Восхождение Тьмы

Непостижимое

Время почти остановилось, а вся тяжесть космоса, казалось, сосредоточилась в одной-единственной точке. Сильвер чувствовал себя свинцово-тяжелым, медлительным, расстроенным и неспособным сформулировать ни одной отчетливой мысли. Он никак не мог сосредоточиться на вставшей перед ним проблеме.

Был ли это страх? Неужели он вновь познает его вкус? Спустя столько лет? Неужели ужас именно так сковывает разум?

У его ног лежал мертвый сержант Удон, чей шлем превратился в окровавленное месиво. Рядом с его телом распростерлись тела двух боевых братьев, с пронзенными сердцами, если и не погибших, то тяжелораненых.

Перед ним стоял Трек с окровавленным мечом в копыте.

Это безумие. Такого не может быть. Брат пошел против Брата. Рыцарь Ордена убил своих товарищей. Законы братства и благородства, которым так доверял Сильвер, были разорваны, словно легкая паутина. Это безумие навсегда оставит след в его сердце.

– Что ты наделал, Трек?

– Не Трек. Сайман. Я Сайман, слуга Неназываемого. Сайман повсюду вокруг вас. Сайман внутри тебя.

Голос пегаса дрогнул, словно от короткого смешка. Сильвер понял, что он снова намерен атаковать. Остальные солдаты из отряда Удона, пораженные не меньше Сильвера, качнулись вперед, но никто из них не поднял оружия. Даже после того, что только что совершил Трек, никто из них не в силах был преступить кодекс рыцарства и напасть на одного из своих товарищей.

Сильвер знал, что и он не способен на это. Он прыгнул на Трека.

Биг Трек, командир первого отделения и один из лучших воинов Ордена, снова бросился на своих братьев. Взмах меча, и отрубленная голова покатилась по гладкому полу пещеры, еще один брат упал. Двое других рухнули рядом после того, как Трек накинулся на них с яростью дракона, буквально разрубив несчастных по полам.

Сильвер ударился о корпус Трека и опрокинул его на спину, стараясь схватить за ноги. Обезумевший пегас сопротивлялся с удивительной яростью.

– Сайман! – кричал он. – Это означает конец и смерть! Сайман будет обгладывать ваши кости!

С ошеломляющей силой они ударились в скалу, так что брызнули каменные осколки. Трек не выпустил зажатого в копыте оружия. Сильвер прижал его спиной к стене, и струи талой воды окропили их обоих.

– Трек!

Сильвер нанес удар, способный поразить насмерть не защищенного пони. Его копыто с треском обрушилось на шлем убийцы, и Сильвер снова и снова продолжал бить то в шлем, то в нагрудник доспехов. Из щели для глаз брызнула кровь. Еще удар, подкрепленный всей тяжестью тела, и Трек покачнулся. Каждый удар копыт Сильвера сопровождался грохотом, словно кузнечный молот обрушивался на стальную заготовку.

Едва Трек дрогнул, Сильвер схватился за его лезвие меча и вырвал оружие из копыт. Он отбросил его далеко за край пропасти.

Но Трек и не думал сдаваться. Он обхватил Сильвера и прижал боком к каменной стене. От сокрушительного удара стена дрогнула, сверху посыпались мелкие камни. Трек снова всем корпусом толкнул Сильвера на скалу, как сделал бы пони, пытаясь раскачать тяжелый груз. В голове Сильвера вспыхнула боль, и он ощутил во рту привкус крови. Он попытался вырваться, но Трек снова нанес удар копытом прямо в лоб, и затылок Сильвера опять ударился о камень.

С криками подбежали остальные солдаты и попытались их разнять.

– Держите его, – крикнул Сильвер. – Держите крепче!

Это были опытные войны, сильные, заколенные в десятках битв, красивые словно молодые божества, в полных боевых доспехах, но они не могли выполнить приказ Сильвера. Трек размахнулся и ударом задних копыт сбил с ног ближайшего противника. Двое из троих оставшихся на ногах повисли на его спине, словно две полы плаща, и старались свалить его с ног, но Трек поднял их над полом, а потом резко повернулся и сбросил.

Какая мощь! Какая непостижимая сила проявилась в нем, что он раскидал этих воинов, словно манекены в тренировочном зале!

Трек повернулся к единственному оставшемуся воину, когда тот бросился вперед, чтобы схватить безумца.

– Оглянись! – насмешливо крикнул Трек. – Сайман уже здесь!

Его правая нога с зажатым в копыте длинным ножом метнулась к голове боевого брата. Трек нанес удар прямо в прорезь для глаз. Из горла боевого брата вырвался сдавленный крик, когда лезвие ножа пробило переносицу и вошло в мозг. Через прорезь и отверстия для дыхания брызнула кровь. Трек отдернул копыто, и воин упал, и больше не шевелился.

Вне себя от отчаяния, Сильвер бросился на Трека, но безумец развернулся и отшвырнул его могучим ударом слева.

Сила удара была поразительной, она намного превосходила мощь любого из воинов гвардии или Ордена. Не выдержала и треснула даже латный накопытник Трека, как и наплечник Сильвера, куда пришелся удар. Сильвер на долю секунды потерял сознание, а затем почувствовал, что летит. Трек так сильно его толкнул, что Сильвер перелетел через каменный выступ и оказался на краю пропасти.

