Лента обновлений
Глава 3. Дело о "Кошках в театре".
Ван проснулся привычно, к обеду. Еще даже не открыв глаз вороной пони принюхался. Да, все верно, запах дорого парфюма. - Пэс? - с ходу угадал аликорн. Хотя как не угадать, если чейджлинг любила спать под теплым боком вороного пони. Правда потом она лишилась этой привилегии напоследок закатив Вану ужасный скандал. Ван же был непреклонен. Он не хотел, что лишний раз объяснять чрезвычайно запутанные отношения со суккубой, Луне. - Я это. А ты идиот. - сообщила ровным голосом Пэс, лежащая рядом с...
Глава 2. Высший свет.
Остаток ночи после визита странной пони, Ван провел дома, валяясь на софе. Желание прогулять пропало. Это было первое, по настоящему серьезное дело и жеребец волновался. Да и было что-то странное в Аннии. Вану казалось, что он упустил какую-то важную деталь из разговора с ней. С другой стороны кобылка предупредила о том, что бы он не пытался узнать что-нибудь о ней. Так и не придя ни к какому определенному выводу, Вороной задремал, проспав до обеда. Проснувшись и сделав все утренние, а, если...
Посвящение одной пегаске
Пылая утренним пожаром, Природа сонная молчит… И под лазурным покрывалом На облачке пегаска спит. На свете всех она прекрасней, И белоснежней облаков, Драконов бешеных опасней, Свободней ветра от оков. Во сне она с судьбой играет, Ласкает шерстку грозный шторм, А здесь по прежнему сияет Рассвет на небе голубом.
Твай, до того, как все произошло
Настанет день, наступит ночь, Которой не дано забыться, Небес прекраснейшая дочь, Пять звезд падут к твоим копытцам. Шестою будешь ты сиять, На самом высшем небосклоне, И с пылью звездною играть, В межгалактическом бостоне. Придет рассвет, придет закат, Тебя прося благословенья, И тени смертных, вновь, опять, Сомкнут знакомые им звенья… Земной покинувши парнас, Оставишь в странствии их скорбном, В рассветно-сумеречный час Ты станешь новым..
Селестия-Твай
Чернильница на пол, и перья в воздухе, Крылья тоже. Строчкой этой, Письма вельможам. Ты знала? Нет. Я не знала, ты? Помилуйте. Это мечты, до них, Снизойдите, смилуйтесь. Но поздно, разговорам нет Больше прощенья, Только во тьме тел Перемещенье.
Вторая звезда (Селестии)
Усталого солнца тленье Под городской мотив, Дробит на части тени, От света не отделив. Мглою сверкает в фарах, Сломанных фонарях, Мечется на тротуарах, Неоновой пылью горя… Но если прикрыть веки, Над изумрудной травою, С белыми крыльями, вверх Солнце взметнется иное.
Кантерлот - Понивиль
Ты помнишь ту сладость, ты помнишь это… Опять свободна, опять к рассвету… Прочертят на окнах дождем тополя — Ты небо. А я — земля. Звезда вечерняя с нами будет, Сойдет с небес и опять рассудит, Стальная простонет во тьме колея — Ты небо, а мы — земля… Во тьме вспышки, горячее лето Деревья и тени — опять к рассвету… Изящно застынет, мгновеньем себя… Вихрем. Играя. Губя — Мы — небо. И мы — земля. И отстучат немые колеса — лентою стиль… Любовью отмерянных миль… Путь....
Гроза
Терзают землю в полутьме Дождя блестящие иголки, И в нежной, ветряной тесьме Деревья, связанные шелком. И с поднебесья кожей черной Слились стыдливо облака, И хлещет гневно плетью молний Неумолимая рука. А в вышине помягче краски, Для сна, на облачном пути, Двум бойким, озорным пегаскам, Никак все места не найти. Но долго думать не придется, Сердца их бьются в унисон. И в такте с громом раздается Блаженный и прекрасный стон.
Октавии
Красавица надменная, искусство Своей стезей ты выбрала не зря. Трепещут вместо струн живые чувства, И внемлет публика, дыханье затая. Что видишь ты за строчкой партитуры? Куда от цифр протянуты мосты? В гармоний совершенные фигуры, В иные, неизвестные миры? Мне не понять. Лишь бережно снимает С души оковы, мелодичность нот. И обнаженную на части разрезает Восторгом, завершающий аккорд.
Лира и Бон Бон
Воздушный океан затих в сияньи дня На мачтах облака покоятся льняные, На дне загадочность таинственно хранят Несметные сокровища земные. Меж них жемчужиной сокрыты в глубине Две пони, слившихся как целое в движенье, Для них реальность растворилась в ярком сне, И в каждой сладострастья отраженье. На крупе, музыкой беззвучною полна Играет лира то дрожа, то плавно, И вторит ей, тягуча и сладка Прекрасная подруга неустанно. А Лира, на финал дыханье затая Шепнет, отринув мысль о...
