогой нет. Рыжика нет. Урода – и того нет. Вообще никого нет. Подозрительно. Выхожу. Все бегают, кричат, скарб разный тащат и разговаривать внятно отказываются. Кинулась к дому внучка – еще хуже, едва не подстрелили. Остался единственный вариант, но и здесь пусто, за исключением данного стр-рашного зверя.

Умиление вроде бы неподдельное, да и чесание за ушами старательное. Мохнатое чудище во всяком случае одобряет. Мурчание набрало обороты.

— Пойти охотиться – настроения нема. Вернуться к крылатым – лень. А тут кровать попалась на глаза и звуки приятные. Кто же мог предположить, будто среди ночи припрется грязный дурнопахнущий и неожиданно тихий идиот ничтоже сумняшася завалиться в опочевальню к приличной кобылке, — великосветнейший, истекающий ханжеством вздох. — Куда катится мир?

— В Бездну, не иначе! – с готовностью подхватил Принц, приступив к положенным за культовой фразой причитаниям. – Молодые матери не заботятся о детях, подчиненные не выполняют приказов, земные кобылки выглядят подобно покусанным чучелам…

Мягкий снаряд ударился о нашитую на рукав стальную пластину.

— Знаете, а оно ведь даже слегка унизительно, – с подчеркнутым спокойствием заметил изгнанник, возвращая подушку на место.

— Надо же хоть как-то учить тебя манерам, – отозвалась довольная эффектом зараза. – А то так и помрешь лесным дикарем, культуры не хлебавши. Кстати, чего там с твоим ребеночком?

— Все живы, — запинка. Близ. — Во всяком случае, надеюсь на это, — хватит ерундой заниматься. — А теперь извольте освободить занятое без спросу жизненное пространство и проследовать в убежище. О взыскании за проваленное задание подумаю утром.

— Неужели же любимый, дрррррагоценный хозяин, — от одного тона мурашки по телу. – Прогонит несчастную рабыню во тьму и холод? Откажет в счастье, ПРИВИЛЕГИИ на пару с сим могучим тигром, — очередная порция ласки вконец разомлевшему Мрлыку, — согреть непревзойденному владельцу ложе и увеселить душу?

-

Наступившая тишина красноречива сама по себе – расцветившая же мироздание чудесная сложная и противоречивая гамма чувств стоит любой театральной сцены.

Вопреки ожиданиям и без  того прекрасная ситуация получила достойное продолжение:

— Коли вас волнует  тепло, — голос рассудительный и явственно заторможенный. Переживания скрыть пытается, идиот. — Логично бы снять доспехи целиком.

— Да будет благословенна Королева! – с энтузиазмом продолжила представление Защитница, хватаясь за ремни кирасы. – Покорная служанка в полной мере поняла приказ! Наконец-то господин использует меня полностью!

Вожделенной вспышки сумбура, стеснения и прочих интересностей не последовало. Вместо нее на первый план вылезло раздражение:

— Вновь вынужден призвать отправиться в убежище. Безопасности ради.

— Воистину кончились на свете кавалеры! – патетичное протягивание копыта к потолку. — Современные жеребцы без зазрения совести позволяют себе сперва использовать доверчивую, одинокую, беззащитную кобылку, а затем выгнать ее прямо постели, – трагичное отбрасывание в сторону теплого одеяла. – Заставляя идти в далекое, полное чужих пони место, где за ней и присмотреть-то некому…

— Понял-понял, не продолжайте, – воздевание конечностей в демонстрации полной капитуляции. А ведь монолога заготовлена еще минуты на три. – Ваша изменчивость жаждет остаться здесь. Более того – в моей постели?

— Иных мягких и удобных для сна поверхностей не наблюдаю, — широкая обезоруживающая улыбка.

Оппонент возвел очи горе и совершил то, чего леди категорически не ожидала и чему, откровенно говоря, огорчилась.

Сдался:

— Хорошо, — пострадавшая ранее подушка заодно с товаркой переместилась ему под мышку. – Не стану вам мешать.

И отправился восвояси.

— Что, даже без веревок? – бросила в спину первое попавшееся расстроенная Наследница.

— А смысл? Банально запру на ночь дверь, а через окно вы, – вызывающий не самые приятные, однако вместе с тем интригующие ощущения оценивающий взгляд. – Всё-таки не пролезете. Завтра видать придется таскать присягнувшую за собой, каковой факт не отменяет четкого понимания: находиться с вами в одном помещении без особой нужды вредно для здоровья.  Кстати, официально разрешаю съесть любые продукты в данной комнате – я им, увы, доверять не могу. По очевидным причинам. Спокойной ночи.

Раздосадованная Диана естественно не могла оставить столь наглое, нескрываемо пренебрежительное поведение безнаказанным и метнула в схваченное с тумбочки лезвие – к великому своему стыду, промазав метра на два.

Мрак, сонная, никогда в этом деле не блистала и так далее.

Выродок же не соизволил даже возмутиться. Буквально напрашивающийся на язык ехидный комментарий – и то не поленился. Только негромко вздохнул а-ля «опять детишки балуются» и вышел вон, оставив запунцовевшую до кончиков ушей даму искать впотьмах выброшенную собственность.

Какой-то он квелый стал. С ним больше не весело.

-

Жалкие полчаса сна. За целую ночь. Да и то в совокупности.

Без-на-деж-но.

И мы ведь все понимаем, ранним симптомом ЧЕГО являются непрекращающиеся кошмары.

Есть таки в мире Справедливость. Протягивающая возможность не только казаться, но и БЫТЬ.

К счастью, еще не сейчас.

Сосредоточимся на настоящем.

Сутки на ногах – не смертельно. Хоть три! Вот только и прежде со сном не ладилось…

Не важно. Стимуляторов на сегодня хватит. А завтра наступит завтра.

Впрочем, не стоит вовсе уж надежду утрачивать. Попробуем снова.

К добру или худу, а на сей раз Коридор не успел: дрём разорвал донесшийся снизу, из покинутого полуподвала, безобразный  шум. Сперва представлявший собой невнятные крики и ритмичные удары, а после особенно громкого «бух»-а ставший смесью из дикого мява, воплей, ругательств, а также – бывший изгнанник скрипнул зубами – звука разбиваемого стекла.

Незамедлительно покинувший лишенную половины стен комнату жеребец обнаружил в целом ожидаемую картину: пребывающую в разгромлении опочивальню, по которой шарахался некто в форме:

— Смир-рно! – рык достоин Верховного.

Неизвестный, естественно, не встал по струнке – однако его краткого замешательства хватило на отрывание от бедняги Мрлыка, грудью, когтем и клыком вставшего на защиту своего нового инструмента для чесания и поглаживания. Кстати…

Быстро выведя лепетавшего благодарности и извинения пострадавшего за дверь, Принц промаршировал к постели и сдернул одеяло со свернувшегося на ней комка. Увернувшись от удара копытами, он узрел Рейнбоу Даш.

Вариант определенно предпочтительнее разлагающегося трупа, как и многих иных шуточек.  Однако всё равно неприятно.

Ладно, главное – не правда. Хуже ее нет ничего.

— Проснитесь и пойте, — с безмерной мрачностью СИЛЬНО не выспавшегося гражданина произнес фальшивый исцел, кидая даме упавший с тумбочки в процессе драки наруч. – Без особой нужды дверь бы не выбивали.