Он сумел зацепиться за неровный край ступени, чуть не сорвался, но все же удержался, царапая копытами выщербленную поверхность камня и болтая ногами над бездной. Талая вода тонкой струйкой стекала сверху, и камень от минеральных отложений был маслянисто-гладким. Копыта Сильвера начали скользить. Он вспомнил похожую ситуацию в башне дворца «Гармонии» и взревел от ярости и разочарования. ОН распахнул крылья и в два маха выбросил себя за край пропасти

Ярость предала ему сил. Ярость и страстное желание не подвести Защитницу. Только не сейчас. Не перед лицом этого ужасного преступления.

Сильвер вскарабкался на лесенку. Она была такой узкой, что на ней не смогли бы разойтись два пони. За его спиной разверзлась пропасть, черная и глубокая, словно открытый космос. Ноги и крылья еще дрожали от напряжения.

Показался Трек. Он бежал через пещеру к вершине лесенки и на ходу вытаскивал второй клинок. Сильвер увидел, как в неярком свете белеет лезвие.

Он тоже обнажил меч.

Трек уже был наверху лесенки и размахивал мечом. Он не переставал выкрикивать бессвязные угрозы, но голос изменился и был совсем не похож на голос прежнего Трека. Безумец сделал яростный выпад, но Сильвер отклонился назад, а затем стал парировать удары своим оружием. Посыпались искры, и столкнувшиеся лезвия зазвенели, словно тревожный колокол. Верхняя позиция не давала серьезного преимущества в таком бою, и Сильверу было нетрудно избежать ударов, всего лишь пригнувшись.

Боевые мечи боевых братств были не слишком подходящим оружием для противоборства. Короткие двусторонние мечи были предназначены для колющих ударов в ближнем бою. Им недоставало ни длины, ни маневренности. Трек орудовал мечом как топором, вынуждая Сильвера защищаться. Два лезвия двигались с такой скоростью, что струи талой воды разлетались в стороны дождем брызг.

Сильвер гордился тем, что постоянно совершенствовал свое умение владеть всеми доступными видами оружия. Он регулярно тренировался по шесть, а то и восемь часов подряд в фехтовальной камере корабля и от своих подчиненных требовал таких же усилий. Он знал, что Биг Трек был непревзойденным мастером в бою с кинжалами или топорами, но на мечах сражался намного хуже.

Но только не сегодня. Трек пренебрегал своими умениями или позабыл их в припадке безумия. Он атаковал Сильвера как маньяк и провел серию неистовых ударов и выпадов. Сильверу пришлось тоже забыть на время о тонкостях и парировать его клинок. Трижды ему удавалось заставить Трека отступить на несколько шагов от верхней ступени, и трижды противник вынуждал его снова спускаться по лесенке. Один раз Сильверу пришлось подпрыгнуть, чтобы избежать нижнего удара, и он едва удержался на ногах, когда приземлился. Мокрые ступени были предательски скользкими, и сохранение равновесия требовало не меньшего внимания, чем отражение атак Трека.

Все кончилось внезапно, как удар молнии. Трек преодолел защиту Сильвера и погрузил меч на всю длину лезвия в его левое плечо.

Сильвер закричал от неистовой боли.

– Сайман здесь! – в восторге завопил Трек, но его клинок похоже прочно застрял в плоти Сильвера.

– С Сайманом покончено, – прошипел Сильвер и направил острие своего меча в незащищенную грудь Трека.

Меч Сильвера прошел сквозь доспехи и тело безумца, и кончик вышел из спины.

Трек покачнулся и выпустил из копыт оружие, но меч так и остался зажатым между пластин брони Сильвера. Безоружными ногами он потянулся к лицу Сильвера, но не резко, а осторожно, словно ища милосердия или даже помощи. Вода продолжала падать и осыпала сверкающими каплями их белые доспехи.

– Сильвер… – выдохнул Трек.

Сильвер резко выдернул меч. Трек сделал неуверенный шаг, из открывшейся на груди раны показалась кровь, смешалась с талой водой и окрасила нижнюю половину доспехов в нежно-розовый цвет.

Он упал на спину и покатился со ступеньки на ступеньку, неловко размахивая непослушными ногами. Трек задержался на последней ступени, когда ноги уже повисли над обрывом, но продолжал медленно сползать вниз по скользкой лесенке под тяжестью собственного веса. Сильвер услышал негромкий скрип металла по камню.

Одним прыжком он спустился вниз; еще несколько мгновений, и Трек мог рухнуть в бездонную пропасть. Сильвер схватил его за край левого наплечника и стал медленно втаскивать обратно на ступени. Это казалось почти невозможным. Словно Трек стал весить миллионы тонн.

Трое выживших солдат из седьмого отделения подошли к верхушке лестницы и наблюдали за его стараниями.

– Помогите мне! – крикнул Сильвер.

– Спасти его? – спросил один из них.

– Зачем? – подхватил второй. – Зачем вы его вытаскиваете?

– Помогите! – снова бросил Сильвер.

Никто из троих даже не пошевельнулся. Сильвер в отчаянии взмахнул мечом и пригвоздил правый наплечник Трека к камням. Так он уже не мог соскользнуть вниз. Сильвер с трудом выбрался наверх. Едва дыша, он сбросил помятый шлем и сплюнул сгусток крови.

– Вызовите Лаймон Шилда, – приказал он, хватаясь копытами за копытоять меча, застрявшего в его плече и медленно вытаскивая лезвие из совей плоти. – И поскорее.