Селестии
Дозволь, мудрейшая богиня мне напрасно Стараться воспевать Твои прелестные черты Любимой я скажу — как солнце ты прекрасна А солнцу я скажу — прекрасное как Ты Твой горделивый стан вне времени отмерен И лишний тортик не вредит фигуре божества Твой каждый жест гармонией поверен Как совершенства неизменные права. Я знаю — есть еще мира — чернее сердца ночи Святого имени отступники не чтут От правды отверзают свои очи И речи мерзкобогохульные ведут Мне дела нет до них. Надменные...
Твайке
А в Понивилле, знаю я не по наслышке, Одна поняшка умная живет. На звезды смотрит и читает книжки, По вечерам чаек с друзьями пьет… Когда в камине трепетный огонь играет, Она с поняшами чего-то обсуждает, И я уверен, в споре нету ей, Соперников, достойней и скромней. А вот недавно, знаю я бесспорно, Она вдруг стала новым аликорном! С заслуженным карьерным достиженьем, Поздравить мне хотелось бы ее, Цветочки подарить ей с уваженьем, Поговорить про время, бытие… Про тополя, про...
Рэрити на пляже
Застыли стены из песка, И глянцевой лазури. На небе знаком облака Внезапно промелькнули… И шляпки фетровой растаяли следы. На матовых лучах, И к сердцу прикоснулись, Ты. Ты, смотришь на нее, не зная, Где тут солнце, Где марево над зеркалом земли, Где явь, а где твои мечты, И дальше… Простирается полуденный закат. Пьянящий светом, Как ты будешь рад, Когда с ее ресниц стекая солнце, К тебе внезапно вдруг сияньем обернется.
Рэрити
Изъян в высоком мире моды невозможен, Неспешно за стежком летит стежок, Изыск узора безупречно расположен, Заказ готовым будет точно в срок. В весеннем платьице, природе белокурой Очарованьем не затмить других невест. Не удостоиться на пиршестве гламура Без помощи, Твоей, почетных мест. Друзьям же, путь к триумфу предрекая Изящество, как в книге, в них прочтешь Своею щедростью себя же затмевая, К вершинам зыбким обожанья приведешь. Но, твоему таланту тоже есть граница — Решенья не...
Эпплджек
Медвяным шорохом нескошенной травы Напоена тончайше полудрема, Пчелиным гулом растекается истома, И лист упавший не коснется головы. Вдали же от Тебя, незримо высока, Читает книгу снов пегаска на уступе, Манящим, спелым яблочкам на крупе, Отведена отнюдь не праздная строка. Тебе все невдомек, неспешные заботы Летят и кружатся как пыльный хоровод, И смену дня, не чувств, провозгласит восход. Не торопись, легко вчитайся в эти ноты, Пусть сладкий плод любви немного подождет, Налившись...
Частушки
Нос припудрив, Пинки Пай Целый день хохочет. Видно в носике ее Смешиночка щекочет. Берри Пунш в библиотеке Не могла понять на днясь: Толи Твайлайт Спаркл двое, Толи пати удалась. Разозлилась Флаттершай На кролика нотации, Облетает Понивилль теперь Дракония миграция. По кусочкам куклу Твайлайт Не собрать уже никак, Очень сильною любовью Полюбил ее Биг Мак. У Луняши спор с сестрою Незаладился чуток: Вьется над страною звонкий Королевский Матерок. Ох не встанут...
Эпплдджек-Рэрити
Ночи из шелка, из криков, из нежности, Пробуют ткань бытия, Из неизбежности. Я — твоя. Ночи из грязи и одержимости, Терпкая плоть на укус… Нелепость. И сладость ужимок, На неразборчивый вкус. Звезды запомнят, и покраснеют, В пламени утра пропав. Забудут, шторм очень тихий… Издалека.
Сияние двух лун
Упала звездочка с заката, И вновь светлеют небеса, Лишь для нее мерцает свято, В сияющих как ночь глазах. Как две луны, как солнце дважды, Кобылок профиль на краю, Вселенных двух на волю жажда Стремясь, неволит страсть свою. Вопрос холодно безмятежный, Вопрос и стон — молю, молю… И та застенчиво и нежно Шепнет — люблю тебя, люблю!
Сонет Твай (II)
Блаженны те, кто в мудрости созрел Сей жизни превзойти тревоги и невзгоды, И повторять бесстрастно, год от года, Любовь — глупцов безрадостный удел. А мне, увы, уж не избегнуть стрел, Наточенных безжалостной природой, Копытцем растоптала ты свободу, И я не рад, что о свободе грезить смел. И все мечты мои теперь ничто, Божественным сияньем твоей гривы, Сознанье бедное отныне занято… Подрагиванье ушек шаловливых Отравой сладкою в реальности влито, И жизнь моя — любви к тебе извивы.
Сонет Твай (I)
В Твоих глазах сиреневого цвета Всем мудрецам мне видится укор, От века не рожден еще был спор, Достойный чести Твоего совета. В Твоих глазах лавандового цвета Очарования я вижу приговор, Тебя влюбленно воспевает стройный хор Писателей, художников, поэтов. В твоих глазах, сверкающих как сталь, Растаявшая в мареве горнила, Я вижу ярость раскаленного светила, И мне Твоих врагов немного жаль. Прекраснейшее магии дитя, Ты даже с временем обходишься шутя.